Чтение онлайн

– Да, женщина рожала, по крайней мере один раз: у нее на шейке матки обнаружены швы. Очевидно, плод был крупным, имелись разрывы, которые гинеколог зашил.

– А у нее случайно не детская матка?

– О чем вы говорите, Танюша?! Нет, ее детородные органы были более чем в прекрасном состоянии. Думаю, она могла бы иметь еще не одного ребенка.

– Спасибо вам, Сергей Иванович. До свидания.

Я положила трубку и загадочно посмотрела на Андрея.

– Кажется, я знаю, куда делись наши швеи, Андрюша!..

– Это круто, мать! – Он смотрел на меня восторженно, правда не переставая при этом жевать очередной пирожок. – И куда же?

– А для этого мне надо срочно переодеться и вообще изменить внешность!

– Ты имеешь в виду пластическую операцию? – встревожился Мельников, с подозрением глядя на меня.

– Ну, до этого, думаю, не дойдет… Так, все, Андрюша, доедай тут все пирожки, а мне пора.

Я едва ли не бегом выскочила из отделения и поехала к себе домой.

Зайдя в прихожую, я первым делом посмотрела на часы. Так, время до трех у меня еще есть. Значит, успею выпить кофе и поразмышлять. О ком? Прежде всего о нашей Капитолине. Она солгала мне, сказав, что переняла у мачехи ее мастерство. Мало того, как теперь выясняется, она солгала, опознавая ее труп. Значит, вместо Элеоноры похоронили кого-то другого. Ничего себе сюжетец! Но где тогда может скрываться бывшая хозяйка ателье и почему она делает это?

А если, похоронив любимого мужа, Элеонора решила уйти в монастырь? Живет там себе в тишине, вдали от мирской суеты и продолжает придумывать новые фасоны и даже раскраивает ткани на досуге? И время от времени передает падчерице детали кроя (кажется, так это называется?). А может, она не в монастыре, а где-то еще живет и работает не по своей воле? Одно пока ясно: имеет место быть вариант номер два: Элеонора не умерла, она продолжает жить и работать. Думаю, совсем скоро я узнаю, где именно.

Я допила кофе, сняла дорогой костюм и оделась просто и более чем скромно, чтобы Капитолина не смогла узнать меня. Прихватив с собой темные очки и косынку, я отправилась к кафе «Вирджиния», благо уже было половина третьего.

Я сидела в своей «девятке» и ждала, пока она приедет. Встреча была назначена, а Капитолина, как я успела заметить, человек пунктуальный, значит, она будет в кафе ровно в три.

Так и случилось. Мало того, из остановившейся почти у самого крыльца машины она появилась не одна. Ее ненаглядный Тарас помог подруге выйти (небось за обещание купить ему иномарку стал таким галантным!), и парочка под руку проследовала в помещение, причем в дверях Тарас как-то воровато оглянулся. Да, мадемуазель, связавшись с таким типом, вы встали на очень скользкий путь! Выждав минуты три, я тоже вошла в кафе.

Они уже сидели за столиком и пили сок в ожидании заказа. Я, как и в прошлый раз, выбрала такое место, чтобы находиться как можно ближе к моим друзьям. Едва я села за свой столик, как до меня донеслось:

– Хватит нервничать. Не придет она… – довольно грубо одергивал подругу Тарас.

– Но как же… обещала…

– Да успокойся ты!.. Все нормально… ты сама его куда-то задевала… Давай лучше решать, будем брать еще?..

– Будем! Какая теперь разница, сколько… Статья…

– Типун тебе на язык! «Статья…» Тогда сегодня… Все подготовлю… Ты была права… Матрас… Машинку…

Я до предела напрягала слух, но до меня долетали лишь обрывки фраз. Я поняла одно: сегодня наши друзья замыслили сделать что-то нехорошее. А это значит, мне нельзя спускать с них глаз ни на минуту! Некоторое время они ели молча, потом Тарас завел речь об иномарке.

– Да будет тебе твоя машина! – огрызнулась Капитолина так громко, что я хорошо расслышала.

– А ты чего злишься? Я что, хочешь сказать, не заработал?!.

– Да заработал ты! Сказала же: на днях куплю…

Потом она опять начала что-то говорить о деньгах, прибыли, каких-то вычетах. Слышались слова «мало», «еще больше»… Да, жадная девочка, как сказала бывший бухгалтер ателье Ольга, а жадность, как известно, даже фраера сгубила.

Легко перекусив салатом и соком, я вышла из кафе раньше моих друзей, вернулась в свою машину и приготовилась ждать. Мое сердце подсказывало, что развязка наступит очень скоро…

Парочка появилась на крыльце лишь через полчаса. Они подошли к своей машине, еще какое-то время разговаривали, пока Тарас курил. Я заметила, что мадемуазель Седельникова как-то уж очень нервничала. Она часто смотрела по сторонам, проверяя, не подошел ли к ним кто-нибудь на близкое расстояние, и приводила в порядок свой маникюр народным способом, то есть чистила ногти ногтем. Потом парочка села в машину и покатила к ателье.

Весь день Капитолина и Тарас проторчали в помещении, даже после закрытия, когда единственная швея и приемщица ушли домой, все еще оставались внутри. Я посматривала на часы. Какого черта они там делают? Чем вообще можно заниматься в пустом ателье ночью? Даже если они любители секса в самых неожиданных местах, то все равно давно бы уже должны были все закончить!

Только в десять часов наши друзья покинула свое заведение, хорошенько закрыли дверь, сели в машину и отправились куда-то по пустеющим ночным улицам…

Они остановились недалеко от швейной фабрики в темной подворотне. Из машины не вышли, оставались внутри, причем в полной темноте. Неужели наша парочка приехала сюда затем, чтобы… Вот черт! Может, позвонить Мельникову? Я посмотрела на часы на мобильнике: почти половина одиннадцатого. Андрюша сейчас, поди, уже зубы чистит и душ принимает перед сном. Нет, звонить ему пока не стану, посмотрю, как будут разворачиваться события. Да и что он сделает один? Лучше уж просто наряд вызвать в случае чего…

Тут я заметила, что какой-то темный силуэт вышел из машины Капитолины и направился в сторону фабричной проходной. Да, похоже, они собираются следить за работницами второй смены, ведь те скоро пойдут домой. Я посмотрела на ярко освещенную дверь проходной. В этот момент из нее действительно вышли три женщины и направились в сторону трамвайной остановки. Темный силуэт остался на месте. Я оставила на сиденье сумку, предварительно забрав из нее телефон, закрыла машину и осторожно двинулась в обход дома, чтобы обойти этот силуэт с другой стороны и, в случае чего, помешать нападению на женщин.

Дворы на этой стороне улицы, как назло, были темными. Центр города называется! – ворчала я про себя, осторожно продвигаясь вдоль стены дома. Я снова посмотрела на дверь проходной. Вот из нее вышли еще три женщины и тоже пошли кучкой в сторону проспекта. Там им ничто не грозит, там светло и полно прохожих, несмотря на поздний час. И тут мне в голову пришла неплохая мысль. А что, если взять наших гангстерито, что называется, на живца? Прошмыгнуть на фабрику, а через несколько минут выйти и пойти одной, и не в сторону трамвая, а в противоположную. А как только услышу сзади шаги… Точно! Так я быстрее их поймаю.