Чтение онлайн

Следующей задумкой стало увольнение из кафе и полное погружение в архитектуру. Госпожа Фатма попросила меня отработать этот месяц, пока она не уговорит одну из помощниц в обеденные перерывы занять моё место.

Стоило мне подумать, что жизнь налаживается, как наступил день, перечеркнувший эти несколько недель моей душевной свободы.

Господин Эрдал только ушел, полностью одобрив моё желание заниматься любимым делом, хоть и пожалел о прекращении наших встреч, заканчивать свои ухаживания он не собирался, наоборот, сказал, что организует для меня должность в своём предприятии, но я отказалась, вспомнив, чем это закончилось в прошлый раз.

Я в двадцатый раз протирала столы, зная, что из-за двери за мной наблюдает госпожа Фатма, которой надоело, что мы с Тюлин ходим без дела. Напарница же делала вид, что подсчитывает с Ышиком оставшуюся провизию, но на самом деле переписывается с очередным ухажером, злясь на меня за то, что и второй выгодный жених позарился на меня.

Будь у неё сменщица, готовая выполнять большую часть её работы, то она, не задумываясь, прикончила бы меня, а пока этой сменщицы нет, ей приходится терпеть меня, и создавать иллюзию работы.

Ещё издалека увидела взволнованную чем-то подругу, впервые она смотрела себе под ноги, чеканя каждый шаг, словно боясь посмотреть на дорогу и отвлечься от размышлений.

Решительно хватается за дверную ручку, резко распахивает дверь, и всё так же сосредоточенно, направляется ко мне. Брови у неё нахмурены, напряжены, в глазах застыло сомнение.

— Что с тобой? — Взволнованно спрашиваю я, откидывая влажную тряпку.

— Со мной? Всё в порядке, — Нихан усаживается на барный стул в зоне официантов, складывает руки на стойке, не отводя взгляда от сжатых в кулаки рук, произносит. — А ты как? Не надоело здесь работать?

— Я разве не рассказывала? Хочу уйти и полностью посвятить себя архитектуре. Ты и сама говорила, что мне не нужно закапывать…

Подруга, наконец, поднимает голову и встречается со мной взглядами, и тут же перебивает:

— Биркан женится.

Замолкаю, кажется, что на вечность. Смотрю на Нихан, словно пытаюсь проверить в её реальность, может быть, это всё просто сон.

В ушах гудит, так тихо, что оглушительно громко, словно внутри меня взорвалась вселенная, беззвучно, но ударная волна оглушает. Сердце сжимается в тисках, в глазах на мгновение темнеет, и я вижу только губы подруги, произносящие роковую фразу.

От кончиков пальцев рук, поднимается неприятная холодная щекотка, так, где она уже прошла, чувствую разрушение, словно рассыпаюсь на песчинки, словно моё сгоревшее тело опадает на пол прахом.

— Рада за него, его семья давно это планировала, — улыбаюсь, самой искренней улыбкой, впервые за эти месяцы чувствуется радость, неподдельная веселость. — А ты почему такая печальная? Поругалась с Анри?

— Кадер, — подруга смотрит на меня так, будто я сказала что-то аморальное. Будто посмеялась над чьей-то трагической смертью. Жалость граничит с полным непониманием происходящего, она просто не верит, что услышала от меня подобный ответ. — Это всё, что ты скажешь?

— А что мне ещё сказать? Я же не знаю, что тебя расстраивает, поэтому и спрашиваю, — пожимаю я плечами, совершенно беззаботно, так, как никогда этого не делала.

— Твоя любовь женится на другой девушке, — всё так же ошарашено смотрит на меня Нихан, даже протягивает руку, чтобы прикоснуться к моему плечу.

— Но я же не его любовь. Я не могу заставить его полюбить меня, отложить свадьбу и дать нам второй шанс. От всего сердца желаю им счастья, — от души произношу я, словно заклинание, даже чувствую тепло, рвущееся из груди.

— Тебе точно не нужна помощь? Или ты просто обманываешь меня?

— Зачем мне тебя обманывать? Но в одном ты права, я не очень хочу их обсуждать. Разве что… Кто невеста?

— Рувейда Карахан, — кратко произносит подруга, глядя на мою реакцию, и не смотря на моё полное равнодушие, мгновенно всё понимает. Улыбается, с ещё большей теплотой поглаживая меня по плечу, а после обнимает. — Ты права, не будем их обсуждать. У нас разве больше нет тем?

— Самая главная тема, это ваша свадьба. Я ведь помогаю тебе с подготовкой? Или ты вычеркнула меня из списка? — Немного иронично-обиженно спрашиваю я, укладывая голову на плечо подруги.

— Ты ведь была занята, но раз тебе хочется, включу обратно. И сегодня вечером мы поедем на дегустацию торта, нам сделают несколько вариантов, а мы втроём выберем. Ты же не против общества второй подружки невесты, моей сладкоежке Айлин? — Шутя произносит будущая жена, всё теснее прижимая меня к своему плечу, словно этими прикосновениями пытается забрать себе часть моей боли.

— Свадьба ведь в первый день весны, зачем выбирать торт в январе?

— Ничего ты не понимаешь, моя милая глупышка, — закатывает глаза девушка, и наш разговор переходит на обсуждение свадьбы.

Мы много смеялись, особенно я, словно для меня впервые открылась комедия, словно раньше я не умела улыбаться. Я радовалась всему, смеялась почти с каждого слова, и это длилось весь рабочий день.

Я была активна, будто летала на крыльях, напевала песни под нос, а потом затянула припев, выкрикивая его на всё кафе. Танцевала с Тюлин, хохотала от её рассказов о неудачных свиданиях. Сделала сотню комплиментов госпоже Фатме, и даже она поддержала моё настроение, не ругая за странное поведение. Потом я помогала Ышику с приготовлением важного блюда, и он тоже пел со мной. Все радовались, ведь они видят меня такой впервые, наконец, я расцвела, словно солнце вышло из-за туч. Я не сомневалась, они счастливы за меня, а я счастлива, что у меня в жизни есть такие люди.

По дороге домой попинала с местными мальчишками мяч, улыбалась всем прохожим, они улыбались в ответ, на каждом шагу словно подпрыгивала, пружинила, отскакивая от асфальта, а в голове играла надоедливая мелодия.

Хотелось нарвать цветов и раздавать их всем, усыпать весь мир цветами, чтобы счастья стало хоть немного больше. Но счастье для одного, означает несчастье для другого. Сорви я все цветы, они бы погибли, минутное наслаждение людей, привело бы к краху.

Захожу домой, беззаботно скидываю обувь, раскидав её по прихожей, кидаю пальто на стул в столовой, и прямо горю от желания приготовить восхитительный ужин к приходу отца, он ведь заслужил это.

Мою руки, продолжая напевать отвратительную мелодию, зажигаю огонь, тянусь к полке, чтобы достать самое красивое блюдо из цветного стекла, купленное мной в преддверии нового года, когда я ещё не решила сбежать от всего, закрывшись в квартире, другая тарелка, мешавшая мне, будто по волшебству, выскальзывает из рук.

И приземляется прямо на сахарницу, плотная, керамическая посудина разделяется на две части, одну непомерно большую, и вторую, почти ничтожную по сравнению с другой частью.