Чтение онлайн

«Ну… С таким человеком стараются не общаться, поручают ему самую скучную и неприятную работу, он ходит есть один, его не замечают, не приглашают на хвесик, и обычно его увольняют первым…» — разъяснила она.

«Хвесик», как я чуть позже узнал, это корпоративный ужин, который устраивается не только руководством, но и любым сотрудником фирмы. Поводы для него могут быть самые разнообразные — продвижение по службе, прибавление в семье, день рождения… Не пойти на хвесик — это очень плохо. Значит, ты не уважаешь человека, который тебя пригласил, и людей, которые пришли на него. А если тебя никто не приглашает на хвесик — это ещё хуже. Значит, никто тебя не уважает, коллектив тебя не признаёт, и ты изгой…

Да бог с ним, с этим хвесиком! Пьянка, она и в Африке — пьянка. А вот с возрастом… Да, помню, было такое в дорамах. Проскакивало в разговорах кореянок: «мне уже тридцать» или «тридцать два — а я не замужем»! И произносится таким тоном, что это — ужас полный. Я как-то особо не обращал на это внимания, думал, женщины о молодости плачутся, а тут вон, оказывается, какая подоплека! Просто офигеть! Кому вообще какое дело, когда человек решит создать семью? Или детьми обзавестись? А может, я не хочу сейчас? Нет подходящей кандидатки? И что мне прикажете, на первой встречной жениться? Только потому, что возраст подошёл? Ага, щас! Три раза! Я что, скотина, что ли, какая, которой пришло время размножаться? Я сам способен решить, когда и чего мне нужно делать. Особенно в таком важном деле, как создание семьи. Без всяких науськиваний и тычков в спину. Да и кто все эти люди, которые решили, что мне «пора уже»? Небожители, которые всё знают? Та пошли они…

— … In London reigns eternal autumn… (В Лондоне царит вечная осень, англ.)

В моей душе тоже царит вечная осень… Блин… Судя по полученной информации, проживание в этой стране может быть весьма дискомфортным. Ну, выучусь я тут, допустим. Найду работу. Только начну строить карьеру, как наступит «пора цветения» и все вокруг начнут требовать, чтобы Юн Ми… замуж вышла! Женихов ей приводить начнут. Естественно, они все будут мною посланы, после чего Юн Ми объявят «странной», переведут в изгои и выпрут с работы. И все мои мегаусилия, затраченные на учёбу, полетят псу под хвост! И буду я где-то улицы подметать или на рынке сидеть. Пффф… Чтобы такого не случилось, лучше всего уехать сразу до начала этого маразма. В страну в которой отсутствие у женщины мужа не будет никого волновать. В Европу или Америку. И выучиться там и работу сразу найти. Это будет самым правильным ходом. Правильным-то правильным, только вот как его сделать, этот ход? Сун Ок говорила, что у них тут учёба за границей — это дорого. Да и для нас тоже было дорого… Сколько мне на это нужно денег? Если ориентироваться на то, что здешние цены не особо отличаются от цен на моей Земле, то у нас более-менее нормальные зарубежные институты — это пять-шесть тысяч баксов в год. На пять лет учёбы — это двадцать пять тысяч вечнозелёных… Ещё жить на что-то нужно… Ещё добавим пятьсот баксов в месяц… Ну, пусть не пятьсот, а триста. Триста на двенадцать месяцев — это три шестьсот. Округлим до четырёх. Итого, пять плюс четыре — это девять-десять тысяч в год… В общем, на учёбу нужно тышшш шестьдесят… Где их взять?

Мммм… Глядя на семейный бизнес Юн Ми, думаю, что вряд ли в нём найдутся подобные деньги. Были бы — Сун Ок, наверное, за границей бы сейчас училась… Плюс ещё рядом этого мегамонстра торгового строят… Вообще неизвестно, как с деньгами будет… Хм… Кредит? А подо что? Кто мне его даст? У меня ведь ничего нет, и Юн Ми — несовершеннолетняя. Просить её маму? Она и так уже в долгах, а потом, согласится ли она, чтобы её дочь уехала? Уехала навсегда? Думаю, это будет для неё очень непростым решением. Мммм… Ещё варианты? Может, попробовать найти какую-нибудь программу по обмену студентами да и усвистать под это дело? Наверняка в университетах должны быть такие программы. У нас же были? Однако для этого нужно сначала поступить в университет! Опять учить физику, математику… Пффф… Может, второй раз оно и легче будет, но всё равно. Это будет подвиг! Причём эпический. Правда, есть ещё один вариант. Можно ведь поехать не в Европы с Америками, а в Россию. Русский я знаю… Устроюсь куда-нибудь… Вот именно, что куда-нибудь… И как я поеду? Двадцать один мне исполнится только через четыре года… Поехать нелегально? Ффффф… Думаю, это бредовая идея. Болтаться где-то без документов? Без них на приличную работу всё равно не возьмут. Потом, нелегальная эмиграция — это криминал. А Юн Ми — девушка. Вколят чего-нить, очнёшься потом либо на операционном столе чёрного трансплантолога, либо прикованным к койке в подпольном публичном доме… На фиг на фиг, такое счастье! Тут есть еда, крыша над головой, присмотр… Помогут, расскажут… Если что, хоть в полицию сообщат о пропаже… Может, спасут… Принимая это во внимание, сдаётся мне, что куда-то нынче рваться смысла нет никакого. Мне сначала нужно до конца адаптироваться с новым телом, определиться с мироощущениями, а уже потом что-то там затевать, «мутить»… Сейчас разумнее всего будет напрячься и поступить в местный университет, который выдаёт дипломы международного образца. Закончу учиться — уже буду совершеннолетним. Вот тогда, с образованием, можно будет хоть в Европу ехать, хоть в Россию. Там уже совсем другой разговор будет со мною. Это самый правильный путь…

— Юн Ми! Юн Ми! Юн Ми…

Оборачиваюсь к толкающей меня в спину девчонке и хмуро спрашиваю: «Чего»?

— Юн Ми! Сонсэн-ним…

— Что сонсэн-ним? (Сонсэн-ним — уважительное обращение к, учителю. — Прим. автора.)

— Ну, наконец-то нам удалось разбудить Пак Юн Ми! — внезапно раздаётся за моею спиной насмешливый голос учительницы.

Оборачиваюсь. В классе оживление и со всех сторон раздаются смешки. Смотрю на учительницу и пытаюсь сообразить, что нужно сделать — встать и поклониться, просто встать или изобразить поклон за партой? Как правильнее?

— Встань, — долетает до меня сбоку шёпот Дже Ын унни.

Воспользовавшись подсказкой, встаю, кланяюсь. Учительница с интересом смотрит на меня.

— Я не спала, сонсэн-ним, — говорю я, решив предупредить атаку на себя.

— Разве? А мне показалось, что у тебя были закрыты глаза.

— Я… я просто очень медленно моргаю, сонсэн.

Снова в классе раздаются смешки.

— Вот как? — чуть улыбается учительница. — Раньше я за тобой такого не замечала.

— Я не спала, сонсэн-ним, — вновь повторяю я, — я просто задумалась.

— Интересно, о чём? Наверное, о Лондоне. Тогда, может, ты расскажешь нам о нём? Я знаю, что ты болела, но раз ты в школе, ты должна была подготовиться к урокам. Ты готова?

— Да, готова, — кивнув, отвечаю я.

Ничего себе! Только вышел после болезни и уже должен быть готов! Никакой жалости к ученикам…

— Рассказывай.

Я вздохнул и, покопавшись в своей памяти, приступил к рассказу, стараясь говорить «в общем», без всякой конкретики.

(Рассказывая про Лондон, Сергей говорит на английском языке. — Прим. автора.)

— Удивительный и необыкновенный город Лондон — огромное сердце Великобритании, крупнейшего государства Европы. Это не только любимое место туристов, но и город мирового значения, финансовый центр, который диктует законы экономики, политики, бизнеса, культуры и даже моды. Несмотря на унылую погоду и затянутое тучами небо, жители гостеприимного Лондона весьма приветливы, улыбчивы и, кажется, никогда не грустят. Теплая атмосфера города буквально пропитана радостным настроением и творческим духом…

…Что бы ещё такого сказать? — спустя минуту подумал я, исчерпав свои «сведения ни о чём» об этом, несомненно, замечательном городе, в котором я никогда не был, — может, о Лондонской бирже? А она там есть? Опссс, а чего так… тихо?

Смотрю на учительницу. У той за её круглыми очками — круглые глаза, чуть ли не в размер стёклышек. Плюс отвисшая челюсть. Оборачиваюсь и оглядываю класс. Картина та же. Круглые глаза и открытые рты, изумление на лицах. Все смотрят на меня.

Чего они? — не понимаю я. — Почему они на меня так смотрят? Я что, что-то не то сказал?

Но тут до меня доходит.

Я же шпарю по-английски! Не задумываясь! А Юн Ми?! Какие у неё были способности в языке? Судя по реакции окружающих, она так не могла… Блииин… Спалился! Да что ж такое? В первый же день так по-глупому попасться!

— Юн Ми…

Учительница закрыла рот, вернула глаза к нормальному виду и приступила к моему допросу, а я постарался сделать лицо печальным, опустил голову и включил дурачка.

— Юн Ми, когда ты так научилась говорить на английском?

— Не помню, сонсэн… (бееее… я несчастная овечка…)

— Три недели назад у тебя были совершенно другие результаты!

— Простите, сонсэн… (бееее… разве вы не видите бесконечную печаль на моём лице?.. зачем так мучить человека?..)

— Ты прошла курсы интенсивного обучения языку? Это так?

— Не помню, сонсэн… (бееее… я бедная глупая овечка… какие курсы?.. учительница, разве вы не знаете, что мой мозг на это просто неспособен?..)

— Подожди, но ведь ты же в это время была в больнице?!