Чтение онлайн

Где наводит все кручину,

Где ни тьмы, ни блеску нет.

Прилечу — и будет праздник

Между наших шалунов:

«Воротился наш проказник!» —

Так воскликнет полк духов.

Здесь я дряхлый старикашка,

Там же свеж и вечно юн,

Весел, легок, будто пташка,

Скор, как яростный перун.

Стрекоза, мой конь ретивый,

Верный конь, — зову! сюда!

Унеси меня туда,

В край свободный и счастливый,

В край лучей и гроз и бурь,

В беспредельную лазурь!

Кикимора исчезает; Ижорский закрывает лицо руками и поспешно уходит.

ДЕЙСТВИЕ III

ЯВЛЕНИЕ 1

Брянский лес. Русалки качаются на деревьях; Кикимора; потом Ижорский.

Хор русалок Смотрят вниз густые тучи;

Чей-то голос в мраке бродит:

Леший путников заводит, —

Дик и страшен бор дремучий.

Здесь и днем глухая ночь;

Не был слышен здесь от века

Стук секиры дровосека;

Зверь бежит отселе прочь,

Здесь объемлет человека

Дрожь, немого мрака дочь.

Здесь ничей нас не тревожит

Любопытный, дерзкий взор:

К нам проникнуть в черный бор

Только оборотень может.

Одна русалка Но что я вижу? Ловчий дерзновенный

Сюда зашел! и не содрогся он,

Когда седого Пана тяжкий стон,

Стоустным, диким гулом повторенный,

Восстал пред ним при входе в наш предел!

От страха он не пал? не помертвел?

Другая Когда пред ним сгустилися туманы,

Когда из них призраки-великаны

Подъялися, наш полк сторожевой,

Стояли, возвышались над древами

И длинными махали рукавами, —

Ужель тогда при входе в наш предел

От страха он не пал, не помертвел?

Хор Ужели он при входе в наш предел

От ужаса не пал, не помертвел?

Кикимора Бросьте же вздор романтический,

Гнев прекратите лирический;

Но удивляюсь и сам я:

На чудака погляжу,

Может, узнаю и вам я,

Кто этот ловчий, — скажу.

1-я русалка Скажи, скажи, любезный братец!

Между людьми ведь ты живал:

Быть может, где его встречал.

Смотри, какой нахал,

Какой наглец и святотатец!

Все Какой наглец и святотатец!

Какой нахал!

Между людьми ведь ты живал:

Кто он? скажи, любезный братец!

Кикимора

(смотрит с дерева) Ижорский, ты ли? старый друг,

Как изменился ты! Как исхудал ты вдруг!

Как бледен! Дик твой шаг то медленный, то шибкий,

Уста искажены язвительной улыбкой,

В лице, в движеньях тягостный недуг.

Бедняжка! — нет, теперь живых тех ощущений

Не думаешь искать, которых ты искал;

Отравою напитанный кинжал

В груди твоей, кинжал безумья и мучений;

В твоей бунтующей крови

Весь пламень яростной, неистовой любви,

Весь пламень ревности — и нет тебе надежды!

Вы, люди, жалкие невежды:

Почто зовете нас духами зла и тьмы?

Союза вашего не ищем мы:

Над человечеством не возноситесь сами;

А нам — к чему нам связываться с вами?

Вот презрел данное ему судьбой,

Желал того, что смертному не в силу, —

И сокрушился подо мной

И клонится в разверстую могилу!

Но ведайте, друзья,

Его сгубил не я;

Его сгубила собственная гордость:

Орлом не будет муравей вовек,

И грязи не дана алмаза твердость, —

Быть демоном не думай, человек.

Х о р р у с а л о к Его сгубила и проч.