Вкруг колокольни обомшелой,Где воздух так безгрешно тих,Летают траурные стрелыСтрижей пронзительных и злых.Над кровью томного закатаСклоненных ив печаль светла.И новых стрел душе не надо:Душа все стрелы приняла.Стрижи ватагою победнойДочертят вещую спираль;И, догорая, запад бледныйОтбросит пурпурную шаль.И будут ив безумны речи,Как черствый ропот старика,Когда одна стучит далечеЕго дорожная клюка.
1909
«Я пью мой долгий день, лазурный и прохладный…»
Эрнесту Кейхелю
Я пью мой долгий день, лазурный и прохладный,Где каждый час – как дар и каждый миг – певуч;И в сердце, трепеща, влетает рдяный луч,Как птица райская из кущи виноградной.Я пью мой синий день, как брагу хмелевуюИз чьих-то смуглых рук, склонивших древний жбан.От утра до зари брожу, смятен и пьян,И землю под ногой жалею и милую.И тайно верится, что в струях этой влагиОтныне и вовек душа не отцветет…Но, тише… Меж дерев – ты слышишь? – Бог идет.И ветви, заалев, колышатся, как стяги.
«Я не сменю на вас, возвышенные грезы…»
Я не сменю на вас, возвышенные грезы,Мой тихий серый день,И крик сорок, насевших на плетень,И бедный гул моей березы.И по тропам спускаюсь я неспешноК обрыву над рекой.Парит бездумно взор над сизой чешуей,А сердце стонет безутешно.И этот стон, как будто извлеченныйИз гулких тростников,Растет, подъемлется, – как небо однотонный,Как полог серых облаков…
Падающая башня
Точно в платье подвенечном тонкий стан ты преклонила;Или вправду ты – невеста, золотая кампанила?В кружевах окаменелых, в многоярусных колоннах,В этом небе густо-синем ты мечта для глаз влюбленных!И когда спиралью шаткой я всходил, и сердце ныло,Близко билось чье-то сердце – не твое ли, кампанила?В бездну падали колонны, и над сизыми холмамиОблака сплывались в цепи и кружились вместе с нами.И я думал: там за далью целый мир пройдешь безбрежный, —Чуда равного не встретишь этой девственнице нежной!И я думал: чары знаешь, а напрасно ворожила:Будешь ждать его веками, не дождешься, кампанила!
Ковыль
Где только плуг пройдет, ковыль, волшебство степи,Развеется, как серебристый дым;И дикая страна немых великолепийОтступит вглубь, за пастырем своим.С печальным рокотом встревоженные волны,За валом вал, спеша, прольют гурты;Верблюдов проплывут чудовищные челны,Качая рыжекосмые хребты.И косяки коней сомкнет гортанным кликом,Арапником над головой свистя,Широкоскулый всадник с медным ликом,Родных степей любимое дитя.За пыльным облаком, без дум и без желаний,Исчезнет, как непонятая быль;И, уходя, свернет ковры бесценных тканей, —Жемчужный и серебряный ковыль.
Тучи
Есть тучи бурые, как стая злых гиен,Косматых, мстительных и никогда не сытых,С промозглым холодом струящих гробный тленСвоих дыханий ядовитых.Оне приходят в дни грозой чреватых лет,Когда разгул стихий так хмелен и беспечен,И ливень, брошенный для варварских побед,Поникшими полями встречен.Оне приходят к нам, когда, в закатный миг,Лиловый тусклый диск из щели косо глянетИ в лужи кровь прольет, презрителен и дик,И в бездну дымчатую канет.Тогда-то, с севера, на пепельный покровНежданно ринется, друг друга обгоняя,Ватага желтая с оскалом злых клыков,На бой развернутая стая…В торговой слободе, по суетным делам,Тоскующий, я жил, сжигая дни за днями;Средь жадных прасолов трактирных слушал,Смеясь за водкой и груздями.Касанья цепких рук, делецкий разговор,Развинченный орган и этот дым зловонный,Весь кем-то для меня придуманный позор, —Я нес, холодный, непреклонный.А вечером глядел сквозь потное окноНа небо сизое, на жидкий луч закатный,На скачку бурых туч, и было мне даноРаскрыть их символ непонятный.Оне бегут туда, где бурно зло прошло,Где все ненастьями убито или смято, —Гиены жадные, – и правят ремесло,Им предназначенное, – свято.
«Порвался мертвый полог забытья…»
Порвался мертвый полог забытья:Внезапный ужас сердце ускоряет.Виски стучат… – Зачем я здесь? Кто – я?И чья игра из бездны забытьяМеж этих стен, как кость, меня бросает?С игральной костью сопряженный духВосстал, дивясь… И были непривычныТень головы, руки и светлый кругНа потолке. И чуждо резал слухГудящий бой часов, как зов иноязычный.Да, – я летел… Я пережил позор…Рука у сердца, ослепленный взор,И стыд пылал, как факел, на ланитах.Склоню колена… Мягче – на ковер.И глажу перья крыл моих разбитых.А там?.. Бессилен мозг. Душа молчит.Разбились, выпали божественные звенья.Я перья глажу… Нет, крыло не полетит!Лишь маятник из глубины стучит,Да серым пеплом сыплется забвенье.
Казанская
Сонет
И вот они – кануны сельской страды.Под липняком толчется мошкара;И, жарким солнцем залито, с утраЦветет село, что маков алых гряды.Владычице мы поклониться рады,А колокол гудит: пора! пора!Но смутен лик под ризой серебраИ красными миганьями лампады.А вечером, при трепете зарниц,Тревожны взлеты диких, вольных птицНад слабо плещущей, заросшей речкой;И в полумрак малейшей между хатЗаглянешь Ты, – где, возлюбя, почтятСмиренную копеечною свечкой.
Эпилог
По улицам извилистым, как расщелины скал,Как узкие расщелины, жилища горных фей,Ночами полнозвездными один я блуждалСреди домов торжественных, где не было людей.Казалось, то не улица, а волшебницы нить;Казалось, по-над плитами, светясь, бежит клубок.И было мне так счастливо и привольно жить,Ночами полнозвездными вдыхая ветерок.Змеилась нить, вела меня – уводила под уклонТуда, где своды мшистые одели водоем.И, как струя холодная, охватил меня сон.И снился мне прекрасный лик, и были мы – вдвоем.Сказала мне: «Мы в городе, где не было людей.Здесь в ночи наши звездные, под дремный струйный гул,Скользим мы, тени белые, с крылами лебедей.Молись, чтобы в моих руках навеки ты уснул»…
Валерий Брюсов
«В тиши задремавшего парка…»
В тиши задремавшего парка«Люблю» мне шепнула она.Луна серебрилась так ярко,Так зыбко дрожала волна.Но миг этот не был желанным,Мечты мои реяли прочь,И все мне казалось обманным,Банальным, как лунная ночь.Сливая уста в поцелуе,Я помнил далекие сны,Другие сверкавшие струи,Иное мерцанье луны.
6 августа 1893
Мечты о померкшем
Мечты о померкшем, мечты о былом,К чему вы теперь? НеужелиС венком флердоранжа, с венчальным венком,Сплели стебельки иммортели?Мечты о померкшем, мечты о былом.К чему вы на брачной постелиПовисли гирляндой во мраке ночном,Гирляндой цветов иммортели?Мечты о померкшем, мечты о былом,К чему вы душой овладели,К чему вы трепещете в сердце моемНа брачной веселой постели?