Чтение онлайн

— Шторы из щепок? — переспросила я. Талит всхлипнул.

— Жа-жа-жы! — проглоченный смешок встал поперек горла демона, он закрыл лицо ладонями,

— Жалюзи. Ведьмы обчистили офис Андрея через портал. Может, не весь, но кабинет точно весь. Вынесли все, что смогли. Подозреваю, там даже веника не осталось.

— Веник остался, — кивнула глава ковена, — Потому что мы его на нашли. Мена должна быть честной. В том случае, когда дело касается сильных ведьм — точно. Пузыри для зелий — да, поменяли. Я, правда, не знаю, кому и зачем пришло в голову делать на пробках резьбу снаружи. Да и пробки никак не откручиваются. Опять же, хрусталь слишком тонок. Если хотите, можем вернуть. Но, право слово, они пылились забытыми в одном из ящиков.

Ведьма выложила на стол несколько лампочек накаливания. Да уж, если захотеть, их действительно можно принять за кругленькие флаконы для зелий, братьев тех, что сейчас выставлены на столе.

— Оставьте себе, мне нисколько не жаль, — я сдержалась.

— Благодарю, — смиренно кивнула глава ковена. Лампочки тут же исчезли в карманах ее юбки,

— А что насчет всего остального? Книги с кольцами внутри — это очень практично. Да и иметь кармашки для пергамента — тоже практично. Пишешь гримуар, собираешь потихоньку заклинания, в любой момент можно добавить к ним засушенные растения. Или мышиный хвостик. Даже череп поместится. Небольшой. Вы не станете забирать эти книги? Взамен могу отдать ммм… Допустим… Все приказы короля за последний год. Так сказать, сборник. Нам присылают, вы не думайте, это не содрано со столбов.

— Не стоит. Файлы и папки для них можете оставить себе в качестве подарка. Но я бы хотела увидеть своего бывшего мужа.

— Думаете он уже околел? — встрепенулась рыжая и внимательно посмотрела на главу ковена. Та поперхнулась.

— Кормлен, поен, гулян. С чего ты ему помирать? Или?

— Мы что, зря переводили еду? Это — умертвие? — всполошились все ведьмы. Одна почти незаметно, брезгливо отерла руки о передник. Как я ее понимаю. От Андрея исходит и вправду ощущение грязи и омерзения. А ведь раньше я его любила, с наслаждением трогала, теперь же нет сил даже коснуться.

— Вроде бы нет, что вы. Ничего особенного. Всего-навсего доморощенный маньяк… Мне так кажется.

— Тогда почему бывший? — сощурилась глава ковена, — Бывших мужей у ведьм не бывает.

— Мы развелись! — сорвалось у меня глубинное.

Не муж. Чужой человек. Даже и не человек. Просто чудовище, исковеркавшее мою жизнь. Чудовище, которому нравится ощущение власти, которое жаждет добраться до моего ребенка, лишь затем, чтобы исковеркать жизнь и ему. Сделать игрушкой в своих руках. Почему? Чтоб отомстить мне. Вот только не ясно, за что. За то, что ушла? Не стала терпеть? Не захотела оставаться куклой в его игре, в его холеных руках?

— По людским законам? — озадачилась рыжая ведьма, — Так это ничего не меняет. Нет власти над ведьмами у законов простых людей. Раз судьбы уже переплелись, то ваша брачная связь не ослабнет. Здесь проще уж уничтожит, чем эту связь распустить. Нет, клан ведьм эту возможность, конечно же, осуждает. Я имею в виду — уничтожить мужа, а не расплести брачную связь. С тех пор, как мы вошли в состав королевства, закон — он и есть закон. Равен для всех. Точней, все мы равны перед законом. Да. В общем, если что-то случится, мы не заметим. Всякое бывает. С лестницы изменщик может упасть. Отравится, вон, хоть бы и волчьим лыком. Чудесное растение, ягодки япие. Можно пригласить вашего супруга в оранжерею, накрыть, допустим, здесь стол. Будет очень красиво. А уж какая ягодка случайно попадётся ему в суфле, так мы этого не знаем. Ландышей в этом году не так много, но на небольшой букет в спальню хватит. Ваш муж просто уснёт крепким сном навсегда. К следующему утру вы станете вдовой. Да, что мне вам объяснять. Жизнь — есть жизнь. Это чудесный подарок родителей и богов. Мы не в силах его отнять по закону. Но помочь смерти прийти мы в силах.

— Уснет?

Ярость ударила в щеки алыми пятнами, ослепила, сорвала жалкую маску цивилизованного человека. Оказывается, эта маска была такой тонкой и хрупкой. Ее просто смело. Я вспомнила, как муж издевался надо мной. Как всем друзьям рассказывал о том, что я ненормальная истеричка, что я смертельно больна, оттого так внезапно постройнела. Все отвернулись, только некоторые звонили, сочувствовали. А ведь я всего-навсего занялась собой, села на диету, скинула пару килограммов. А волосы? Мои чудесные рыжие волосы, которые оставались на расческе клоками. Андрей подмешивал в пищу минеральную подкормку. Я потом нашла банку и чек. В небольших количествах от нее только польза, в больших — чистый яд. Банку он извёл не за год, как было в инструкции, а всего лишь за месяц. Вот тебе и ответ, отчего так сыпались мои волосы. Всем рассказывал, что меня содержит, кормит с руки, обеспечивает ребенка. Хвалился. Вот только я почему-то работала с утра до ночи. Зачем? Да потому что дура! Хотела как лучше. Воспитана так.

А что получилось? Вещи, друзья, квартира, любимый родной город — у меня отнято все. Один человек перечеркнул все мое прошлое. Пытается отобрать последнее, что осталось, безумно ценное, безмерно любимое — сына. Самую мою суть. За что он меня так ненавидит? Борщ пересолила? Не так постель застелила? Я была хорошей женой. Нет! Андрей меня не ненавидит. Здесь другое. Он просто играет. Ему нравится сам процесс — уничтожение меня.

— Ну, да. Уснет и все. Только не проснётся. Ландыши очень опасны. Один букет, оставленный в небольшой комнате, может принести смерть.

— Я хочу, чтоб он испытал все то, что дал мне! Чтоб страдал, мучился, бился, чтоб ощутил себя зверем, которого изловили и заперли. Чтобы бился и не мог ощутить свободу! Магия взвилась к потолку оранжереи. Латунный переплет почернел, хрустальные стекла, вставленные в него, затянуло тьмой, снаружи заклокотала гроза. Удары молнии жахнули по земле. Почудилось, что само небо взорвалось моим гневом. Ненавижу Андрея!

— Где он?

— Ваш козел? Вон там, отошел к горшку с ноготками, спрятался от вас за пальмой. Такой забавный. Не волнуйтесь, ноготки, они даже полезные. Пусть поест. От души! И вещи мы все вернём. Больше меняться без спроса не будем. Даже шторки из щепочек, — я кожей почувствовала, как ведьма дрожит от ужаса.

— Оставьте себе. И жалюзи тоже. Где Андрей? Я хочу развлечений! Желаю мести. Хочу его мучить. Долго.

— Я сейчас провожу. Это мужские комнаты. Тут совсем рядом. Пыточной у нас, к сожалению. нет. Но вы можете открыть портал к себе домой. В родных стенах оно лучше, да? И криков никто не услышит.

— Талит! Хватит сотрясать кадку с пальмой.

— Я — хороший, ты помнишь? И очень любимый. Ценный. Просто, козел. Не всё сразу понимаю. Меня только жалеть можно, верно? Меее! — демон попытался шутить. Вон, даже цветок ноготка в губах зажал.

— Очень хороший. Чуть меня сына не лишил. Точней, чуть его сиротинкой не сделал.

— Я бы твоего сына непременно отдал тебе. Сразу бы отправил! Просто немного задержался. Пропах серой, вот хотел принять душ, чтоб не оскорбить нюх этого чудесного мальчика, чуть рога мои не стащил, поросенок. Это я в хорошем смысле. Шечки у Кирюшеньки такие же розовые, совсем как у поросёночка. И золота бы еще ему дал. И припасов! Мы просто друг друга не поняли, Агатушка. Такой хороший мальчик. Просто сокровище. Умный, воспитанный, почти не заикается при такой-то матери.

Талит зачем-то втянул в рот цветок, проглотил и закашлялся. Роль козла ему даётся непросто. Вон, даже побагровел.

Узкий коридор, просторная гостиная, пианино, еще какие-то инструменты задумчиво замерли в аранжировке из горящих свечных огоньков. Арфа тихонько играет мелодию. Невидимая рука пощипывает ее длинные струны, красавица откликается ласковым стоном, кокетничает со своим музыкантом. Скрипка боится, ее почти нежно гладит смычок. И снова музыканта не видно. Только мелодия, только испуганное звучание струн. Дамский силуэт, исполненный в дереве. Кажется, скрипка и вправду опасается, что сегодня ее перепилит смычок. Чуть мерцают свечи от сквозняка, качается на окне бархатная портьера.