Чтение онлайн

Спекулируя понятием демократии, европейская идеология закрывает глаза на произвол, творимый западными политиками в отношении независимых стран, которые проявляют хоть какую-то самостоятельность в отношении собственной внутренней жизни. Эта идеология позволяет европейским политикам бесцеремонно вмешиваться во внутренние дела независимых, но экономически неразвитых государств, произвольно меняя порядки внутренней жизни.

Поразительно, как слепа европейская политика, основанная на догматическом либерализме, преследующая свои корыстные цели!

Косово. Там осуществляется насильственный раздел Сербии. На глазах у всего мира у независимого государства отрывают часть территории, исторически всегда принадлежавшей ему. Впервые после окончания Второй мировой войны происходит насильственный передел в Европе — именно с этого события начинается новый раздел мира!

И какая при этом выставляется изощрённая иезуитская аргументация! Раз в Косово инородцы составляют большинство, следует позволить им отделиться от Сербии. Отличный задел на будущее! Раз китайцев в некоторых районах российского Дальнего Востока станет вот-вот большинство, можно будет со временем "отделить" этот район от России! В Сербии обкатывается сценарий будущего раздела России.

Европа постоянно пытается стравить Россию с её соседями, постоянно подыгрывая их ложно понимаемым (в духе догматического либерализма) национальным интересам. Вот почему европейцы поддерживают Грузию, в отличие от Сербии, когда она не хочет предоставить независимость Абхазии, хотя Абхазия, в отличие от Косово, всегда была независима от Грузии. Усиливая антироссийский режим в Грузии, европейцы готовят себе союзников в борьбе за российское наследие — чем больше проблем будет у России и чем больше у Европы будет сателлитов, тем быстрее начнутся процессы распада в России, и тем быстрее богатства российские достанутся европейцам по обоим берегам североатлантического океана.

Любая страна, начинающая играть по правилам, диктуемым европейской идеологией, неизменно проигрывает в своём развитии. Либо страна консервируется в своей бедности и экономической отсталости и теряет со временем всякую экономическую и политическую самостоятельность, как это происходит сейчас во многих африканских странах. Либо с развитием капиталистической промышленности и ростом благосостояния, в стране со временем начинается процесс депопуляции низкой рождаемости среди населения, и она обречена на вымирание, что демонстрируют сейчас "азиатские тигры", например.

Догматический либерализм свободу, как осознанную необходимость (по Марксу), превращает во вседозволенность. А вседозволенность абсолютно развращает человека и общество, что и приводит к депопуляции низкой рождаемости и вымиранию. Что бы ни делали европейцы, поражённые смертельной заразой догматического либерализма, это идёт во вред человеку и обществу во всех странах. Общество в любой стране должно развиваться равномерно, без излишней поляризации по доходам, которая может привести к социальным взрывам.

Строит, например, какая-либо европейская страна больницу в экономически отсталой африканской стране. Хорошее дело, казалось бы. Но подумаем, для кого строится эта больница и к чему приведёт её функционирование. Так как больниц в отсталой стране нужно строить не одну-две, а одну-две тысячи, то естественно пользоваться больницей смогут далеко не все жители. Что остаётся делать обделённым? — Отчаиваться и завидовать достойным, то есть, местным богачам. И к чему ведёт эта зависть? Да к социальной напряженности, к конфликтам и, наконец, к гражданским войнам, в огне которых заполыхает больница европейская.

Значит ли это, что богатые страны не должны помогать бедным? — Отнюдь! Но помогать не из милости или жалости к "бедным обездоленным нецивилизованным аборигенам". А помогать как равным себе перед Богом. То есть, давать не "рыбу", а "удочку" — давать средства, материальные и денежные, для саморазвития отсталого в экономическом смысле общества.

Не призывать к немедленной "революции во имя освобождения", а поддерживать традиционную для данного общества власть, и облагораживая её, через неё помогать саморазвитию местного общества. Поддержка местного свободомыслия, различных "правозащитников свободы" оборачивается худшими бедствиями для народов, попадающих в руки насильников, всегда прикрывающих свой грязный эгоизм либеральной риторикой, прячущихся до времени за широкими спинами кристально честных, но наивных борцов за свободу и независимость.

РАДИКАЛЬНЫЙ ЛИБЕРАЛИЗМ.

Одна из черт догматического либерализма — радикальность. Очень многие люди на планете, находящиеся под впечатлением от огромных научно-технических и экономических достижений западноевропейской цивилизации, полагают, что либерализм есть абсолютная ценность в мире, что "много либерализма не бывает", что чем больше либерализма в мире, тем лучше.

Эти радикалы либерализма готовы немедленно дать максимум свободы всем народам мира без исключения. Их не смущает наличие национальных особенностей, культурных традиций различных народов. Радикальный либерализм полагает, что внедрение либеральных идей в любых исторических условиях всегда и везде может принести только благо.

Радикальные либералы готовы немедленно внести максимум свободы в любую стану мира, и им совершенно неважно, на какой исторической ступени развития находится страна. Марши несогласных, например, — это попытки радикальных либералов повернуть политику России на путь немедленного внедрения европейских стандартов свободы в российскую действительность.

Либеральные радикалы совершенно игнорируют исторический опыт человечества, гласящий, что "свободу нельзя принести на штыках завоевателей". Вся эпоха наполеоновских войн прошла под флагом распространения французского либерализма. Но несмотря на свободу, которую несли на своих штыках французы, они потерпели сокрушительное поражение, потому что народы тогдашней Европы не захотели принять либеральные ценности из рук завоевателей. И особенно сильное сопротивление наполеоновские войска встретили в самых несвободных в то время странах: в Испании и в России.

Абсолютно то же самое произошло и в ХХ веке, когда свобода, предоставленная бывшим колониям в Африке, обернулась созданием в них антинародных режимов.

И то же самое происходит и в наши дни, когда Соединённые Штаты вместе с НАТО и с Европой пытаются внедрить либерализм в Афганистане и Ираке.

Радикальный либерализм из-за своего скудоумия не в силах понять, что либеральные идеи носят исторический характер, и применимы только в соответствующих исторических условиях. А бездумное употребление либерализма в неподготовленной к этому стране приводит только к братоубийственным конфликтам.

Либерализм — это очень сильное и действенное лекарство от нищенского прозябания, но нужен опытный врач, чтобы применять его, иначе передозировкой можно просто убить пациента. Как это случилось с африканским континентом, где за 50 лет свободы жизненный уровень населения не только не возрос, но и значительно уменьшился и сейчас Африка остаётся самым отсталым континентом и в политическом, и в экономическом отношении, континентом голода и нищеты.

Свобода, предоставленная жителям Африки, обернулась для них большими бедами, чем жизнь под гнётом колонизаторов. И в этом состоит вина радикального либерализма, не думающего о последствиях предоставляемой свободы, принёсшей африканскому континенту хроническую отсталость. В отсталости современной Африки виноват американо-европейский либерализм, бездумно давший свободу неподготовленному для этого африканскому населению.