Чтение онлайн

«…Много не бывает!..» – усмехнулся тогда Ящик. Ну, это понятно, это о деньгах. «Продам… а это «лимон» с лишним… Мало…» А вот это, может, и о квартире тетушки. Именно она, по словам соседки, стоит «лимон» с лишним. Но если Ящик собрался продавать квартиру, зачем он требует у своей возлюбленной машину? Не хочет тратить свои денежки? Такой бережливый? Или очень хитрый и расчетливый?

Так, о чем они говорили потом? А потом Капитолина предложила куда-то вложить заработанные деньги. Но кавалер сильно возражал: «Нужно жить, пока молодые, и пользоваться тем, что имеешь!.. А вкладывать – это всегда успеется!..» Другими словами, он хочет деньги своей подружки просто промотать. И на ее возражения отмахивается: «Еще заработаем… Деньги – дело наживное!…» Мне тогда так и хотелось сказать ему: ты, что ли, будешь наживать, урод?!

Если у них, как я предполагаю, работают швеи-надомницы, то наши друзья-предприниматели хотя бы иногда объезжают их и собирают готовые изделия, взамен подкидывая новые раскроенные детали. В таком случае мне надо продолжать следить за ними, и рано или поздно я узнаю адреса этих надомниц. А вот что мне это даст? Я ведь не налоговый инспектор, меня такая мелочевка не интересует, найти бы пропавших женщин! Во всяком случае, Юрий платит мне именно за это.

«…Еще тысяч сто пятьдесят…» – сказала тогда Капитолина. О чем эта фраза? Может, нашим друзьям не хватает такой суммы на покупку машины? Возможно. Но тогда им надо подождать совсем немного. А мне остается только одно – следить, следить и еще раз следить…

К этому времени я доела бутерброд, допила кофе и стала собираться.

На этот раз я оделась, как предприниматель Наташа. Правда, вместо Светкиного брючного костюма я надела свой, но тоже дорогой и стильный.

Без четверти десять я была уже во дворе дома Капитолины. И приехала, надо сказать, очень вовремя: буквально через пять минут парочка вышла из подъезда и направилась к машине. На этот раз за руль сел Тарас. Он привез свою подругу к тому самому сетевому магазину, где она покупала по утрам стандартный набор продуктов. Как всегда, Капитолина сходила в магазин, вышла из него с полной сумкой, села в машину, и белый «Фольксваген» рванул в сторону ателье. Внутрь здания они зашли вместе.

Я припарковала свой арендованный песочного цвета «Порше» у крыльца и вышла из машины.

Клиентов в ателье было совсем мало. Оно и понятно: рань. Кто побежит с утра заказывать себе одежду? Приемщица откровенно скучала, почитывая какой-то гламурный журнальчик и попивая кофе. Она подняла на меня глаза, но я прошла мимо, бросив ей небрежно: «Здрасьте!»

Капитолина сидела в своем кабинете. Я вошла, постучав, но не дожидаясь ее разрешения. Она просто опешила:

– Наташа? Ты?..

Очень глупый вопрос. Разве так не видно? Едва оправившись от удивления, Капитолина быстро убрала что-то со стола в верхний ящик. Я не успела рассмотреть, что это было.

– Проезжала мимо по делам, – сказала я, плюхаясь, по обыкновению, без спроса в кресло, – дай, думаю, заскочу, проведаю мою новую подругу…

А где же ее ненаглядный Тарасик? – подумала я, оглядываясь. Что-то в кабинете его не видно. Может, в туалет пошел?

– Как у тебя дела, Капитолина? – спросила я, закидывая ногу на ногу.

Она немного растерянно пробормотала:

– Ничего, нормально…

– Ничего – это совсем ничего! – назидательно сказала я. – Надо говорить: «отлично», или «о?кей», или «лучше всех!» и тому подобное. Так ты программируешь себя на успех. Поняла?

Она автоматически кивнула, почему-то посмотрев испуганно на дверь. Что так ее тревожило? Боится, что вот-вот зайдет ее ненаглядный? Ну и что здесь такого? Зайдет – познакомимся…

– Наташ, знаешь, ты посиди тут… Я сейчас… – пробормотала Капитолина растерянно.

Она вышла из-за стола и выпорхнула из кабинета. Я тут же подскочила к столу и открыла верхний ящик. Но ничего особенного я там не заметила. На папке для документов лежал обыкновенный листок настольного календаря. Розовый такой листочек с двумя дырочками сбоку. На нем был набросок карандашом – платье очень оригинального фасона. Я быстро сунула листок к себе в сумку и села обратно в кресло.

Она вернулась буквально секунд через тридцать, успокоенная – это сразу было видно.

– Наташа, я вот что подумала… Может, пообедаем сегодня вместе? Если, конечно, у тебя есть время, – поспешно добавила она, вспомнив, что я – человек предельно занятой.

– Сегодня? – переспросила я сосредоточенно. – Подожди, дай подумать.

Я «подумала» буквально несколько секунд, потом кивнула:

– Можно и пообедать, но я освобожусь не раньше трех.

– Ну и замечательно! – обрадовалась моя новая подруга. – Значит, в три там же?

Я кивнула с улыбкой. Потом посмотрела на часы на стене:

– О! Мне пора: через двадцать минут я должна быть в банке. Встреча важная, опаздывать нельзя: как-никак беру кредит.

– И много? – В голосе Капитолины слышалась неподдельная заинтересованность.

– Нет, всего два «лимона»…

Я сказала это небрежно, как о какой-нибудь мелочевке, и, встав с кресла, направилась к двери. Уже выходя, я повернулась и помахала ей рукой:

– Пока!

Я проехала буквально пару кварталов, потом свернула в какой-то двор и остановилась. Мне необходимо было подумать. Я достала из сумки украденный из стола Капитолины календарный листок и принялась рассматривать его. Это был листок обыкновенного настольного перекидного календаря, какие есть во многих офисах. Наверное, девушке негде было набросать пришедший на ум фасон, и она нарисовала его на первом, что подвернулось под руку. Я внимательно рассмотрела набросок платья: отрезное по талии, с глубоким декольте, чуть ниже линии плеча – сборки, рукав… оригинальный рукав, похоже на фасон «летучая мышь», только начинается он от самого пояса, постепенно сужаясь к запястью. На рисунке было еще много разных портновских прибамбасов. Под наброском было написано: «Размер 92—64. Мат. – шифон, креп-жоржет, набив. шелк». И что здесь такого особенного? Почему Капитолина спрятала листок в стол, стоило мне зайти в ее кабинет? Боялась, что я подсмотрю фасон платья и сошью себе такое же? Увы! Я не портниха, шить не умею и потому конкуренцию ей уж никак не составлю. Но раз девчонка так испугалась, значит, есть отчего! А может, показать этот листок бывшему бухгалтеру ателье Ольге Кладченко? Может, хоть она что-то прояснит? Точно, покажу ей, вдруг она разбирается в этих тонкостях, как-никак она семь лет проработала в ателье у Элеоноры. Я завела машину и поехала на Зеленую улицу.

Я позвонила, и, на мое счастье, Ольга оказалась дома. Припарковавшись, я позвонила в звонок, и вскоре она уже стояла у калитки.

– Извините, а вы кто? – спросила она, подозрительно рассматривая меня и не торопясь открывать.

И тут я вспомнила, что выступаю в образе предпринимателя Наташи.

– Здравствуйте, Ольга. Это я, Татьяна Иванова, частный детектив.

– Что-то вы не похожи на Татьяну, – сказала женщина, с сомнением рассматривая меня из-за калитки, – разве что только голос…

– Это я, честное слово я! Просто я сегодня в другом образе… Так надо.

Лишь после того, как я показала Ольге свое удостоверение частного детектива, она отперла замок.

– Здравствуйте, Татьяна. Вы хотели спросить меня еще о чем-то?

– Угадали.

Я шагнула в открытую Ольгой калитку и, достав из сумки листок, протянула ей.

– Проходите в дом, – пригласила хозяйка.

– Нет, я тороплюсь, поговорим во дворе, если вы не против… Ольга, если не трудно, посмотрите, пожалуйста, на этот листочек.

Едва взяв его в руки, она сначала удивленно подняла брови, потом побледнела и посмотрела на меня испуганно:

– Татьяна, откуда у вас это?

– Стащила из кабинета Капитолины, – как ни в чем не бывало выдала я. – А что?

– Но этого не может быть!

– Чего? – не поняла я. – Платья такого фасона? Почему не может, вот же нарисовано! И фасончик, по-моему, ничего! Я бы от такого, наверное, не отказалась…

Ольга отрицательно качала головой, держа листок на вытянутой руке, как бы пытаясь отстраниться от него. Я заметила, что зрачки ее неестественно расширились.