Чтение онлайн

— Да за кого вы меня принимаете? Прошли те времена, когда я считала Шекер своим личным наказанием. Кадер, завтра в ателье у госпожи Лидии закрытый показ, ты же придёшь? — Говорила Бурсу, уже в дороге. И не дожидаясь моего ответа, девушка продолжила тараторить. — Сегодня должна быть главная репетиция, с музыкой, светом, но я отпросилась встречать тебя.

Очень давно, когда я не уехала, а даже жила с Бирканом, тётушка начинала создавать свою коллекцию, уже после расставания мы готовились к показу, которого я не дождалась, а уехала, но Бурсу была одной из моделей, и после того показа, осталась работать у тётушки.

Я почти не слушала её, всё время смотрела в окно, на старые улицы, которые больше не вызывали какого-то неприятного и болезненного воспоминания, можно сказать, я скучала по этому городу.

— Останешься у нас? Я ведь не зря купил дом, — очень толсто намекнул адвокат, чтобы отвлечь меня от созерцания неприятного места. В этот момент мы проезжал мимо заброшенной стройки, где погиб Джан.

— Ты купил дом? Даже не рассказал мне, — упрекнула я, вовремя отвернувшись, не заметив вдали, торчащее над деревьями здание.

— На новоселье ты бы не приехала, а зову я тебя сейчас. Где-то же тебе надо ждать эту наглую бестию.

— Подожди, ты ведь не планировал оставаться в Турции надолго, или обстоятельства изменились? — Проговорила я немного игривым тоном, в этот момент обернулась Бурсу и наши хитрые взгляды встретились. — Ты мне даже о своей влюблённости не рассказал.

Одновременно я удивлена и обижена, значит, о каждом судебном заседании он рассказывает подробно, настолько, что у меня рука затекает держать телефон, а о том, что он решил остаться на родине, купил дом и влюбился, он и словом не удостоил.

— Тебе бы не понравилась его невеста, — хохотнув, проговорила Бурсу, отвернувшись.

— Или наоборот, понравилась. Мы же не знаем изменений в этой истории, — брат с сестрой заговорили так, будто меня не было, но при этом, их ехидство было направлено на меня.

— Так ты женишься, — восклицаю я, переставая злиться, радость за друга переполняет меня. — И когда бы ты сказал? Никогда?

— Свадьба будет Стамбуле, я бы пригласил, и рассказал бы обо всём нормально, когда придумал бы, как сказать.

— А что в этом сложного? Сейчас же сказал.

— Ты ещё не понимаешь, это при немного других обстоятельствах происходит, ты ведь здесь, — довольно загадочно говорит адвокат, бросив взгляд на сестру, словно призывает её прийти на помощь.

— Кстати, Кадер, можем заехать к твоей тётушке, ты ведь не сказала ей о приезде? Хотела сделать сюрприз?

— Да, но ты ведь сама говорила, что у неё главная репетиция, не хочу мешать. Я хотела бы… — не нахожу слов, хотя точно знаю, чего хотела бы. Просто совесть не даёт языку продолжить. — Нихан и Анри… Они…

— Всегда будут рады тебя увидеть, — ответил на мой несказанный вопрос Танер. — Я так понимаю, сначала едем к ним?

— Вы уверены, что они хотят меня увидеть? После того, что произошло…

— Они не обижались на тебя, наоборот, спокойно восприняли новость о твоём отъезде и пожелали счастья.

— Нихан часто спрашивает о тебе, но я говорю, что не знаю. Наверное, это было неправильно, — вздохнула Бурсу. — Но я пыталась сохранить твою тайну.

Анри и Нихан купили квартиру в новом, большом доме, в центре города. Снаружи дом представлял высокое строение, по стилю больше напоминавшее строение эпохи ренессанса, очень даже в стиле Анри.

Дрожа от волнения, я поднялась на пятый этаж, Бурсу и Танер сказали, что подойдут позже, остались обсуждать что-то в машине. Нажимаю на дверной звонок, сердце готово одновременно и остановиться и вырваться из груди от своего бешеного стука.

Проходит несколько мгновений, дверь открывается, передо мной стоит Нихан. Повисает молчание. Пусть я и знала, куда и к кому иду, но у нас с подругой совершенно одинаковые, удивленный лица.

— Кадер, — первой отмирает она, порывисто обнимая меня, словно не верит своим глазам. — Неужели это ты? Я уже и не думала, что увижу тебя.

— Нихан, прости меня, за то, что так уехала ничего не сказала, — чувствую, что на глазах появляются слёзы.

Девушка прерывает объятие, внимательно смотрит на меня, затем говорит:

— Это было необходимо, ты медленно умирала здесь, и вот, стоило уехать, как ты расцвела. Ты очень изменилась, а я очень скучала, — мы снова обнимаемся, и вытираем нежданно нагрянувшие слёзы. — Заходи, не будем же мы тут стоять.

Квартира и внутри соответствует своему высокому стилю, стены в светлых тонах, колоны, расписной потолок, громоздкая люстра, античные элементы, куча элементов декора, что я сразу отмечаю, сколько бы я не покупала предметов уюта, моя квартира лучше не становится.

— Слишком, да? — Со смешком спрашивает подруга, когда я дотрагиваюсь рукой до колонны. — Мама говорит, что можно в музей не ходить, а просто зайти к нам в гости. А вон Анри и Тюркан нравится, но раз мужу нравится, то и мне нравится, хотя знаешь, сначала я была поражена. Но зато у нас нет ваз двенадцатого века, пока мы жили в квартире госпожи Дюзийде, так я боялась ходить, вдруг что разобью.

— Как ваши отношения? Они приняли тебя?

— А куда им деваться? Анри твёрдо стоял на своём, они не стали явно показывать своё недовольство. Но та выбранная ими невеста ещё месяц после свадьбы жила с нами, не здесь, в той квартире, но весело было. Кстати, хорошая девушка, не желай она увести моего мужа, мы бы даже могли подружиться.

— Какой кошмар, — восклицаю я, всё ещё перерабатывая все события, произошедшие за время моего отсутствия.

— С кем ты разговариваешь? — Из соседней комнаты выходит Анри, нисколько не изменившийся за это время.

Изменилось только одно обстоятельство. И это обстоятельство смотрело на меня зелёными, отцовскими глазами, счастливо улыбаясь на руках молодого человека.

С немым удивлением поворачиваюсь к подруге, она смущенно улыбается, затем вновь смотрю на Анри.

— Добро пожаловать, — едва заметно улыбается молодой отец, как и раньше, стараясь скрывать свои чувства. — Мы и не думали увидеть тебя в ближайшие годы.

Обнимаемся, в это время малыш тянет ко мне руки, и в мгновение ока оказывается уже на моих руках.

— Какой шустрый ребёнок, — улыбаюсь я, наблюдая, как мальчик сжимает в кулак мой палец. — Привет, малыш.

— Малец шустрый, совсем не в своего отца, — из той же комнаты выходит довольный, как кот Озгюр, единственное изменение в нём — отсутствие рыжих, непослушных кудрей. — С возвращением.

— Озгюр, дорогой, где твои кудри? — Задаю я первый вопрос, после того, как мы чмокнули друг друга в щёки.