Чтение онлайн

И смеет говорить, что скучно ей!

Лидия Да, признаюся в глупости моей:

Они-то именно мне надоели,

Все эти селадоны, пустомели,

Любезники, питомцы наших зал.

Как только вспомню бал,

Их сладость, остроты, кривлянье, вздохи, лепет, —

Меня бросает в страх и трепет.

Сначала весело дурачить было их;

Но вижу: и щелчков моих

Они не стоят.

Графиня Все? без исключенья?

По крайней мере, вот Ижорский не похож.

Лидия Ижорский? ваш герой? — хорош!

О! нет сомненья:

Он не мартышка... он медведь.

Графиня Однако ж этому медведю сеть

Раскинуть ты пыталась.

Лидия Что ж? вам я признавалась

И признаюсь... ведь было бы смешно,

Когда бы небом было суждено

Его разнежить мне!

(Помолчав) Ма chere, смешно бы было:

Воображаю, как смотрел бы он уныло,

Как ревновал бы невпопад!

Гяур наш, наш Конрад

От одного дрожал бы, таял взора,

От взора моего! — Ручаюсь вам, умора!

(Хохочет.)

Входит слуга.

Слуга Ижорский Лев Петрович...

Лидия

(продолжая смеяться) Он! принять!

Его в гостиной будем ожидать.

Слуга уходит; за ним Лидия и графиня.

ЯВЛЕНИЕ 3

Кабинет Ижорского; Кикимора, потом Ижорский.

Ижорский Кикимора, где ключ от фортепьяна?

Кикимора Не знаю: заложен.

(В сторону) Лекарство действует: герой влюблен.

Ижорский Что ты смеешься, обезьяна?

Кикимора От скуки сказку я прочел:

Мудрец влюбленный; пресмешная сказка!

Ижорский И сходство ты нашел?

Кикимора Прошу покорно: вот привязка!

Какое сходство? с кем? с тобою?

Ижорский Да.

Кикимора Влюблен ты? не поверю никогда.

Ижорский Влюблен?.. как это слово мало!

С ее бытьем мое бытье

Судеб определение связало;

Из всей вселенной я избрал ее.

Горжусь перед тобою,

Насмешник жалкий, злополучный дух:

В тебе нет жизни, ты для гласа сердца глух;

Могущ, бессмертен ты, но ты с душой родною

Не встретишься вовек;

Я слаб и смертен — пусть! — но человек.

Кикимора Так, так! ты человек: в восторге этом глупом,

В непостоянстве этом узнаю

Природу ветротленную твою.

Давно ли сравнивал себя ты с хладным трупом?

«Я для всего простыл, перегорел;

Уж недоступен я для стрел

Страстей и рока и напасти».

И кто же? ты — невольник страсти,

Которой (не сердися, свет!)

Из всех страстей смешнее нет?

К тому ж, перед тобою

Скрывать нужды нет, и не скрою:

Ты точно прав был; без огня,

Без жизни, камню мертвому подобен,

Ты не был уж способен

И забавлять меня.

С таким кумиром год, по нашему условью,

Прожить мне стало тяжело:

Я, я надменности твоей назло

Околдовал тебя любовью.

Ижорский Ты?

Кикимора Так, я. Неужель не знаю вас,