Чтение онлайн

документы

Из справки Краснодарского крайкома КПСС

"В городе Новороссийске в период временной фашистской оккупации действовала с сентября 1942 г. но июнь 1943 г. подпольная патриотическая группа. Руководителем этой группы был Степан Григорьевич Островерхов, бывший красный партизан гражданской войны, персональный пенсионер, перед оккупацией работал начальником ПВО вагоноремонтного завода. Еще в момент возникновения непосредственной угрозы городу, горком КПСС и горисполком организовали особую группу из числа партизан гражданской войны, которую намечалось оставить в немецком тылу, как партизанскую. Островер-хов С. Г. был назначен начальником группы. В период боев за город часть людей данной группы ушла в партизанские отряды.

Островерхов С. Г. был оставлен в городе и с первых дней оккупации начал создавать подпольную группу".

Из материалов Краснодарского краевого партийного архива.

"В апреле 1944 года на станции Джанкой (в Крыму) была арестована группа полицейских Джанкойской железнодорожной полиции в составе: Кроликов А. Г., Сперанский В. М, бывший таксировщик ж.-д. станции Новороссийск, Саркисов С. П., бывший военный моряк Черноморского флота.

Они были руководящими сотрудниками немецко-фашистской полиции г. Новороссийска, бежавшие с Кубани в Крым вместе с отступающими войсками оккупантов.

В июне 1943 года Кроликовым и Сперанским были выявлены действовавшие в районе Новороссийска группы Островерхова и Попова. Кроликов из партизанской группы Островерхова арестовал 18 человек. Следствие вело гестапо. Из группы Островерхова Кроликов помнит Островерхова, Семикину. Остальных не помнит".

"Второй раз я (Кроликов) допрашивал Островерхова в гестапо в станице Натухаевской, где также избил его". Допрос в гестапо ст. Натухаевской производил начальник спецкоманды гестапо Шмидт. Кроликов лично избивал на допросе Растригину за то, что она работала связной от партизан к подпольщикам. Сперанский присутствовал на допросе Семикиных (матери и дочери). Их избивали жандармы...

Саркисов избивал арестованных шомполами, а затем сплел себе плетку из стальных проводов, бил и истязал их как по указанию Кроликова, так и по своей собственной инициативе".

Из докладной записки отдела контрразведки "Смерш" Отдельной Приморской армии.

"... Кроликов, Сперанский и Саркисов зверски избивали островерховцев... После избиения Островерхова все лицо его было покрыто синими рубцами, как от ударов шомполами, а сквозь одежду сочилась кровь".

Из газеты "Новороссийский рабочий" от 25 апреля 1947 года.

"Доводится до сведения всех трудящихся города, что 27 апреля 1947 года состоится погребение останков членов новороссийской подпольной группы тов. Островерхова Степана Григорьевича, зверски замученных немецкими оккупантами в 1943 году:

Островерхова Степана Григорьевича

Островерховой Азы Степановны

Растригиной Татьяны Федоровны

Студеникиной Нины Аракеловны

Студеникиной Зинаиды Аракеловны

Студеникина Анатолия Аракеловича

Семикиной Неонилы Ивановны

Семикиной Дарьи Петровны

Семикиной Майи Ивановны

Юнашева - Завгороднева Владимира

Карпова Сергея Ивановича

Логвинова Андрея Н.

Базаркина Павла Алексеевича

Вдовиченко Петра

Гробы с останками замученных подпольщиков будут, установлены в клубе имени Маркова.

Доступ в зал открыт 27 апреля с 9 часов утра до 14 часов дня. Вынос останков к месту погребения (ул. Мефодиевская, у железнодорожного переезда) - в 15 часов 27 апреля 1947 года".

Слово

о живых

Дорогой читатель!

Вы прочли последние трагические страницы, которые почти бесстрастно, как и всякий документ, повествуют о мужественной смерти активистов подполья и его штаба.

Мы надеемся, что наше скромное исследование явится началом дальнейшего изучения героической деятельности новороссийской патриотической организации, изучения, которое поможет со временем восстановить в мельчайших деталях всю героическую эпопею борьбы патриотов и оценить по заслугам всех ее участников.

Ведь не могло так случиться, чтобы все участники организации были уничтожены фашистами, чтобы не уцелело ни одного очевидца событий. Островерховцы пустили слишком глубокие корни в городе, прямо или косвенно к их работе были привлечены сотни людей, И если сейчас так сложно проследить нити этих связей, то причиной этому явилась драматическая судьба всего города. Гитлеровцы буквально опустошили Новороссийск. Они не только взорвали все школы, клубы, детские сады, ясли, театры, большие дома и промышленные предприятия. В последние дни оккупации они вывезли в тыл все население. Из 95 тысяч жителей, населявших Новороссийск перед войной, при освобождении его нашими частями в 1943 году с огромным трудом удалось отыскать в развалинах 2 - 3 семьи, чудом уцелевшие в этом аду. Несколько лет из самых различных концов нашей страны и освобождаемой Европы возвращались домой новороссийцы. А многие, так и не увидели родного дома.

К 1950 году в родной город вернулись Анна Зотовна Авдеева, Екатерина Петровна и Василий Евстафьевич Боднари, Владимир Васильевич Ерохин, Мария Петровна Петрова, Василий Борисович и его сын Петр Васильевич Растригины, Иван Семенович Романович, Виктор Драгомирович Слезак, Филипп Петрович Строганов, Надежда Ивановна Крюкова, Зинаида Ивановна Шаповалова, Василий Иванович Чех и десятки других людей, работавших в подполье или знавших о нем и оказавших поддержку островерховцам. В Крымске поселились супруги Селивановы, Григорий Сечиокно вернулся к себе на Украину, откуда-то из Средней Азии доходили вести от Арсения Стаценко. Сын Островерхова, Борис Степанович, с женой и сыном живет в Краснодаре и работает в автохозяйстве.

Но сейчас, пока писалась эта книга, в живых уже нет Василия Евстафьевича Боднаря и Ивана Семеновича Романовича. Кто знает, может быть, кто-нибудь из перечисленных выше, тоже ушел из жизни, унеся с собой многие так и не раскрытые тайны Новороссийского подполья.

Мы побывали у многих бывших подпольщиков, беседовали с ними, многое узнали, многое уточнили и, скажем откровенно, многое заново пережили, слушая их рассказы.

Мы долго стояли у памятника островерховцам. К нам подходили люди, жители Мефодиевки и Чеховки, Стандарта и Крепости. Подходили и пожилые, и пионеры, и октябрята.

– Островерхов? А как же! Идемте, покажем, где он жил. И улицу его имени покажем.

Идем за мальчиками. Вот стена Крепости (так называется этот район города, вероятно, из-за этой старинной каменной стены, огородившей небольшой участок вдоль железной дороги на Гайдук). Небольшой островок домов, расставленных вдоль коротеньких улочек. Улица Лесовая, 2.

– Здесь жил Островерхов. Но это уже не тот дом. Тот немцы взорвали и сожгли. А там жили Семикины. А вон там, на Крепостной, 4, жили Боднари, а там...