Поэма о скрытом смысле. Шестой дафтар
Шрифт:
Обратился однажды к хвадже гилянскому
хлеба любитель, храбрый (букв.: самец) нищий, с корзиной.
Взяв у того хлеб, он сказал: «О Ты [= Бог], Приходящий на помощь,
радушным к домочадцам своим обратно его доведи!»
Тот сказал: «Если это дом, что я видел [в последнее время],
пусть Истинный тебя туда доставит, о негодяй!»
[***]
1240 Любого рассказчика подлецы унизят,
если слова его высоки, они [их] принизят,
потому что по мерке слушателя выйдет известие [91] ,
по росту/размеру хваджи отрежет портной накидку.
Описание той старухи
Раз собрания [слушателей] без таких упрёков нет,
то рассказа презренного и низкого не избежать.
Выкупи живее это рассуждение из залога,
к сказке про старуху возвратись!
Когда, в летах преклонных, нет у неё на пути мужика,
ты назови её каргою старой:
91
Ссылка на хадис: «Поистине, Аллах внушает мудрость языком проповедников по мере усердия внимающих» (?? ???? ???? ?????? ??? ???? ???????? ???? ??? ?????????). См.: [Фурузанфар. Ахадис. С. 198].
1245 нет у неё ни капитала и основы,
ни способности воспринять источник,
она и не дарует, и не получает удовольствия,
нет в ней ни смысла, ни [силы] смысл привлечь,
ни языка, ни ушей, ни разума, ни зрения,
ни сознания, ни бессознательности, ни размышления,
ни мольбы, ни какой-либо красоты для кокетства,
внутри у неё слой за слоем зловонно, как у лука,
ни путь не прошла она и не ступала на путь,
ни биения нет у той шлюхи, ни жжения [страсти] и вздохов.
История про дарвиша, которому на всё, о чём он просил из некоего дома, отвечали «Нет»
1250 Один попрошайка, придя к какому-то дому,
чёрствую корку хлеба попросил или свежую корку.
Сказал владелец дома: «Хлеб здесь откуда?
Нахал, как тут быть лавке пекаря?»
Он сказал: «Тогда немного жира найди».
Тот сказал: «Ведь не лавка это мясника!»
Он сказал: «Чуть муки мне подай, о хозяин».
Тот сказал: «Ты подумал, что это мельница?»
Он сказал: «Тогда воды подай из резервуара».
Тот сказал: «Ведь не ручей это и не водопой!»
1255 Над всем, что он просил из хлеба или отрубей,
тот насмехался, высмеивая его.
Нищий вошёл и подол подтянул,
у дверей дома рассчитывая испражниться.
Тот сказал: «Эй, эй!» Он сказал: «Замолчи, о жестокий,
пока я в этих развалинах не опорожнюсь!
Раз здесь нет основания для жизни (зистан),
то на такой дом надобно испражниться (ристан)».
[***]
Если не сокол ты, чтоб хватать добычу,
выдрессированный для охоты Царя,
1260 не павлин ты с сотней [красивых] узоров,
чтоб от узоров твоих глаза засияли,
и не попугай ты, чтобы сахар тебе подавая,
ушами к сладким речам твоим приникали,
и не соловей ты, чтоб, как любовник печальный
сладко стенать на лугу или в саду тюльпанов,
и не удод ты, чтоб вести приносить,
не аист, чтоб отчий дом вверху соорудить,
то для какого ты дела и ради чего тебя покупать?
Ты что за птица и тебя с чем едят?
1265 От этой лавки с мытарями/торгашами выше поднимись —
до лавки Превосходства, где Аллах купил [92]
товары, на которые никто из людей не взглянул
с [точки зрения] пригодности, а Тот Щедрый их купил.
Никакая разменная монета у Него не отвергается,
потому что Его целью в покупке нажива не является.
92
Коран, 9: 111: «Поистине, Аллах купил у верующих их души и их достояние за то, что им – рай! Они сражаются на Пути Аллаха, убивают и бывают убиты, согласно обещанию от Него истинному в Торе, Евангелии и Коране. Кто же более верен в своём завете, чем Аллах? Радуйтесь же своей торговле, которую вы заключили с Ним! Это ведь – великий успех!»
Возвращение к рассказу про старуху
Когда на свадьбу собралась было пойти та [старуха, что] осень,
брови от волос очистила страхолюдина.
Взяла зеркало, [держа его] перед лицом, старуха,
чтобы украсить лицо, щёки и рот (букв.: рыло).
1270 Несколько румян втёрла она от недовольства [собою],
[но морщинистая] скатерть лица её не стала более прикрытой.
Позолоту «десяток» Кодекса сняв [93] ,
93
Ученикам чтецов Корана в древности давали заучивать наизусть по десять айатов в день. Для удобства на полях писали позолоченными чернилами слово «десять» (???). Николсон понял иначе: [So] that filthy [hag] was cutting out portions of the Holy Book and sticking them on her face. См.: [Nicholson. Mathnawi. Р. 329].
прилепила [её] к лицу та грязная [ведьма],
чтобы скатерть лица её скрытою стала,
чтобы она драгоценным камнем в кольце красавиц стала.
Позолоту «десяток» по всему лицу она наложила,
[но] когда она обмоталась чадрой, та слетела.
Вновь она позолоту «десяток» слюной
по всему лицу прилепила,
1275 вновь чадру поправила милашка,
позолота «десяток» с лица упала на землю.
Когда она довольно проявила искусства, а та всё падала,
она сказала: «Сотня проклятий Иблису пусть будет!»
Обрёл обличье тут же Иблис быстро,
сказав: «О малокровная иссохшая шлюха,
мне за всю жизнь такое не придумалось,
кроме тебя, ни от одной шлюхи такого я не видал.
Редкое семя в [поле] позора посеяв,
в мире ты ни единого Кодекса [Корана] не оставила.
1280 Сотня Иблисов – ты, войско за войском,
оставь меня ты в покое, о премерзкая старуха!»
[***]
Сколько будешь ты красть позолоту «десяток» из знания Книги,
чтобы стало твоё лицо пёстрым, как яблоко?
Сколько будешь ты красть слова Божьих мужей,
чтобы продать [их], получив «Добро пожаловать!» [из толпы]?
Цвет накладной тебя румяной не сделает,
ветвь накладная ветвью с гроздью [плодов] не сделает [94] .
В конце концов, когда чадра смерти к тебе подступит,
с твоего лица эта позолота «десяток» спадёт.
1285 Когда же придёт вприпрыжку [время] ухода,
94
Если в русской традиции густые волосы на голове сравнивают с копной, то арабы уподобляют шевелюру на голове «ветви с гроздью плодов» (?????) финиковой пальмы, отсюда накладная ветвь – накладные волосы.