Чтение онлайн

Не прошло и часа, как он начал жалеть, что отдал старику координаты Мартынюка. Он вертел баранку, смотрел на глянцевое от дождя шоссе и думал о том, что в сове и в самом деле могут храниться бриллианты. Уж очень рьяно старик охотится за ней. Даже на убийство пошёл.

Обдумывая этот вопрос так и этак, молодой Белявский всё больше укреплялся в мысли, что дело с совой, и правда, нечисто. Всё сходилось: дед, Кирилл Николаевич, хоть и был моряком, но в последние годы работал в КГБ по такому ведомству, через которое проходили золотовалютные ценности, в связи с чем в семье держался упорный слух, будто его смерть в автомобильной катастрофе была подстроена; сова оказалась в машине деда в момент катастрофы, но что за сова, откуда взялась и зачем понадобилась ему - до сих пор никто не знает, и бабка не могла это объяснить. Страшный старик тоже работал в КГБ и знал деда, а значит, мог знать и про бриллианты в сове. Но главный аргумент в пользу существования бриллиантов - это солидный мужик из джипа. Он сулил за сову золотые горы, а старик его всё равно прикончил. Прикончил наверняка не за доллары, которые лежали у того в кармане, а за сову!

"Дворники" мерно скользили по забрызганным стёклам, расчищая вид на московские огни. Артём погрузился в сладкие грёзы о том, как он потратит миллионы, попади бриллианты к нему в руки. Первым делом купит акции какой-нибудь компьютерной фирмы. С акций можно получать хороший доход. Потом отправится в круиз по Средиземному морю...

Выруливая во двор, он уже ясно понимал, что свалял большого дурака, отдав старику координаты Мартынюка. Он мог бы и сам заняться поисками драгоценностей, тем более о местонахождении совы никому из заинтересованных лиц, похоже, не известно.

Утром в теленовостях сообщили об убийстве Леонида Бортновского - советника в аппарате правительства и крупного финансиста, когда-то работавшего в органах безопасности. Он был зарезан в Люберцах, как предполагают - одним из своих старых знакомых, тоже бывшим сотрудником КГБ. Этот знакомый исчез в ночь убийства и теперь объявлен в розыск.

То, что Бортновский тоже был связан с КГБ, окончательно уверило Артёма в том, что статуэтка хранит в себе бриллианты. Весь день он твердил себе, что надо как можно скорее добраться до Мартынюка и изъять сову, но он решительно не знал, как это сделать. Не знал даже, как подступиться к такому предприятию. Единственное, что ему приходило на ум - это уговорить мать выпросить сову у Мартынюка назад. Однако, в таком случае, придётся рассказать ей про бриллианты, убийства и страшного старика, которому он пытался сбагрить дедовы реликвии. К тому же Артём совсем не был уверен, что от этих бриллиантов ему что-нибудь перепадёт. Родители сразу наложат на них лапу.

Оставался другой путь, рискованный и опасный: ограбить квартиру декана. Но для этого нужны надёжные сообщники.

В ночном клубе "Фараон" собиралась в основном публика нетрадиционной сексуальной ориентации. Артём считался тут завсегдатаем. В этот вечер, потрясясь пару часов в толпе танцующих, он поднялся в бар, куда должны подойти Гарик с Романом. В небольшом помещении бара звучала негромкая музыка, порхали цветные лучи. Артём первым делом оглядел людей у стойки. Гарик, сорокалетний гей с наголо стриженой и размалёванной головой, уже сидел здесь, на своём обычном месте, потягивал виски и о чём-то толковал с Романом, парнем вдвое моложе себя, с волосами, выкрашенными в кардинальный жёлтый цвет. Идя к этой паре, Белявский думал о том, что мог бы посвятить их в тайну. Гарик с Романом надёжные люди, при делёжке бриллиантов не обманут.

Гарик сразу облапил его своей татуированной ручищей, притянул к себе и посадил на колени.

– На, прополоскай горло, - он сунул Артёму бокал и продолжал разговор с Романом о предстоящих гастролях.

Потягивая охлаждённое виски, Артём разглядывал публику и ждал момент, когда можно будет заговорить о деле.

В баре появился Барон со своей девицей. Увидев Артёма, он дружески подмигнул ему. Этому торговцу наркотиками Артём успел задолжать кучу денег. Барон одалживал ему, явно замахиваясь на его почти новую "пятёрку". Он уже несколько раз заговаривал о машине, но Артёму всегда удавалось выкрутиться. Машину ему подарил отец по случаю поступления в институт, и о том, чтобы расстаться с ней, Артём даже помыслить не смел.

Сказав, что сейчас вернётся, Белявский слез с колен Гарика и направился к наркоторговцу. Тех долларов, что лежали сейчас у него в кармане, было далеко не достаточно для выплаты долга, однако с ними при разговоре с Бароном он мог чувствовать себя уверенно.

Барон уселся за свободный столик у стены, сделал заказ и заговорил со своей спутницей. Геем он не был, и его фамилии никто не знал. В клубе он был известен только по кличке, как, впрочем, и почти все здешние завсегдатаи. Артём задержался, увидев, как к Барону подошли какие-то молодые люди. Наркоторговец коротко переговорил с ними. Только когда они ушли, Артём уселся на свободный стул.

– Есть бабло, - он небрежным жестом бросил на стол восемьсот долларов.
– Удалось достать.

– Да?
– Барон, улыбнувшись, взял купюры и неторопливо просмотрел их, бумажка за бумажкой.
– За тобой ещё четыре "штуки" баксов.

Барону было около тридцати. Волосы у него были светлые и редкие спереди, лицо - белое и полнощёкое, не лишённое привлекательности. Его постоянное спокойствие и наружное дружелюбие располагали к нему, и многие его постоянные клиенты, потребители кокаина и амфетамина, вполне искренне считали себя его лучшими друзьями.

– Я отдам, причём скоро, - заверил его Артём.
– Только сделай мне сейчас таблетку.

– Лады, через полчаса на танцполе. Она передаст, - Барон кивнул на свою спутницу.

Молодая женщина с тёмно-каштановыми волосами равнодушно посмотрела на Артёма и взяла в рот сигарету. Барон поднёс ей зажжённую зажигалку.

– "Пятёрка" цела?
– спросил Барон.
– Не разбил ещё?

– Как новенькая, хотя вчера гонял на ней в Люберцы. Туда и обратно, в самый ливень.

Разгоряченному выпивкой Артёму вдруг подумалось, что Гарик с Ромой не годятся для того рискованного предприятия, которое он собирался им предложить. Гарик прилично зарабатывает в шоу-бизнесе и вряд ли захочет искать на свою задницу сомнительных приключений, а от мягкотелого Ромы толку и вовсе никакого. Зато Барон - это тот человек, который должен знать, как обделываются такие дела.

Не успев ещё додумать эту мысль до конца, Артём наклонился к наркоторговцу:

– Доллары я, кстати, привёз оттуда... Дело наклёвывается офигенное. Можно хорошо подзаработать.

– Да?
– На лице Барона не отразилось никаких эмоций.

– Я случайно узнал, где спрятаны бриллианты. Много бриллиантов.

– Ну, и где же?

– Их надо ещё достать. Если бы я сам мог справиться с этим делом, я бы тебе не говорил.

Сбивчивый рассказ про никелированную сову, в утробе которой лежат полтора килограмма бриллиантов, и старика, бывшего гебиста, который её ищет, Барон слушал без особого интереса. Сейчас его волновало другое. На прошлой неделе менты разгромили подпольную лабораторию, поставлявшую синтетические наркотики. Начались аресты среди торговцев. Надо было ложиться на дно, а этого Барону совсем не хотелось.

Нельзя, однако, сказать, чтобы он совсем не верил подвыпившему парню, но более вероятным ему казалось, что тот попросту "пудрит" ему мозги, пытаясь оттянуть выплату долга.

– Значит, он убил его из-за совы?
– рассеянно поинтересовался он, когда Артем рассказал про смерть Бортновского.

– Я своими ушами слышал, как он выпытывал у старика про сову!
– шептал Артём.
– Большие бабки за информацию обещал, а тот выхватил нож и хрясть ему в живот. Ты разве не слышал, как сегодня по ящику рассказывали про убийство в Люберцах? Я всё это видел своими глазами!

– А что ж ты тогда дал старику адрес?
– спросила подружка Барона.

Дарья сидела как будто с посторонним видом, но Артём видел, что она его внимательно слушает.

– Я только потом сообразил, что не надо было. Он ведь мне восемьсот баксов прямо в руки сунул. Ну, я и дал... Это такой крутой старикан, с ним лучше не связываться. Он мог меня прирезать, как Бортновского... Для него это плёвое дело...

К Барону то и дело подходили, и Артём умолкал. В конце концов, чувствуя потребность в "заправке", он спустился в зал, где продолжались танцы. Встал в стороне. Когда в зале появилась Дарья, он устремился прямо к ней. Дальнейшее Артёму было известно. Танцуя, он приблизился к ней, обхватил её и прижался губами к её губам, якобы страстно целуя. От прикосновения женского тела он не ощутил никакого возбуждения, зато моментально вобрал в рот таблетку, которую она вытолкнула язычком из своих полураскрытых губ.