Чтение онлайн

Обмолвился Убайд стихом, нечаянно сложил.

Ответить на стихи стихом-кинжалом хорошо.

Время настало, и снова мы пьем, как хотим.

Пост, и молитву, и четки оставим другим.

Словно цветы — свои головы гуриям бросим,

Души красавицам стройным навек отдадим.

Пусть же ничтожные шейхи твердят поученья,

Мы, поднеся им вина, болтовню прекратим.

Долго ли видеть еще проповедника рожу?

Долго ли будет нас мучить он взором своим?

Ох, надоело поститься и лишь по ночам

Скромною пищей питаться, немилой очам.

Вот и прошел рамазан, и теперь ежедневно

Полную чашу вина подношу я к устам.

У моря скорби берегов не видно.

Нигде счастливых очагов не видно.

Нахлынуло и затопило горе.

Друзей, как звезд сквозь туч покров, не видно.

Скажи, куда покой земной девался?

Здесь в доме мира мирных снов не видно,

К чему твердынь искать несокрушимых?

Ни для одной из них основ не видно.

К чему искать сокровищницы блага?

Ключей ни от каких замков не видно.

Не избежать нам, смертным, гнева рока,

А отчего он так суров — не видно.

Благоволенья светлый дом разрушен,

Где верный и надежный кров — не видно.

Невежество — всесильный царь вселенной.

Различья умных от глупцов не видно.

Такие-то дела, Убайд... Спасенья

Ни от владык, нн от богов но видно.

— Луне назло твой лик пригож,— сказал? — Сказал!

А губы — слаще не найдешь,— сказал? — Сказал!

Ты для друзей — души дороже! Без тебя,

Как без души,— не проживешь! — сказал? — Сказал!

Любви своей от глаз чужих не утаив,

Я сам друзьям о ней — ну что ж? — сказал? — Сказал!

Что делать, если мой соперник хуже пса!

В сравненье с ним и пес хорош! — сказал? — Сказал!

О бессердечности твоей не говорил,— Молчал!

А стало невтерпеж — сказал? — Сказал!

— «Камал, — обиделась,— назвал меня своей»!

Уж если он такую ложь сказал,— сказал!

От несравненной красоты я должен, по словам ханжи, отречься!

Пускай аллаха молит он, дабы помог ему от лжи отречься!

Сказал святоша: «Перестань валяться у ее дверей, рыдая!»

Не может нищий от мольбы — как на него ты ни брюзжи! — отречься.

Двоякого исхода ждет несчастный, в эту красоту влюбленный:

Его соперник умертвит иль вынудит от госпожи отречься!

Когда внезапный ветерок исходит от ее кудрей душистых,

На рот прелестный не смотри, от пылких взглядов положи отречься!

Все в кабачок ушли. Никто не внял твоим, достойный шейх, призывам!

Кого заставишь от вина,— возненавидев кутежи,— отречься?

Наставник подлинный не тот, кто скажет: «Воздержись, Камал, от пьянства!»

Коль истинный наставник ты — от воздержанья прикажи отречься.

Еще не свершили мы дела, а жизнь завершить суждено.

Ко мне подойди, виночерпий, чье дело — хмельное вино.

Питьем из ключей животворных ты жаждущего напои.

Счастливой надеждою будет его бытие продлено.

Красавица, ты, как в столице — в сердцах, потерявших покой,

Живешь безмятежно! На царство ты здесь утвердилась давно.

С той самой поры, как предметом беседы избрал я тебя,

Рассудок со мной разлучился, и стало сознанье темно.

Увы, многоопытным старцам известна цена красоты.

Поэтому сердце плениться твоей красотою должно.

Тебе, непорочной, прелестной, избранника нужно под стать.

Его благородство сравниться с твоей чистотою должно.

Кто жаждет свиданья — сначала пусть в сердце взлелеет любовь.

Кто хочет колосьев — сначала пусть в поле посеет зерно.

Пора посрамленному Хызру покинуть бессмертья родник.

Родник моего красноречья — ему униженье одно!

И если Шираз почитали превыше Ходжентской земли —

При жизни Камала Ходженту снискать уваженье дано.

О кравчий, праздника хочу: веселья мне мила стезя.

В кабак дорогу я ищу: похмелья мне мила стезя.

Кто богу жаждет угодить — кабак влюбленным завещай,

Чем строить путникам приют, благочестиво лебезя.

Ханже в депь Страшного суда не перейти через ручей,

А пьяница осилит мост над адской бездной, не скользя.

Проваливай, почтенный шейх, и на пропойцу слов не трать!