Чтение онлайн

— Не из-за чего нервничать. Возможно, она просто хочет узнать тебя получше, — врет Джулия.

ЗАТЕМ: ОХОТА НА ЗМЕЙ

Мои синяки в основном зажили. То, что осталось, — это просто пожелтевшие следы истории, которую рассказываю. Прямо сейчас эта история связана с грубым посетителем бара, который угрожал женщине средних лет, устрашающе похожей на ту, с которой я сейчас флиртую. Она тает от каждой детали, потягивая свой третий напиток за час, что делает ее легкой добычей. Наверное, неплохо для моей первой работы. Помогает и то, что мои «жертвы» сами по себе змеи.

Марла Крествуд.

Замужем за печально известным строительным магнатом Филипом Крествудом III, который сколотил свое состояние на подкупе государственных контрактов. Предполагается, что я должен использовать любые необходимые средства, чтобы выяснить, кто получает вознаграждение.

Она тычет пальцем в мою сторону, когда я заканчиваю наливать еще одному гостю. Быстрый взгляд на ее наполовину полный бокал показывает, что ее интересует нечто большее, чем просто наполнение. Я работаю с ней с тех пор, как Бен привел ее в мой бар, составляя ей напитки на ночь.

— Во сколько ты заканчиваешь? — спрашивает она, когда я возвращаюсь к ней.

Я выдаю полуулыбку, которая, похоже, ей действительно нравится, и облокачиваюсь на стойку.

— В полночь. Почему спрашиваешь?

Ее улыбка — ленивая смесь влюбленности и чрезмерного количества водки.

— Может быть, я надеялась узнать тебя получше. — Блеск в ее глазах завершает мысль, когда ее голодный взгляд блуждает по мне. Я опускаю свой на горку камней на ее пальце.

— Да?

Она следит за моим взглядом и озорно улыбается.

— Фил вернется только через несколько часов, если вообще вернется. Просто выпьем по рюмочке-другой за вежливой беседой?

В ее взгляде нет никакого интереса к вежливой беседе. Я проглатываю комок в животе и выдавливаю заговорщическую ухмылку.

— Фил — твой муж?

Она кивает.

— Он часто оставлял тебя одну на каникулах?

— Мы здесь не на каникулах, милый. — Она смеется какой-то личной шутке. — Ну, может, я и на каникулах, но не он. Для Фила это все бизнес. Какая-то дурацкая встреча по поводу шоссе или чего-то в этом роде. Я просто аксессуар для шоу. — Она закатывает глаза и делает еще один большой глоток своего напитка.

— Шоссе, значит?

Она машет рукой.

— Скучная чушь. Тебе лучше не знать.

За исключением того, что я знаю. Это единственное, что я хочу знать.

— Я бы с удовольствием послушал об этом. Звучит так, что, возможно, тебе не помешал бы друг, которому ты могла бы излить душу.

Ее губы изгибаются вокруг соломинки, пока она выслеживает свою добычу и сочиняет рассказ, который я всю ночь скармливал ей строчка за строчкой. Я чувствую взгляд Бена за столиком слева от меня. Двое других, которых я не знаю, наблюдают за каждым выходом. Сегодня вечером за мной установлено дополнительное наблюдение. Конечно, это так. Это моя первая работа.

По крайней мере, они так думают.

Четыре часа спустя я отправляю сообщение Меррику из номера «Эмпайр» на восьмом этаже.

Кертис Домбровски.

Я фиксирую каждый поворот и ориентир, пока Адриан и Джулия ведут меня вглубь особняка. В моей голове уже формируется маршрут побега на случай, если это станет необходимым.

— Почти пришли, — шепчет Джулия.

Адриан отдергивает занавеску в дальнем конце спальни, обнажая потайную дверь.

Я знаю такие комнаты.

Идеальное место, чтобы спрятать пленника.

Или тело.

Моя кровь стынет от застарелой паники, когда он набирает код.

Нахлынули воспоминания.

— Прости, прости, прости меня!

Мои маленькие кулачки отбивают бешеный ритм. Слезы капают из зажмуренных глаз.

Забытый и игнорируемый до наступления ночи,

Стал бояться света.

Комнаты, которые скрывают сопротивляющиеся крики и запретные мечты...

Я позволяю части моего настоящего страха вырваться наружу, пока мы ждем щелчка замка. Поэт Эверетт Шоу испугался бы. Для него это в новинку — потайные двери и тайные встречи.

Джулия проводит рукой по моей руке в ободряющем жесте, и где-то глубоко в моей холодной душе испуганный мальчик умоляет хоть о капле сострадания, которого он так и не получил, пока не стало слишком поздно.

Когда дверь наконец открывается, мама Эйч ждет внутри, словно королева на своем троне-качалке. Другой мужчина стоит позади нее с каменным, отсутствующим выражением лица. Если мне нужно было угадать, это Роберт Хартфорд, ее младший брат.

Холодный взгляд мамы Эйч прикован ко мне, когда она жестом приглашает нас подойти. Джулия и Адриан смиренно сжимаются рядом со мной.

— Теперь мы одни, — говорит мама Эйч. — Нас никто не слышит. — Она делает паузу, чтобы подчеркнуть двойной смысл. Ты можешь говорить открыто. Тебе также крышка, если ты этого не сделаешь.

— Что ты видел, сынок?

Я перевожу встревоженный взгляд с Джулии на маму Эйч, чтобы все подумали, что я в ужасе. Может быть, так и есть.

Лед, бегущий по моим венам, — это опасный танец между закаляющей силой и предательской дрожью.

— Они... — Я сглатываю и изучаю свои ноги.

— Все в порядке, сынок. Мы можем защитить тебя. Нам просто нужно, чтобы ты рассказал, что знаешь, чтобы мы могли тебе помочь.

Я заставляю себя снова поднять взгляд и вглядываюсь в лицо женщины. Со вздохом закрываю глаза и делаю глубокий вдох.