Чтение онлайн

– Рассказывал ли он что-нибудь про зубных фей?

– Не припоминаю такого. Но эта девочка сегодня и про фей что-то плела.

– После стоматологии вы отправились домой?

– Даня пошел домой, а я поехала на работу.

– В тот день ничего не произошло?

– А что могло произойти? Все было как обычно.

– Может, какое-то происшествие случилось. Драка? Может его-то обидел? Или был испуганным?

– Да нет, не припомню такого, а что?

– По рассказам Ланы, в тот день после стоматологии на него напала зубная фея. Как вы предполагаете, кого он может иметь ввиду? И что он боится этих фей. И эти феи могут вырвать ему зубы.

– Феи? Зубы?
– озадаченно пыталась сложить пазл в голове женщина.
– Вы про стоматолога что ли?

– Он мог бы ее так называть?

– Ну да, он горазд выдумывать прозвища. А при чем тут это?

– Раскладываю сюжет в линию, - ответил инспектор.

Мать приехала с дочерью в клинику. В регистратуре их встретила приветливая девушка.

– Да, проходите, - она сказала.
– Доктор вас ждет.

– Здравствуйте! Я Ксения Александровна! Буду вашим психотерапевтом.

– Очень приятно. Дело в том, что моя дочь вчера заблудилась в лесу. Провела там весь день и полночи. Ей стали мерещиться всякие…даже неудобно говорить... всякие существа.

– Хорошо. Я выслушаю ее. Пусть заходит. А вы подождите, пожалуйста, в коридоре.

– Я бы хотела присутствовать.

– Извините, мы консультируем пациентов один на один. Потом я вам выдам заключение.

Женщина вздохнула и вышла. Но перед этим еще раз рассказала о бредовых идеях дочери и о рассказах дедушки.

Около часа она ждала, ерзала на жестком стуле. Ее сердце было наполнено тревогой.

Наконец, ее пригласили.

– Дело не в том, существуют или не существуют те существа, о которых говорит Лана. Дело в том, что она искренне верит. Она получила психологическую травму. Как раз незадолго до этого, как она говорит, её что-то испугало и они с дедом разговаривали о злых ведьмах. И в момент, когда она переживала шоковое состояние, она вспоминает, что она убегала от ведьм. Мы не знаем, что в действительности происходило. Но это наложило отпечаток на ее сознание. Такое случается. Я бы вам порекомендовала лечь в стационар для более глубокого обследования.

– Как лечь? Вы думаете, что моя дочь настолько больная? Она просто утомилась, вы ей выпишите какое-нибудь успокоительное или проведите беседу, которая развеет её бред. А в целом-то она же ведь здорова.

– К сожалению, состояние у неё нестабильное, из-за бесед у неё это всё не пройдёт.

– Нет, нет! Этого не может быть! Неужели вы действительно считаете, что моя дочь какая-нибудь шизофреничка?

– Сейчас мы не будем ставить точные диагнозы. Нужно провести еще несколько сеансов диагностики, а затем уже на терапию.

Женщина расплакалась. Она надеялась на лучший исход.

– Не переживайте! Вы будете ходить на сеансы.

– Я не буду класть свою дочь в психбольницу!

– Это наилучший выход. Здесь мы постараемся провести максимально ряд обследований, понаблюдать.

– Нет, нет, моя дочь не сумасшедшая!

– Никто не утверждает, что она сумасшедшая. У нас лежат разные пациенты.

– Я не думала, что у нас настолько серьезно. Мы же можем к вам приходить на прием, как в поликлинику?

– Хорошо, если вы отказываетесь госпитализации, можете заполнить форму. И тогда диагностику и консультации будем проводить амбулаторно.

– Такой вариант нас устраивает. А какой у нас диагноз?

– Я поставлю предварительный диагноз. Острый психоз. Окончательный, после ряда тестов и консультаций.

– Хорошо, мне нужна справка для следователя. Дело в том, что он нас допрашивает, а моя дочь не может говорить адекватные вещи, и я хочу принести следователю документ, подтверждающий наличие у нас заболеваний - чтобы мы не могли давать показания в полную меру.

– Я вам выпишу заключение, можете его показать.

– Жду Лану завтра в это же время.

Женщина тяжело вздохнула.

Лана с ней практически не разговаривала. Что у тебя в душе творится?
– думала мама.

Вечером надо было проведать отца, но у нее не было никакого желания. Это всё он виноват, зачем он ей это втемяшил?

– Мы вечером обещали сходить к дедушке, поговорить с ним, - буркнула Лана.

– Нет, мы туда не пойдём.

– Почему? Я хочу с ним поговорить.

– Врач не разрешил, - соврала мать.

– Кто? Психолог?

– Нет, врач дедушки. Сказали зря не беспокоить. Я передала, что с тобой все хорошо.

Опять о своих ведьмах хотят поговорить. Надо как-то оградить от всех этих бесед ее. И отца потом тоже надо консультацию к психотерапевту сводить, но он, конечно же, будет отказываться. Вероятно у него тоже какое-то недиагностированное психическое заболевание. Он тоже говорил, что видел что то. И вот сейчас у него, после стольких лет, обострение. Своими речами довел девочку.

Тяжёлые мысли мучали мамы.

– Алевтина Ивановна, спросил инспектор учительницу, которая пригласил на прием тем же вечером.
– Скажите, пожалуйста, когда вы в последний раз видели Данилу?

– Позавчера на уроке, - хлопала длинными ресницами хорошенькая учительница.

– Были ли вы в районе реки по улице Третьей Набережной вчера?

– Нет, даже близко не подходила.

– В западном лесу за городом?

– Нет. Что мне делать в лесу?

– Хорошо. У вас вчера не было уроков?

– Да, в этот день у меня нет занятий. В этот день у меня методический день.

– Я поговорил с директором. Она сказала, что в методический день вы в любом случае приходите и заполняете свои документации в школе. Но пока я не нашёл человека, который бы видел вас в школе.

– Я с утра была в школе. Взяла все документы работы на дом и продолжила работу дома. Я могу работать из дома, проверяю тетради, журналы, заполняю данные.