Чтение онлайн

Лана задумалась, вспоминая, где сняла рубашку. Вчера во время погони, она почти ничего не помнила, что делала. У нее в голове были только мысли: Вперед! Вытащить детей! Оторваться!

– А!
– вспомнила она.
– Она изодралась во время побега, и когда девочка упала и разбила коленку, я перевязала ее ногу этой рубашкой. А зачем это вам.

– Это была бы ценная улика, - ответил инспектор.

– Да, точно, я не подумала.

– Тогда мы бы хотели дополнительно осмотреть одежду, которая была на вас вчера. Можно это сделать обратился он к матери.

Та поглядела на дочь.

– Да конечно!
– воскликнула Лана.
– Может там волосы или еще что найдете.

– Хорошо, после допроса я к вам заеду, заберу. Продолжим. Значит. Данила остался в лесу? Но ты говорила, что его похитили ведьмы.

– Они его похитили. Но потом я его вызволила. Да, к сожалению, он остался в лесу. Вы сказали, что всю ночь искали там, но не нашли?

– Да, действительно, мы обшарили почти каждый уголок. Лес приличный, но не бескрайний, несколько гектаров. Но мы не нашли мальчика. Ни даже города ведьм.

– Город, скорее, за лесом. Мы убегали из города через лес. Там же вы меня и нашли.

– Дополнительно на рассвете выехал новый поисковый отряд, чтобы еще раз прочесать лес при свете дня. Я попрошу осмотреть и округу.

– Хоть бы его нашли!
– помолилась Лана.
– Он точно там! Если нет, то его забрали ведьмы!

– Вчера, когда мы тебя встретили, ты сказала, что мы ни за что не найдем Данилу. Что ты имела в виду?

– Я не помню этого, - сказала Лана.
– Я вообще смутно помню все, что происходило, когда вы меня нашли.

– Понимаю, понимаю. Но ты нам очень помогла. Молодец, что нашла силы прийти и рассказать все.

– А как же! Бедный Данила! Так и стоит перед глазами, бледный, без лица…

– Как ты считаешь, изменился Данила, после того, как перешел мост?

– Да конечно! Это все дальнейшее, произошедшее с ним. И потом он стал сам не свой.

– Да-да, ты говорила, что его околдовали.
– Он поискал пальцем что-то на бумаге.
– Это означало…что? Повтори, пожалуйста, еще раз.

– Он стал как неживой. Бледный, глаза подернуты туманкой, будто и не глядит вовсе, совсем не говорит, не улыбается, вообще ни на что не реагирует.

– Понял. Бедаа, - протянул инспектор.
– Спасибо, Лана, что уделила время. Подпиши, пожалуйста, здесь, и вы, - он обратился к матери Ланы.
– Екатерина Тимофеевна, тоже, пожалуйста, распишитесь. Здесь записано все, что говорила Лана.

Он протянул бумаги, Лана без вопросов подписала, но мать недоверчиво поглядела и начала перечитывать.

Лана и инспектор ждали.

– Хочешь чая или воды?
– спросил инспектор.

– Нет, спасибо.
– Лана в нетерпении глядела на мать и подергивала ногой.

– Как учеба в школе?

– Нормально.

– Тебе нравиться?

Лана бросила усталый взгляд на инспектора: вот и начались стандартные вопросы, которые задает каждый взрослый, когда ему делать нечего.

– Ничего с тобой в последние плохого не произошло?

– Со вчерашним ничего не может сравниться.

– Может, какие-то неприятности. В школе, на улице, с друзьями…

– Исключительно с ведьмами, - кратко и неохотно отвечала Лана.

– Понятно.

Инспектор задумался и налил себе еще воды. Затем подсел ближе к Лане и заговорщицки, подмигивая, спросил:

– Есть подружки у тебя наверное близкие. С кем делитесь секретами и прочее.

– Ну, допустим.

– Мама-то у тебя строгая, а?
– улыбнулся инспектор и незаметно глазами указал на мать, вчитывающуюся в закорючки инспектора.

Лана пожала плечами

– Ты когда-нибудь хотела уйти из дома?
– между делом бросил инспектор.

Лана на мгновение задумалась. Уйти из дома. В каком смысле? Бывало, что они с девочками хотели по вечерам гулять, но мама не разрешала. Однажды она незаметно улизнула на дискотеку. Потом получила дома нагоняй.

прогулять и весь вечер отсутствовать и поздно прийти, но она ещё так не делала ни разу.

– В каком смысле уйти? На сколько?
– уточнила Лана

– Ну, не знаю. На день-два, несколько дней, навсегда - как хочешь.

– Может на вечер, - ответила она, а сама подумала: к чему этот тупой диалог? Потом вспомнила, как все утро мать расспрашивала. Не хотела ли она уйти из дома, может, кто обидел?

– Ааа!
– догадалась Лана.
– Вы считаете, что я сбежала из дома?

– Нет, ничего такого. Просто пытаюсь тебя ближе узнать.

– Это ни к чему. Мам! Ну, ты там скоро?
– поторопила она мать.

– Да, все-все, уже подписываю.

– Лан, тебе нравится твоя жизнь?

– В каком смысле?

Внутри нее все больше поднималась волна раздражения. Зачем они теряют время на эти тупые разговоры?! Какого черта он такой спокойный? Уже давно бежать, хватать преступников пора, а он тут чаи попивает, да об учебе расспрашивает. Не зря папа постоянно ругается на телевизор: кругом бюрократия! ничего на местах не делают, только бумажки перебирают и штаны просиживают!

– Ну, вообще, как ты проводишь время, твоя школа, семья, родители…

– Да сколько можно?!
– не выдержала она.
– Вы собираетесь что-нибудь предпринять?!

– Да-да, Лана не волнуйся. Конечно, мы сейчас отправимся за Алевтиной Ивановной.

– Ну, слава Богу! Я уж тут думала, вы мне или не верите или…

Она промолчала.

– А как же, вы нам сообщили, что учительница Данилы замешана в его исчезновении, мы не можем на это не реагировать, какие бы вы доводы не приводили, мы обязательно вызовем ее на допрос. Сейчас, мама подпишет, и я тут же поеду за ней.

– Знаете, - сказала мать, завершив чтение.
– Я тут кое с чем не согласна. Вы пишете, что Алина предложила мальчику перейти, через реку и вела его за руку, а он выразил нежелание следовать за ней.

Она ткнула пальцем на бумагу. Инспектор вчитался.

– Здесь написано, “Лана вела Данилу за руку по мосту”, - процитировал инспектор.
– А “мальчик не хотел идти” написано позже, когда Лана уточнила. Так же это было?
– вопросительно поглядела инспектор на девочку.

Та кивнула.