Под завесой страха
Шрифт:
Вечером тетя пришла ко мне в комнату.
— Не спишь?
— Пока нет.
— Тем лучше. Я должна поговорить с тобой о чем-то очень важном.
Мне предстояло узнать об истинной цели своего пребывания во Франции.
— Слушаю тебя, тетя.
— Конечно, я бы предпочла, чтобы ты узнала обо всем от своей матери. Но приходится это делать мне. Ты выросла и стала красивой девушкой. Твои родители и я считаем, что пришло время найти тебе хорошего мужа, который осчастливит тебя. И мы нашли прекрасного молодого человека.
— Прекрасный он или нет, но я не хочу замуж! Мне не надо никакого мужчины. Мне всего пятнадцать, и я счастлива с родителями.
— А ты знаешь, что в пятнадцать лет твоя мать уже родила твоего старшего брата?
— Но тогда было другое время! Сейчас не выходят замуж в пятнадцать лет! — Я разрыдалась.
— Твои родители были бы очень расстроены, услышав такие слова. Тебе придется смириться. Выбора нет. Ты должна подготовиться к встрече с будущим супругом и оправдать надежды тех, кто дал тебе жизнь и сделал так, чтобы ты ни в чем не нуждалась.
Тетя продолжала говорить, подробно останавливаясь на том, что я должна делать и чего не должна, когда этот молодой человек придет меня повидать. Казалось, она нервничает даже сильнее, чем я, будущая невеста. В какой-то момент, обнаружив, что я ее не слушаю, она прервала поток своих речей словами:
— А теперь спи. Утро вечера мудренее…
Всю ночь я не сомкнула глаз. Голова была переполнена мыслями. Я сердилась на родителей. Как они могли навязать мне такое будущее?! Я же всегда была очень послушной. Все эти годы я старалась уменьшиться, сжаться в комок, чтобы им было не в чем меня упрекнуть. На смену гневу пришла волна грусти. Почему они так сильно желают отделаться от меня? Мне хотелось, чтобы кто-то объяснил мне это и утешил. Я ощущала необходимость довериться своей подруге, услышать ее совет. Я была одинока и пребывала в полном отчаянии.
Кем мог быть этот молодой человек? Как он может жениться на девушке, которую никогда не видел? Снова и снова я вспоминала наш вечерний разговор с тетей:
«Тетя, могу я кое-что у тебя спросить?»
«Конечно, прекрасная невеста».
«Мне не нравится, что ты так меня называешь».
«Ты права, это еще не стало правдой, но не замедлит произойти».
«Что будет, если я откажусь?»
«Сказать „нет“ не в твоих интересах, дорогая! Буду с тобой откровенна: у тебя нет выбора. Твои родители знают этого молодого человека, так как он работает на твоего отца здесь, во Франции. Он алжирец, как и ты. Абдель Адиб, которому твой отец доверяет в профессиональном отношении, честный и порядочный молодой человек».
«Если отец хочет оставить его себе, — взбунтовавшись, возразила я, — это не причина, чтобы заставлять меня выходить за него замуж…»
В том разговоре я заявила о своем несогласии, одновременно с этим чувствуя, что ничего не получится. Чем больше я прокручивала в мозгу предстоящее, тем безысходнее казалось мне мое положение.
И вот теперь вставало солнце, но я чувствовала себя еще более потрясенной, чем вчера. Ночь не принесла мне решительно никакого облегчения.
— Просыпайся! — жестко произнесла тетя, входя. — Ты наденешь свое красивое красное платье и туфли, которые мать тебе выбрала, а затем придешь ко мне.
Это дорогое красное платье… Мать купила его специально для встречи с возможным супругом! Я возмутилась. Все знали, что затевается, все, кроме меня. Подумать только: раньше я мечтала о том, чтобы надеть это платье! Теперь же я считала его отвратительным. Оно стало свидетельством заговора, составленного против меня. Самой себе я казалась одной из тех кукол, которых наряжают в яркие платья, чтобы быстро и выгодно продать на рынке.
Увидев меня, тетя воскликнула:
— Вы только посмотрите на нее! Дорогая, он будет околдован твоей красотой! И лучше бы ему заплатить положенную цену!
— О какой цене вы говорите?
— Он должен подарить тебе красивое ценное украшение в знак того, что хочет на тебе жениться. Таким образом он выкажет свою признательность твоему отцу. Ты же знаешь, стать зятем господина Шариффа — большая честь. Возможно, молодой человек преподнесет небольшой подарок и мне тоже — в благодарность за хлопоты.
Все шло своим чередом, но я — главное действующее лицо — ничего не могла изменить. Единственное, что мне оставалось, это слушаться и выполнять то, что мне говорили. Все, что я могла, это молить Бога, чтобы я не понравилась этому мужчине и он не захотел взять меня в жены.
В дверь позвонили. Я была в панике. Мне нужно находиться на кухне и ждать, когда тетя попросит принести кофе. «Главное, не забудь поздороваться», — наставляла она.
Я задрожала, меня бросило в холодный пот. Почувствовав, что не смогу, как положено, принести поднос с наполненными чашками, я позвала тетю. Мои объяснения она выслушала невнимательно и без капли сочувствия.
— Ну ты и артистка! Твоя мама меня предупреждала… Умойся, и почувствуешь себя лучше. Это наверняка от волнения.
Затем тетя осмотрела меня со всех сторон. Должно быть, я показалась ей бледной: она ушла и вскоре принесла губную помаду. Улыбаясь, стала подкрашивать мне губы.
— Что ты делаешь?! — воскликнула я. — Мама убила бы меня, увидев, что я пользуюсь помадой.
— Об этом не беспокойся. Твоя мать попросила меня сделать так, чтобы ты выглядела красивой. Это для того, чтобы твой будущий супруг сразу принял тебя. Готовься, дорогая, уже совсем скоро. Сделай так, чтобы родители гордились тобой. Я возвращаюсь в гостиную и позову тебя.
— Самия, дорогая, принеси кофе нашему гостю! — закричала она несколькими минутами позже.
Двигаясь на ватных ногах, я боялась потерять равновесие при тете и ее госте.
«О Всевышний, направь мои шаги», — молила я.
Странное дело, мысль о том, что матери сообщат, что и как я сейчас делаю, придала мне недостающей энергии.
Придя в гостиную, я поставила поднос на стол и пожелала доброго вечера, ни разу не подняв глаза. Единственное, что я заметила, — у моего будущего супруга черные, хорошо начищенные туфли.
Я вернулась на кухню так поспешно, словно за мной кто-то гнался. Скорчившись и спрятав голову между колен, я плакала от отчаяния и гнева. На этого человека я не захотела смотреть, но могла легко себе представить, как он разглядывает меня снизу доверху, решая, стоит ли покупать предложенный товар.
Мне очень хотелось связаться с Аминой, но телефон был в гостиной. О том, чтобы вернуться туда, не было и речи! Поэтому я сидела в одиночестве, ожидая, пока закончится этот ненавистный визит. Мне было слышно, как они разговаривают и смеются. Не иначе, прохаживаются на мой счет.