Чтение онлайн

— Знаю, что это не та свобода, которую ты так жаждешь. Это лишь первый ее глоток, который Всевышний сегодня посылает нам. Однажды придет день, мы станем свободными и пойдем, куда нам вздумается.

— Не верю я больше в этот твой день! Вместо того чтобы приближаться, он все удаляется и удаляется. Уверена, мы так и сдохнем в этой проклятой стране! — со слезами возразила Нора.

Внезапно с нами поравнялся какой-то незнакомый мужчина. Бросив на нас презрительный взгляд и плюнув нам под ноги, он скрылся, перед этим выкрикнув:

— В ад нечистых!

Этого Норе оказалось достаточно: она немедленно вернулась домой, чтобы снова оказаться в безопасности.

Политическая обстановка не менялась: в стране царила атмосфера страха и беззакония. Долго ли еще я смогу так жить?

Мелиссе удавалось избежать преследований. К моей радости, она, в отличие от старшей сестры, начинала приспосабливаться к здешнему образу жизни.

Поздно вечером раздался телефонный звонок. Я подумала, что это Хусейн хочет предупредить, что задерживается, но опять услышала угрозы.

— Значит, в ожидании счастливого события? А знаешь, что с тобой скоро произойдет? Тебе вспорют брюхо, вынут оттуда твоего ублюдка и прикончат его. А вместо него туда положат голову твоего мужа. — Сказав это, неизвестный зашелся безумным смехом.

Я поспешила бросить трубку.

Сильнейшее нервное напряжение не давало мне уснуть, тем более что Хусейна все еще не было. Я молила Всевышнего, чтобы с мужем ничего не случилось. Не в силах усидеть на месте, я ходила взад и вперед, заходя то в спальню, то в комнату девочек.

— Мама, кто звонил? — спросила Мелисса.

— Это Хусейн, он сказал, что задерживается. Спи, моя хорошая, — солгала я, чтобы успокоить дочь.

Хусейн вернулся ночью. Стоило ему показаться на пороге, как мой гнев обрушился на него подобно разрушительному урагану. Я дошла до того, что обвинила мужа во всем, что с нами случилось. Да, это было несправедливо, но я больше не владела собой. Сохраняя спокойствие, Хусейн пытался утихомирить меня, но безуспешно.

Неожиданно я почувствовала, как по внутренней стороне бедер потекло что-то теплое, у меня начали отходить воды. Как не вовремя! До предполагаемой даты родов оставалось еще целых три недели… И я не хотела никакого кесарева сечения! Я отказывалась рожать: я была уверена, что анестезиолог воспользуется случаем и убьет меня. Я и правда сделалась настоящим параноиком.

По-прежнему сохраняя хладнокровие, Хусейн пошел за машиной. Тем временем мне удалось взять себя в руки.

Девочки спали, а я принялась лихорадочно размышлять. Они не должны оставаться дома одни, пока не вернется Хусейн. Соседка Малика смогла бы меня выручить. Я решила позвонить ей.

— Малика, извини, что разбудила. У меня прямо сейчас начались роды. Можешь прийти и присмотреть за моими дочками, пока мой муж не вернется?

— Самия, уже одеваюсь и бегу к тебе.

Уф! Вот все и улажено!

В коридоре послышались шаги, и я увидела Нору.

— Что происходит? — обеспокоенно спросила она.

— У меня только что отошли воды, поэтому мне как можно скорее нужно ехать в роддом. Твои братья уже спешат к нам! Сейчас сюда придет соседка. Если со мной что-нибудь произойдет, пообещай, что всегда будешь заботиться о младшей сестре. Не позволяй, чтобы вас разлучили! Хочу, чтобы вы оставались вместе. И никогда не забывай, что я очень люблю вас обеих.

— Мама, почему ты так говоришь? Ты будто прощаешься навсегда…

— Успокойся, я сделаю все, чтобы вернуться к вам. Я сказала это на тот случай, если со мной что-нибудь случится во время родов.

Хусейн и Малика пришли одновременно. Сказав Норе, что она остается здесь за старшую, я крепко обняла ее. Взяв одной рукой мою сумку, Хусейн протянул другую руку мне, чтобы я могла на нее опереться.

Дом я покидала с тяжелым сердцем.

Бригада медиков была уже предупреждена о нашем прибытии. Меня сразу же, согласно рекомендациям врача, отправили на операционный стол.

— Неужели кесарево сечение настолько необходимо? — упрямилась я. — Я бы предпочла родить естественным способом.

— Так надо, мадам. Иначе мы рискуем потерять ваших малышей.

Пока шли приготовления к операции, я заметила, что Хусейн направился к выходу.

— Куда ты, Хусейн?! — закричала я. — Не уходи, ты мне очень нужен!

— Самия, я через минуту вернусь, — пообещал он. — Мне нужно срочно позвонить по делу. Чуть позже я тебе все объясню.

Через несколько минут медсестра сообщила, что моего мужа срочно вызвали на службу и что он вернется сразу, как только сможет. Анестезиолог уже готовился сделать мне укол.

— Я отказываюсь засыпать в отсутствие мужа, — безостановочно повторяла я, все больше и больше теряя контроль над собой.

— Мадам, успокойтесь. От этого зависит жизнь ваших детей… — Врач пытался образумить меня, но и его терпение тоже было на исходе.

Чтобы сделать анестезию, им пришлось связать меня по рукам и ногам. Я не доверяла никому, вообразив, что среди медицинского персонала скрываются террористы, готовые причинить мне зло. Вопреки моему желанию анестезия подействовала, и я почувствовала, что теряю сознание.

Не в состоянии на что-то реагировать, я пребывала в полубессознательном состоянии. Я словно плыла в толще воды, существуя отдельно от своего тела. Доктор и анестезиолог переговаривались так, словно меня здесь не было.

Затем кто-то из них объявил о рождении первого ребенка:

— Два килограмма четыреста граммов!

Мне становилось все хуже и хуже. Надо было подать им знак, что я здесь, что я почти проснулась. Сосредоточившись на указательном пальце, я стала шевелить им, чтобы привлечь внимание. Заметив это, анестезиолог предупредил коллегу:

— Сейчас я ее усыплю. Однако, учитывая ее состояние, я вкатил ей дозу, способную усыпить и лошадь.

После второй инъекции я почувствовала, что снова отключаюсь, но опять ненадолго. Я наполовину пришла в себя как раз тогда, когда из меня доставали второго ребенка. Было очень больно, но в то же время я радовалась, что могу воспринимать происходящее.

— Боже мой, она опять проснулась! Ты уверен, что дал ей вторую дозу?

— Все в порядке, сейчас я это исправлю… Да она просто отказывается спать! — ответил анестезиолог обеспокоенному врачу.