Чтение онлайн

то я сгорю, а также сгорит [мой] слушатель.

[***]

Губы сомкни здесь и осла в эту сторону не гони [= не продолжай]!

Отправился Сиддик в сторону тех ослов [= иудеев].

Кольцом дверным он постучал, а когда дверь [иудей] отворил,

вошёл вне себя он в дом иудея.

1010 Вне себя, потерявший голову и полный огня, он сел.

С уст его много горьких слов сорвалось:

«Этого угодника Аллаха почему ты порешь?

Это что за злоба, о вражина Света?

Если ты правдив в религии своей,

то жестокость к правдивому [в своей религии] как твоё сердце допускает?

О ты, в религии иудаизма самка,

раз такое подозреваешь ты в рождённом от шаха!

На всех по зеркалу кривому своему

не смотри, о ты, отвергнутый проклятием навеки!»

1015 Если бы о том, что в тот миг с уст Сиддика сорвалось,

я рассказал, ты потерял бы ноги и руки.

[***]

Те источники мудрости [77] , как Евфрат,

с уст его сбегали[, приходя] из Беспространства,

как из скалы, откуда вода потекла,

ни сбоку источник не имея, ни изнутри.

Щитом Своим сделал Истинный ту скалу,

открыв [путь] воде лазурной,

так же как из источника глаз твоих свет

Он потечь заставил, не скупясь и не затихая.

1020 Ни в белке источника он [= свет] не имеет, ни в сетчатке,

прикрылся при создании [света] Друг.

В полости уха воздух, привлекающий Его/его,

постигает правдивость слов и лживость их [78] .

Что же это за воздух внутри той косточки/того хряща,

который воспринимает слова и звуки рассказчика?

Кость и воздух – покрывало и только.

В обоих мирах, кроме Поклоняемого, нет никого.

Слушающий – Он, говорящий – Он, [для мистика] неприкрытый,

потому что уши принадлежат голове [79] , о вознаграждённый [Богом].

[***]

1025 Он [= иудей] сказал: «Если милосердие ты испытываешь к нему,

то золото давай и забирай его, о почтенный характером.

У меня его выкупи, раз горит твоё сердце,

без расходов не разрешатся твои трудности».

Тот сказал: «Сотню служб сослужу [за него], пятьсот земных поклонов.

Раб есть у меня, телом белый да иудей.

Телом бел он, да чёрен сердцем, забирай,

взамен дай телом чёрного, да сердцем просветлённого».

Затем послал [гонца за ним], и привёл [его] доблестный [Сиддик],

был, поистине, весьма миловиден раб,

1030 настолько, что изумился иудей:

его будто каменное сердце встрепенулось тут же.

Переживание поклонников форм таким бывает,

их камень от [прелестной] формы воском бывает.

Вновь затеял он спор, не согласившись:

«К этому добавь что-нибудь без всяких уклонений».

Один нисаб [= двести дирхамов] серебра тот ещё ему добавил,

так что удовлетворилась жадность иудея.

Захохотал жестокосердный иудей

издевательски и насмешливо, лицемерно и злобно.

1035 Сиддик сказал ему: «Почему этот смех?»

В ответ на вопрос он рассмеялся громче (букв.: больше).

Он сказал: «Коли не было бы у тебя серьёзности и пыла

при покупке этого чёрного раба,

я не вскипел бы от спора,

на самом деле продал бы за десятую часть от этого [= этой суммы].

Ведь, по-моему, не стоит он и половины данга,

ты утяжелил его стоимость [своим] криком».

Затем ответ ему дал Сиддик: «Глупец,

жемчужину ты отдал в обмен на грецкий орех, как мальчишка.

1040 Ведь, по-моему, он стоит двух миров,

я на душу его взираю, ты – на цвет.

Красное золото он, смуглым явившийся

ради зависти этой обители дураков.

Глаз, видящий эти семь цветов физических/телесных,

не воспримет из-за такой завесы тот дух.

Если бы ты торговался при продаже больше,

отдал бы я всё имущество и богатства свои.

А если бы ты завысил [ещё] своё требование, то я, стараясь [купить его],

подол золота взял бы в долг.

1045 Легко ты [его] отдал, потому что задёшево получил,

жемчужины ты не увидел, шкатулку не расколол.

Закрытую шкатулку невежество твоё [мне] отдало,

скоро ты увидишь, какой обман тебя постиг.

Шкатулку, полную рубинов, пустил ты по ветру,

как негр, радуясь черноте своего лица [= своему позору].

В конце концов „О горе мне!“ ты скажешь предостаточно,

счастье и удачу продаст ли в самом деле кто-нибудь?

Счастье в одежде раба [к тебе] пришло,

твой несчастный глаз, кроме внешности, ничего не увидел.

1050 Он показал тебе [лишь] рабство своё,

твой мерзкий нрав применил к нему коварство и уловки.

Этого [раба-иудея] с чёрными тайнами, [хотя и] белотелого,

как идолопоклонник забирай, о пустомеля!

Этого – тебе, а того – мне, получим мы [оба] прибыль.

Живее! Вам — [своя] религия, а мне — [своя] религия, о иудей!»

[***]

В самом деле, это достойно поклонников идола:

попона его – атласная, [а] конь его – из дерева.

Он похож на могилу неверных, [изнутри] полную дыма и огня,

а снаружи облепленную сотней [красивых] изображений и узоров.