Чтение онлайн

– Дорогой конь, холёный, сразу видно с характером. Как вам удаётся с ним справляться?

– Он послушный, правда иногда считает себя в праве самостоятельно принимать решения, но это крайне редко и по делу.

Веся вылизала кастрюльку и принесла пустую тару хозяйке.

– Тебя бы тоже не мешало расчесать, но больно уж я устала, - Эмпифиэль потрепала собаку по голове.
– Скажите Фёдор, можно мне купить у вас немного овса для Агата, а то нам ещё два дня ехать и так предыдущие дни он был можно сказать на подножном корме.

– Зачем же купить, я и так насыплю. У вас есть во что?

– Нет, - растерянно ответила Эмпифиэль.

– Ладно, сам чего-нибудь поищу. Идите уже, а то на ногах еле держитесь, и в животе урчит даже мне слышно. И будьте осторожнее с Пантелеймоном, он гнилой мужичок.

Эмпифиэль смутилась, подхватила кастрюльку и вернулась в дом. В комнате её уже ждал накрытый ужин, а над ванной поднимался пар. Горячая сытная еда разморила. Постучав по трубе, Эмпифиэль стала ждать прислугу, глаза закрывались сами собой, а ещё надо было помыться. Вошла женщина с кухни, та что помоложе и собрала посуду.

– Я могла бы вас попросить собрать мне еды в дорогу?
– обратилась к ней Эмпифиэль.

– Да, мы собираем корзинки с едой постояльцам. А я гляжу у вас и корзинка есть. Вам на какую сумму?

– Вот этого хватит?
– Эмпифиэль положила на стол золотую монету.
– Мне надо чтобы на два дня хватило и мне и собаке.

– Всё сделаем в лучшем виде, - монета исчезла в кармане фартука, а по загоревшимся глазам, Эмпифиэль поняла, что сильно переплатила. Женщина подхватила корзинку и посуду и скрылась за дверью.

Приняв ванну и улёгшись в постель, Эмпифиэль поняла истинное значение слова блаженство.

***

ГЛАВА 4

От чего бежала к тому и прибежала

На следующий день, отправившись в путь все были бодры и полны сил, Агат шёл лёгкой рысью, Веся бежала рядом и облаивала встречных собак, Эмпифиэль смотрела на будущее с оптимизмом. Фёдор насыпал целое ведро овса в холщёвый мешок и прикрепил его спереди седла. Теперь Агат был обвешан со всех сторон, но зато не надо было беспокоиться о его пропитании. Дальше, по словам того же Фёдора, было множество рек и речушек. Пейзаж потихоньку менялся, деревья попадались всё реже и реже, исчезали берёзы, их место занимал бук и тополь, хвойных почти совсем не стало. Вся чаще стали попадаться деревни и маленькие хутора, городов на их пути не было.

На второй день пути усталость снова завладела путниками, даже казалось, что шаг Агата стал более медленным. Все мечтали об отдыхе и крыше над головой. По подсчётам Эмпифиэль сегодня уже должна была показаться Аджания. После обеда на горизонте сквозь лёгкий туман появились очертания гор. Проходило время, а горы всё не приближались, вокруг было голое поле и только хищные птицы кружили над головой. Толи от усталости, толи они проезжали мимо давно заброшенных мест, на душе было как-то тревожно. Дорога поднималась в предгорье, и Агату было всё тяжелее и тяжелее. Эмпифиэль приняла решение ехать до конца, ночевать в голой степи было страшно.

Поднявшись на очередной пригорок, перед глазами открылся вид на горную гряду, перерезанную бурной с тёмной водой рекой. На другом берегу виднелись небольшие домики. Вот и добрались. Почти добрались. Дорога виляла, то спускаясь, то поднимаясь, появились первые деревья, стали видны разработанные поля, они всё ехали и ехали, и конца и краю этому не было видно. Внезапно спустилась темнота, вот только что был день и словно кто-то выключил свет. А ведь казалось до домов рукой подать. Как ехать в полной темноте? Веся забежала вперёд, и повела Агата за собой периодически лая, наверное так ей было не очень страшно. Выехав из-за очередных деревьев, Эмпифиэль увидела свет, льющийся из окон дома. Наконец.

В темноте было не разобрать что это за дом, да это было и не важно, в окне горел свет, значит тут кто-то живёт, и можно попроситься переночевать. Агат остановился, Эмпифиэль сползла с коня, затёкшие ноги не хотели держать, и она некоторое время просто стояла и шевелила ногами, пытаясь разогнать по ним кровь.

– Веся останься с Агатом, - попросила Эмпифиэль и почти на ощупь направилась к приземистому строению.

Отыскав дверь, Эмпифиэль громко постучалась и стала ждать. Прошло довольно много времени, когда послышался дверной скрип, и в дверном проёме в тусклом свете появилась древняя старуха с ружьём в руках.

– Кто такая?
– каркающим голосом спросила она.
– Что тебе надо?

– Я направляюсь в Аджент...

– Вот и направляйся, - не дала ей договорить старуха и попыталась закрыть дверь.

– Пожалуйста, - Эмпифиэль вцепилась в дверную ручку и потянула на себя.
– Разрешите переночевать. На улице такая темень, что невидно дороги, и я очень устала.

– А я причём здесь?
– не сдавалась старуха.

– Но, здесь больше никого нет. Прошу вас. Я заплачу.

– Заплатишь? Много?

– Золотой. И мне лошадь надо поставить и ещё собака, - Веся как по мановению волшебной палочки, оказалась около ног хозяйки.

– Зачем мне золотой? Отдай мне собаку.

– Собака стоит меньше, - попыталась договориться со старухой Эмпифиэль.

– Зато она большая и лохмата. Мяса много, шерсти много и шкура большая, у меня давно коврик около кровати поистёрся.

– Возьмите золотой. Купите много мяса и много шкур. Гораздо больше.

– Хорошо. Давай свой золотой.

Эмпифиэль протянула старухе золотой. Та попробовала его на зуб и спрятала за пазуху:

– Вон сарай. Видишь? Вот и ступай туда, - старуха неожиданно сильно дёрнула дверь и та захлопнулась.

Эмпифиэль стояла на шатком крылечке в полной растерянности. Да, за этот золотой можно было купить весь этот домик, а им указали на сарай. Собака для неё это много мяса и шерсти. Кошмар! Но, других вариантов не было.

Подойдя к Агату, Эмпифиэль взяла его за уздечку и направилась к сараю. Ворота висели на одной петле, внутри пахло прелым сеном и мышами. Веся забежала первой, проверила все закутки и расчихалась. Заведя осторожно внутрь коня, Эмпифиэль как могла, огляделась, из-за непроглядной темноты, можно было продвигаться только на ощупь, ни чего не было видно. Загремело, задетое ногой ведро. Эмпифиэль нагнулась, подняла его и вышла на улицу. Надо было напоить Агата. Пытаться что-то съесть в такой темноте просто нереально, да и из-за накатившей усталости, есть совсем не хотелось. Вода нашлась в бочке около сарая, Эмпифиэль умыла лицо и набрала воды, ведро протекало, но Агат успеет напиться, пока вода будет сочиться через маленькую дырочку. Вернувшись в сарай, Эмпифиэль поставила ведро, ослабила подпруги, решив не снимать в таких условиях седло и сумки. Кто знает, что водиться в этом сарая. Сняла только одеяло, расстелила его на кучке старого сена в углу и без сил упала. Веся попив с Агатом из одного ведра устроилась рядом с хозяйкой, та к этому времени уже провалилась в тяжёлый неспокойный сон.

Проснувшись утром из-за петушиного крика, Эмпифиэль не сразу поняла где она находиться. Оглядев захламлённый сарай, она решила не оставаться здесь больше ни на минуту. Встала, подняла покрывало и вывела на улицу Агата. Веся бегала по двору. При дневном свете домик и окружающие его постройки выглядели ещё хуже. Дав коню напиться прямо из бочки и ополоснув лицо, Эмпифиэль подтянула подпруги и запрыгнула в седло. Было только одно желание - уехать отсюда побыстрее.

Дом оказался одинокостоящим почти на самом берегу реки, отделяла его от реки только дорога. Спустившись на берег, Эмпифиэль слезла с лошади, сняла корзинку с остатками еды, насыпала Агату овса прямо на землю и села завтракать. Веся сбегала к реке, напилась воды и вернулась к хозяйке за своим куском хлеба с мясом. Чуть ниже по течению был виден большой каменный мост, а на другом берегу небольшое селение. Вокруг возвышались горы, ночью, в темноте она и не заметила, что они поднялись в горы, а потом спустились в ущелье.