Чтение онлайн

— Доброй ночи, добрый человек. Помоги, имей уважение к возрасту, — и голос звучи теотчетливо — не то женский, не то все же мужской.

— Доброй ночи, чем я могу быть полезен?

— Да вот, хворост нужно перенести с одной стороны дороги на другую и сложить аккуратно. Да что ж это я о себе. Ты поди-ка устал? И пить, наверное, хочешь? Грушевый ммм компот с пузырьками ты любишь? Дай, угощу.

— Спасибо не стоит.

— Да как же не стоит? Помогать мне готов, а угощать не стоит? Хороший ты человек. Жену тебе хорошую, и чтоб ведьмой была! — от плаща отделилась струйка сизой, необычной магии, потянулась ко мне.

— Дите чтоб было шустрое, да разумное, чтобы ты не скучал.

Чужая магия плотней окутывает запястье, ложится на меня оберегом.

— Спасибо, но право не стоит

— Стоит-стоит, я хочу посмотреть, как все сложится, для начала просто со стороны. Рисковать лучше тем, кого и не жалко. Не готов я повторить судьбу Андрюши. На-ка, возьми бутылек. Потом, если что, можно и избавиться от конкурента.

— Вы о чем? Кто такой конкурент?

— Да так. Пей, наслаждайся.

Ко мне потянулась рука, блеснул в свете луны пузырек. На скромной бумажке — целая открытка. Откуда в этом лесу может взяться мой любимый напиток? Впрочем, в ведьмином лесу все возможно. Я только и успел, что коснуться бутыли. Конь встал на дыбы! Крутанул мордой, вырывал поводья. Такого я не ожидал. Мы скачем вперёд, не разбирая дороги, снося с пути всю странную благодать ночного леса, сметая туман. Копыта стучат, конь рвется вперёд, нечем не его остановить! Просто нечем. Сам он остановился на берегу реки. Благо, не прыгнул с обрыва. Спешиться бы теперь, взглянуть, что осталось от повода. Не успел.

— Кто мне растоптал клумбу? А? Я зачем рассаду здесь посадила? Чтоб ты забыл о хамстве! Чтоб тебя жена наконец воспитала, раз мать не смогла!

Вспышка серебряной магии меня ослепила. Я не смог додумать мысль о том, какой должна быть женщина, способная противоречить Вильд Логеру! Уж точно не та невеста, которую мне сватал король. Безумие скачки, ветви, хлещущие по щекам, берег реки, наконец-то дорога. Кажется, там впереди мелькают огни главного города ведьм, их так называемой столицы. Быть может, там мне помогут. Лекаря бы найти! Что за проклятие меня осенило? Мысли путаются, даже имени своего я никак не могу снова вспомнить. Я пошатнулся в седле, сам не понял отчего. Конь зафырчал. Я скатился вниз, под копыта. Беспамятство, темнота ночи, мальчишеский голос, прорезающий тьму, совсем еще юный. Я хочу призвать на помощь кого-то, но кого? А еще извиниться за то, что не смог оправдать доверия. Перед кем извиняться? Перед… женой? Что-то я помню о жене. О чьей жене?

— На берегу реки всегда что-нибудь можно найти полезное. Географ не соврал. Да, Каргуся? Например, лошадь и труп воина. Поздравь себя, скоро ты станешь драконом почетного рыцаря. Только доспех отмоем и сразу.

Я хотел возразить, но не смог. Снова беспамятство и настойчивые руки, что шарят по моей одежде. А потом грубые голоса.

— Оборванец! Убийца!

— Кто? Где? Папка! Это мой папка! Опять подгулял в таверне. Помогите дотащить до дома. Мать-то вся извелась. Он с вахты ехал, да вот упал. Может, на папу моего разбойники, того-сь, напали по вашему недосмотру?

У меня, что, есть сын?! И жена? Ничего не помню. Неужели и вправду я такой мерзавец, что упал спать на берегу реки?!

Агата

Три столичные ведьмы собрались в одной из оранжерей. Серебристые тени украшают собой выложенный разномастным камнем пол. Черный, как летняя ночь, шерл соседствует с небесно-прозрачным ангелитом, расползается многоцветными молниями гематит. А сквозь тонкие щелки в камнях с завидным упорством пробивается мелкая травка. Вдоль стен, словно непокорные судьбе стражи, гнездятся растения. Их так много: золотые лимоны, густая зелень темьяна, янтарные плоды неизвестного вида свешиваются вниз из синей листвы. Мелкий бисер цветков ландыша рассыпался под хрустальным куполом, которым прикрыт его небольшой надел. Зато ядовитая белладонна растет вольно, как и подобает красавице. Неперстки ее цветов опасно переливаются перламутром. Отчего-то хочется тронуть их, примерить на палец. Крупные ягоды вороньего глаза торчат из вазона, похожего на креманку. Деликатесное пирожное, если не знать, что именно оно обещает своей изысканной красотой. И даже волчье лыко выглядит здесь особенным гостем. Невзрачное, простое, несущее смерть в каждой ягодке, в каждой капельке сока, оно роняет благословенную тень на столик у кресла.

Сами же ведьмы сортируют корешки на широком столе. Здесь же, как заведенный, толчёт порошки пестик в глубокой ступке. Слышится стук и шуршание колких, сухих лепестков, густо пахнет травами, пряностями, чем-то особым. Чистота, порядок, ряды прозрачных баночек и пузырьков.

Кажется, нас не ждали. Пестик внезапно смолк, выпрыгнул из ступы, едва не опрокинув ее содержимое на стол. Рыжая ведьма едва успела перехватить непокорные артефакты, чуточку прокляла их, отчего пестик вдруг поменял цвет. Из мраморно-белого он внезапно стал розовым, ступа и вовсе налилась алым. И только теперь ведьма заметила меня и Талита.

— Госпожа Агата! Мы так рады вас видеть.

— Добро пожаловать, нужны какие-то корешки? Листья? Может быть, семена на развод?

При этих словах по столу врассыпную брызнули кругляшки репейника. Их колючки превратились в подобие крохотных ног, как у гусеницы. Они сталкиваются, слипаются, тащат друг друга в разные стороны, разделяются и слепляются вновь. На миг у меня возникло странное ощущение, что по столу перекатывается пушистый ковер. Вот он двинулся к краю, почти сорвался. Ведьма в ситцевом платье пошевелила рукой, перебрала пальцами, кругляшки репейники поднялись вверх, и один за другим нырнули в горло высокой бутыли. Там они вновь продолжили свою борьбу. А ведьмы все смотрят, глаз с меня ни одна не сводит, я же просто не знаю, с чего именно начать разговор.

— Простите, я бы хотела иметь возможность уничтожить Андрея или

— Оставьте нас с мужем наедине, я так давно мечтала об этой встрече! Приготовьте черные мешки на всякий случай или

— Я смертельно соскучилась по Андрею. Позвольте мне угостить мужа ужином. Ничего, если я перед этим соберу в вашей оранжерее немножечко ароматных трав для основного блюда и ягодок для десерта. Вороний глаз так красиво смотрится, ничего, что он ядовит смертельно. Зато красиво. Красота вообще требует жертв. Подчас человеческих. Старуха-история это не раз доказала.

Нет, яд — это слишком просто. Никакого удовольствия. Отчего-то хочется высказать бывшему мужу всё. Зачем только, не знаю. Этому чудовищу все равно ничего не удастся обьяснить. Он и сам прекрасно все понимает. Но только раскаяния у него как не было, так и нет. Но я отомщу, даже знаю, как именно. На губах заиграла нехорошая улыбка. Ведьмы переглянулись и поднялись из-за стола. Глава столичного ковена сделала неуверенное движение в мою сторону.

— Не так уж и много там было той мелованной бумаги, вы должны согласиться. Да и эльфийский пергамент всегда ценился дорого. И совсем не случайно. Тонкий, гладкий…

— Я бы даже сказала мягкий и шелковистый! — подхватила вторая ведьма, — Его хоть тысячу раз можно свернуть в трубочку, а как хорошо с него оттирается сургуч! Один свиток можно использовать множество раз, если вывести чернила при помощи магии. Но некоторые и соком золотого цитрина справляются. У нас как раз есть, — глава ковена незаметно дёрнула ведьму за складку юбки. Десяток вещиц задрожал на цепочках, пристегнутых к поясу. Ножнички, моток бечёвки, крохотный окуляр.

— И потом, мы поменяли один к одному. Я имею в виду — мелованную бумагу на эльфийский пергамент, облезлые перья на гусиные, шторы из щепочек на бархатные портьеры.

— Что вы поменяли?

Я попыталась думать. Вышло не очень. Бумагу поменяли — это я еще поняла, но все остальное? Талит издал странный звук и спрятал лицо в рукаве своего потертого плаща. Судя по звукам он плачет и хохочет одновременно.

— Не стоит так огорчаться.

Глава ковена закусила губу, взметнула взгляд на своих подруг. Один в один — школьница, которую завуч застукал за нанесением яркой помады.

— Ваш второй муж очень бережлив, делари. Я понимаю, стоило спросить перед тем, как меняться. Но бархат! Он так дорого стоит. Да и мы немного не удержались. И кресло забрали всего одно. Так хотелось узнать, как оно катается на этих колесиках. Это так необычно. И конечно же, мы перенесли туда другое. Еще удобнее! Вы ничего не потеряли. Ну а шторы из щепок? Вернём, если нужно. Как только мастер скопирует механизм.