Чтение онлайн

— Встань на колени, у края, — сказал он. Тон был уже холоднее и властнее — Грудь вперёд. Между ней будет мой член. Рабыня должна уметь всё.

Пошевелилась и встала на колени на кровати, ближе к самому краю. Туловище чуть наклонено вперёд, чтобы грудь подалась вперёд и немного вниз. Руки упираются в матрас для опоры. Спина немного прогнута в пояснице, а подбородок опущен — в знак подчинения.

Он подошёл. Я слышала, как он сжал себя в руке.

— Жми плотнее. — произнёс он.

Господин стоит передо мной, у края кровати. Его хозяйство находится на уровне моей груди. Он плюет на кожу, а потом кладёт его между сисек и я сжимаю их, как могу, сдавливая со всех сторон, и он начал двигаться — сверху вниз, в вертикальном движении, скользя между мягкими складками.

Он трахал мою грудь с той же настойчивостью, с которой раньше входил в меня. Член скользил между сдавленных шариков. Я прижимала грудь сильнее под его толчками, и чувствовала, как он упруго проходит вверх-вниз, оставляя следы влаги и жара между кожей. Его глухие стоны западали в душу, и казалось, подталкивали глубже в осознание того, что происходит.

Не останавливаясь, его руки ложатся на мои руки сверху, усиливая давление, задавая темп, пользуясь мной как удобной формой. Мои соски были напряжены, особенно левый — тянуло, горело, будто он оставил в нём отпечаток своих пальцев.

Он ускорился. Толчки стали короткими, резкими, влажными. С каждым толчком он врезался глубже в ложбинку груди, двигаясь с влажным, хлюпающим звуком. Я не смотрела на него — голова была опущена, глаза перед собой, дыхание сбивалось от того, как он двигался прямо у моего горла, как будто трахал мою грудь и шею одновременно.

Но я почувствовала — раньше, чем он что-то сказал.

Его член начал напрягаться. Он стал ещё плотнее, кожа на нём будто натянулась сильнее. Вены вспухли — я чувствовала их сквозь кожу груди. Он тяжело, глубоко пульсировал между моими сжатыми телами, и каждый удар становился чуть менее контролируемым.

Услышала, как он застонал с надрывом, почти срываясь на дыхание. Его тело дернулось, бёдра подались вперёд, и в ту же секунду он кончил.

Первая струя спермы ударила в основание шеи, брызнула по ключицам, в ложбинку. Вторая — на грудь, выше, почти до подбородка. Третья — между сосков, размазываясь по коже в вязком узоре.

— Ааах… ч-чёрт… — вырвалось у него, и слова были полны напряжения и дикого, телесного наслаждения.

Он стонал так, как стонет мужчина, теряющий контроль — потому что я дала ему это. Я — сжавшая грудь, терпеливая, тихая, покорная и та, кто довёл его до разрядки.

И мне это понравилось. Чувство гордости, что я удовлетворила его, сейчас и даже тогда, когда была почти без сознания. Это было больше, чем просто секс. Это было — служение, которому меня обучали.

Пока он приходил в себя, я сидела неподвижно, с опущенным взглядом, ощущая, как капли текут по коже.

Он ещё пару раз двигался между моих грудей, с мягкими, доводящими движениями, будто выжимал последние капли, размазывая их по коже. Его головка проходила по коже, оставляя дорожку влаги.

Чуть отстранился, и я расслабила руки. Отступил на шаг назад, не отводя взгляда. Его член всё ещё подрагивал с редкими остатками спермы, стекающей по стволу. И тогда он сжал себя у основания, провёл медленно вверх, к головке — и, шагнув ближе, провёл ею по моим губам размазывая остатки, выдохнув, как после выброса магии, хотя так и было.

— Вот так, идеально. Ты даже не представляешь, насколько ты для меня полезна.

Смотрел на меня сверху вниз, провёл пальцем по ключице, собрал каплю, поднёс к моим губам. Послушно облизала и ему это понравилось. Он усмехнулся.

Он оделся, не торопясь и не сказав ни слова о том, что только что сделал. Перед уходом оставил на тумбочке тарелку с завтраком: тёплый чай в чашке без ручки, ломтик запечённого хлеба, омлет и пару долек яблока. Это было почти нежно. Я поела молча, сидя на постели, наблюдая, как закрывается за ним дверь.

И вот, его не было уже больше двух часов.

Знала, что он в Академии. У него занятия, магические дела, практики, но мысль, что Раэль где-то рядом, в этом же здании, дышит тем же воздухом, не покидала меня ни на миг.

Сначала я просто сидела у окна обняв колени, уткнувшись в них. За стеклом всё было как обычно — солнечно, размеренно. День не стремился куда-то, и я тоже, но долго оставаться в этом оцепенении было невозможно. Понадобилось движение, хоть какое-то. Поднялась и направилась в ванную. Без раздумий открыла шкафчик с его средствами. Все равно, у меня ничего моего нет.

Открутив крышку шампуня, поднесла к носу. Запах — обволакивающий, густой, с древесной горечью и сухой сладостью пряностей, — сразу поселился внутри, как будто я вдохнула его кожу, волосы. Гель для душа был похож: терпкий, с ледяной свежестью.

Встала под горячие струи и намылила волосы. Пена стекала по плечам, по позвоночнику, по грудной клетке. Провела ладонями вниз — по бокам, по плоскому животу, по внутренней поверхности бёдер — и остановилась. Ниже — нельзя. Это не мне решать.

Вытираясь, не спешила. Кожа осталась влажной, чуть розовой от жара воды. Хотелось укутаться, но одежды у меня особо не было, и я решилась сделать немыслимое. Открыв гардероб, почти сразу нашла то, что искала — его рубашку. Черную с чуть помятой линией плеч и запахом, от которого у меня перехватывало горло. Провела по вороту, вжалась носом в ткань, прикрыла глаза.

Натянула рубашку на голое тело. Она была велика: плечи сползли, ткань свободно обнимала грудь, задевала соски, почти невесомо — как воспоминание о его ладонях. Я обняла себя, зарылась в воротник и снова задержала дыхание. В этой рубашке, он словно обнял меня ею.

Блуждая по покоям эльфа, неосознанно оказалась у тёмной двери кабинета. У меня не было прямого запрета на вход. Пространство, где он жил своей настоящей, умной, недоступной мне жизнью, а теперь — я стояла у порога.

Толкнула дверь без колебаний.

Внутри пахло не просто бумагой. Воздух был плотным, как напиток: горечью чернил, дерева и легкой пыли. Полки были из тёмного дуба. Не осмеливалась трогать бумаги — аккуратно сложенные на столе. Всё здесь говорило о порядке и контроле.

Но внизу, в самом углу, между толстыми фолиантами, словно спрятанная, стояла чёрная книга без названия на корешке и с потертой обложкой. Потянулась, вытащила её и только тогда увидела на внутренней стороне обложки едва заметную надпись:«Тактика подчинения. Позы и управление возбуждением в контакте».