Чтение онлайн

"На что готовы пойти люди ради своего племени, а не чужого? Западные немцы после объединения дали восточным 1 триллион долларов. То есть около 100 миллиардов каждый год на протяжении 10-ти лет. Восточные немцы даже не сказали "спасибо". Они жаловались, что это не то, на что они рассчитывали. Они говорили, что Западная Германия их оккупировала.

Если вы попросите Германию дать триллион долларов, скажем, Гватемале или Польше, они даже не подумают, что это шутка; они просто не поймут. Это пример того, как много люди готовы сделать для своего общества, но не для чужого.

Еще один пример. Как вы знаете, в США 50 штатов. И раз в год обязательно найдется какой-нибудь докладчик, который встанет и скажет: "Знаете, южные штаты почему-то платят мало налогов, а получают так много денег из федерального резерва. А северные штаты платят много налогов и получают очень мало федеральных денег. Это несправедливо!" На что люди говорят: "Да. Но они же все американцы!"

Поэтому, если мы не сможем расширить это чувство общности за пределы государств, мы не сможем создать такое правительство, какое нам нужно. Именно это вы сейчас наблюдаете на примере Евросоюза. Им не хватает чувства общности. Одни государства не хотят страдать за другие. Таким образом, мы говорим о необходимости самоотверженного сообщества. Как этого достичь? Мы не знаем ответа".

При взаимодействии экономически слабой страны с экономически развитой, в культуру народов развивающихся стран проникают европейские идеологические установки. Они навязывают местному населению европейский тип поведения, и закрепляют тем самым экономическое закабаление развивающейся страны. Не в силах сопротивляться экономическому авторитету развитого общества, люди развивающихся стран некритически воспринимают образ жизни и ценности жителей развитых стран. Тем самым экономика развивающейся страны приобретает уродливый характер и становится направленной не для всего населения, а на удовлетворение нужд нуворишей, изображающих из себя прогрессивных европейцев и живущих за счёт ограбления своих же сограждан.

ОБРАЗ ЖИЗНИ И УРОВЕНЬ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ.

Экономически естественно развиваются страны, занимающие лидирующие позиции в экономическом развитии. Образ жизни населения этих стран вытекает из тех возможностей, что даёт развитая экономика. Уровень потребления в этих странах естественно ограничен уровнем их экономического развития.

Все остальные страны, находящиеся ниже по уровню своего экономического развития, общаясь с более развитой страной, развиваются неестественно, в силу специфики человеческого восприятия действительности. Если существует свобода международной торговли, то обычное чувство зависти толкает людей в экономически слабых странах подражать в образе жизни и в потреблении жителям богатых стран. И чем больше экономический разрыв между странами, тем меньше вероятность экономически не развитой страны догнать развитую в свободном экономическом соревновании.

Экономика слабой страны вынуждена удовлетворять потребности, искусственно возбуждаемые в жителях этой страны рекламой образа жизни населения богатых стран. В результате отвлекаются средства с развития экономической инфраструктуры слаборазвитой страны на излишнее потребление. Растёт разрыв в уровне потребления различных групп населения экономически неразвитых стран, растёт перекошенность внутренней экономики. В экономически слабом государстве среди населения растёт моральное напряжение из-за резкой имущественной поляризации, возрастает озлобленность людей.

Богатые страны, рекламируя свою продукцию, стремятся завоевать рынки экономически слабых стран, чтобы получить прибыль. Тем самым в психологию жителя экономически слабой страны вносится потребительская установка жителя богатой страны. А так как легального способа основной массе жителей бедной страны быстро получить уровень жизни жителя богатой страны не существует, то пропаганда высокого уровня жизни в стране, не достигшей соответствующего развития экономики, ведёт к росту имущественного неравенства, к росту напряженности в обществе, к росту преступности, к росту насилия и жестокости.

Пропаганда высокого уровня жизни в экономически слабо развитой стране порождает множество проблем экономических, политических, социальных, культурных, нравственных. Происходит развращение населения слабой страны, сдерживаемое лишь высокими культурными национальными ценностями. Но в столкновении "прогресса" и национальной культуры последняя вынуждена постоянно уступать, ибо она объявляется "консервативным тормозом на пути прогресса". Национальная культура, находясь под разлагающим влиянием западной потребительской культуры, становится объектом критики и со стороны внутренней "передовой части общества", успевшей вкусить в силу своего привилегированного материального положения плодов прогрессивного европейского производства, и со стороны либеральных учителей из развитых стран, предлагающих быстрее приобщаться к западным ценностям.

Молодёжь экономически бедной страны начинает активно воспринимать чужой образ жизни, чужую культуру, ускоряя, таким образом, процесс разложения собственной культурной традиции.

В мире сейчас создаётся единая культура общества потребления. Но в развитых странах она создаётся естественно, не вызывая особых столкновений в обществе, так как европейские капиталисты научились не слишком нервировать европейские народы своими богатствами. А в экономически слабых странах она приводит к обострению всех вопросов, связанных с их развитием. В результате экономически слабая страна консервируется в своей отсталости, возрастают внутренние проблемы, грозящие смутами, столкновениями, революциями, гражданскими войнами.

ЛИБЕРАЛЬНЫЙ СМЫСЛ "ПОМОЩИ СЛАБОРАЗВИТЫМ СТРАНАМ".

Нуждаются в переоценке все европейские ценности, раз они приводят к депопуляции низкой рождаемости, к экономическому кризису, к экологической катастрофе, к обострению международной обстановки.

Почему вдруг произошёл резкий рост населения планеты во второй половине ХХ века, не позволивший ряду слаборазвитых стран преодолеть экономическую отсталость?

Да потому, что "гуманные" европейцы стали помогать экономически отсталым странам, бывшим колониям, в улучшении медицинского обслуживания населения, в сокращении детской смертности.

В этом не было бы ничего плохого, если бы добрые европейцы параллельно стали развивать экономику отсталых стран, чтобы хотя бы накормить растущее их заботами население. Но этого не произошло, и получилось так, что спасённые дети обречены стали затем умирать от голода, от войн, от нищеты.

Многие европейцы, искренне веря, что совершают доброе дело, работали в отсталых странах врачами и учителями. Честь им за это и хвала! Но, что значит, спасти от смерти ребёнка и не дать ему средства к существованию? Это значит, обречь его на мучительное нищенское существование, на голод, холод и унижения.

Разве с медицинской помощи следовало начинать развивать экономически отсталые страны? Нет, основой развития стран является экономика, производство товаров. Так развивались европейские страны в истории. Но почему-то в ХХ веке, после деколонизации, в бедных странах не стали развивать промышленность и сельское хозяйство, но занялись в первую очередь здравоохранением, способствуя, таким образом, перенаселению в этих странах, и углубляя через это их экономическую зависимость от Европы и Америки.