Чтение онлайн

Веся махнула хвостом и скрылась в кустах. Эмпифиэль почти на ощупь двинулась дальше. Слева раздались голоса, они стали удаляться, Эмпифиэль поняла, что путь свободен и прибавила шагу, насколько это было возможно в темноте и с тяжёлой поклажей. Ноги гудели, руки отваливались. Вышедшая луна немного осветила путь, но уставшая Эмпифиэль уже не могла двигаться дальше. Из кустов вынырнула Веся и стало ясно, что границу они успешно прошли. Эмпифиэль поставила сумки и рухнула на прошлогодние листья.

– Всё, больше не могу. Остаёмся спать здесь.

Веся сделала умильную рожицу и ткнулась носом в корзину.

– Есть на ночь вредно. Ты как хочешь, а я спать.

Становилось прохладно. Эмпифиэль вынула куртку, положила под голову саквояж, легла и укрылась, насколько смогла, курткой. Холодно. Веся покрутилась вокруг, поняла, что хозяйка не шутила и еды не будет, горестно вздохнула и легла спиной к спине хозяйке. Сразу стало теплее, глаза закрывались сами, и Эмпифиэль незаметно провалилась в сон.

Проснулась как от толчка. Сквозь сон раздавался радостный лай Веси и негромкое ржание. Руки и ноги затекли и болели. Первая мысль, пришедшая в голову, как она сможет сегодня идти дальше. Потом вспомнила, что её разбудил лай и ржание, и открыла глаза. Совсем рядом стоял Агат и спокойно щипал первую травку. Веся с щенячьем восторгом крутилась вокруг приятеля.

– Агат, я же сказала домой. Что ты тут делаешь и как нас нашёл?

Конь посчитал ниже своего достоинства отвечать на такие глупые вопросы и с истинно аристократичным безразличием продолжал есть.

– Вот скажи мне, чем я тебя буду кормить? И почистить тебя мне нечем. И чем тебе плохо в тёплой и сытной конюшне, что ты решил стать конем странником?

Эти вопросы также остались без ответа. Поднявшись и попытавши размять затёкшие мышцы, Эмпифиэль отлучилась на минутку. Вернувшись, открыла корзину и посмотрела на свою живность.

– Ну, раз вы жить друг без друга не можете, то и еду будете делить пополам.

Эмпифиэль достала глубокую миску, покрошила в неё хлеб и выложила остатки вчерашнего обеда, залила оставшимся молоком и добавила воды. Завтрак для Веси был готов, она с нагулянным аппетитом набросилась на еду. Эмпифиэль покормила коня хлебом, погладила по морде и вздохнула. Воды не было, а коня надо обязательно напоить, ну что-нибудь придумаем. Вылила себе остатки чая, достала уже почерствевшую булочку и стала рассматривать карту. Нужно выйти на вчерашнюю дорогу и двигаться по ней до развилки, там свернуть направо и через сутки пути будет первый населённый пункт. Ничего продержимся, хлеб ещё есть, колбаса и сыр не тронуты, остаётся вопрос с водой. Нанести реки на карту Эмпифиэль не догадалась, оставалось надеяться на удачу. Сложив вещи обратно, Эмпифиэль была готова двигаться дальше, только куда? Двигаясь ночью по лесу, она потеряла все ориентиры и где находиться дорога даже не представляла.

– Веся ищи дорогу, - попробовала наугад Эмпифиэль, а вдруг и правда найдёт.

Веся стала кружить по лесу, нюхая землю и прислушиваясь. Эмпифиэль в это время прикрепила к седлу уже ненавистные ей корзину и саквояж, и взяла коня за повод. Через некоторое время раздался радостный лай и Эмпифиэль пошла на голос, ведя Агата в поводу. Дорога оказалась недалеко слева от места ночёвки, пустая, только Веся сидела на обочине и поднимала пыль хвостом.

– Молодец, - погладила по голове умную собаку Эмпифиэль, села в седло и пустила коня шагом.

Мелкая речушка попалась только ближе к обеду. Конь радостно заржал учуяв воду и чуть не увёз на себе хозяйку в речку.

– Агат, стоять, - ели успела натянуть повод Эмпифиэль. Спрыгнула с коня и уселась на берегу.

Веся, тоже кинулась в воду, подняв тучу брызг, бегая вдоль берега, как будто совсем не устала.

– Если в тебе столько энергии, то следующий промежуток пути мы поедем рысью, - сказала радостной собаке Эмпифиэль.
– Раз вам тут так нравиться устроим привал. Заодно наберём воды. Я хоть умоюсь нормально, только после того как вы вылезете на берег и поднятая вами муть уляжется.

Конь пил долго и основательно. Может у него в роду были верблюды? Веся мокрая и довольная развалилась рядом с хозяйкой и наблюдала за проезжающими по дороге путниками. Те в свою очередь косились на странную компанию. Наконец Агат напился, вышел на берег и начал щипать траву, дав хозяйке возможность снять корзину и саквояж и ослабить подпруги. Эмпифиэль умылась холодной водой, набрала её во все имеющиеся ёмкости, сделала себе бутерброд и села на берегу. Хорошо. Яркое весеннее солнышко заметно пригревало, пахло весной, птицы пели, и хотелось здесь остаться надолго. Выкинув эти мысли из головы, Эмпифиэль собралась, подтянула подпруги, села в седло и пустила коня рысью. Примерно через час, заметив, что Веся начала уставать Эмпифиэль притормозила и дальше уже ехала шагом.

Потихоньку окружающий пейзаж менялся, стало больше полей, в лесах были видны следы вырубки деревьев и леса сами менялись, появилось больше берёз, а красавцы дубы совсем исчезли. Ближе к вечеру показалась развилка, а за ней густой лес, там и решила Эмпифиэль переночевать. Недалеко от дороги нашлась небольшая, скрытая со всех сторон густым ельником полянка. Хорошее место для ночёвки. Поужинав хлебом с колбасой и сыром и поделив между Агатом и Весей остатки хлеба, Эмпифиэль мечтала только о горячем чае, но побоялась разжечь костёр и ограничилась простой водой из речки. Эмпифиэль сняла с коня седло, растёрла спину и бока как смогла пучком сухой травы и отпустила пастись, раз Агат решил отправиться с ними, пусть добывает себе пропитание сам. Эмпифиэль положила седло около ствола самой большой ели, постелила, так удачно прикреплённое Кранциэлем к седлу одеяло и можно сказать с удобствами устроилась. На ночь решила укрыться шалью, куртка пошла под голову, а то на седле голове было слишком жёстко. Веся улеглась за спиной хозяйке и засопела раньше Эмпифиэль. Тоже охранница называется, спит и пыхтит.

Посреди ночи Эмпифиэль разбудило нервное ржание Агата. Веси за спиной не оказалось, а со стороны дороги раздавался перестук копыт и грозные мужские голоса. Вскочив и подбежав к коню, Эмпифиэль зажала Агату ноздри, чтобы он не выдал их своим ржанием, и стала всматриваться в темноту. Голоса приближались, слышался пьяный мужской смех и непонятные грубые слова. Куда подевалась Веся, не собирается же она напасть на этих страшных мужиков? Эмпифиэль стала бить дрожь, толи от страха, толи от ночной прохлады. Только рукам было тепло от лошадиной морды. Когда голоса поравнялись с полянкой, Эмпифиэль даже перестала дышать от страха, да ещё Агат стал пытаться вырвать морду. Эмпифиэль периодически открывала коню ноздри и почти сразу зажимала вновь. Время как будто замерло, казалось это продолжается вечно, но вот голоса стали отдаляться и Эмпифиэль облегчённо вздохнула, погладила коня по морде, но осталась стоять рядом. Мало ли он захочет заржать, а звуки в ночном лесу разносятся далеко. Как только стихли голоса из кустов со стороны дороги вынырнула Веся и легла у ног хозяйки.

Эмпифиэль ещё долго не могла заснуть, вздрагивая от каждого шороха и открывая глаза. Когда наступило долгожданной утро, Эмпифиэль чувствовала себя разбитой, не выспавшейся и усталой. Отдав остатки колбасы Весе, себе оставила сыр и перетреся корзинку нашёлся завтрак и для Агата, засохшая, завалившаяся под полотенце булка. Попив воды и напоив собаку, Эмпифиэль вылила всю воду в Весину чашку и как смогла попоила коня. К вечеру они должны приехать на постоялый двор, конечно если Эмпифиэль всё верно рассчитала, а до того времени придётся немного поголодать.

Весь день Эмпифиэль смотрела с опаской на проезжающих мимо бородатых мужчин. Ночной страх не хотел отпускать, заставляя с надеждой ждать появления постоялого двора. Людей попадалось всё больше и больше, верхом на приземистых лошадках, на телегах и пеших. На неё смотрели с любопытством, но без признаков агрессии. Агат вызывал завистливые взгляды, а на Весю почти и внимание не обращали. Местные люди не боялись больших собак, что и радовало и огорчало одновременно. Ближе к вечеру усталые и голодные путешественники увидели постоялый двор и с надеждой заехали в широко открытые ворота.