«…Поговорить с Вами долго и длинно и даже посплетничать…»: Переписка Г.В. Адамовича с Р.Н. Гринбергом (1953-1967)
Шрифт:
А пишу я Вам, чтобы пригласить Вас снова в сотрудники во 2-й № «Возд<ушных> путей».
Я Вам никогда не говорил, что № 1-й разошелся совсем без остатка и что очень большое количество было переотправлено в Сов<етский> Союз. Там, как Вы понимаете, альманах имел успех, и даже, пожалуй, значительный.
В частности, Анна Андреевна осталась весьма довольна [156] . Мы теперь знаем, что чуть ли не на следующий день после нашего появления на свет ее тут же вызвали в московский Госиздат и подписали с ней контракт. Она нам, говорят, признательна. Скоро выйдет ее новый сборник «Шиповник» [157] .
156
5 декабря 1961 г. И.М. Басалаев сделал запись своей веселы с А.А. Ахматовой, речь, в частности, коснулась Гринберга и публикации «Поэмы без героя»:
«— Пишут и акулы.
— Какие акулы?
Хитро улыбается:
— Акулы капитализма, конечно! Вот, почитайте!
Читаю открытку с картинкой древнейшей христианской надписи на камне, чуть ли не XI века, на обороте — синим карандашом по-русски, — что редактор путешествует по Италии, кто-то благодарит за исправления, видимо, каких-то ошибок в словах, — наверное, в стихах ее, попавших к ним через десятые руки. И подпись: Гринберг.
Она поясняет: полусердито о редакторе, который выпустил в Нью-Йорке два раза ее стихи.
— Ну и как издали?
— Да я и в глаза не видела. Разрешения у меня не спрашивали» (Басалаев И. Записи бесед с Ахматовой (1961–1963) / Публ. Е.М. Царенковой; примеч. И. Колосова и Н. Крайневой // Минувшее: Исторический альманах. 23. СПб.: Atheneum: Феникс. 1998. С. 574).
157
Вышедший вскоре сборник Ахматовой назывался «Стихотворения: 1909–1960» (М.: ГИХЛ, 1961). Цикл под названием «Шиповник цветет» был опубликован позже в альманахе «День поэзии» (М.: Советский писатель, 1963).
Ей понравилась Ваша рецензия о «В<оздушных> п<утях>», и она прибавила, что Вы всегда умели ценить ее творчество и что она считает, что Вы очень талантливый человек. С радостью спешу об этом Вам написать!
Старушка — ей 72 года — живет в Комарово (быв<шие> Коломяки) и с живым участием следит за всем, что печатается на этом свете.
Кстати, ей понравилось и предисловие к сборнику, которое, если Вы помните, было довольно осторожно по ее адресу.
Между прочим, я получил последний вариант ее поэмы. В нем много нового, исправлений, еще одно посвящение (третье) и вступительное письмо к некоему Н.Н. Все это замечательно удачно.
Но самое главное сейчас — это то, что я получил невероятной ценности пакет с 45 (сорока пятью) стихотворениями Осипа Мандельштама. Он их писал в 35/37 гг. во время своей первой ссылки в Воронеже, и эти списки зовутся «воронежским циклом». Анна Андр<еевна> говорит, что каждое его слово жемчужина. Лучше я сам ничего не скажу, да и Вы, говорю заранее, скажете то же. Вот их-то я и собираюсь издать во 2-м альманахе [158] и прошу Вас написать обстоятельную статью о покойном поэте [159] . Это все.
158
Второй номер открывался огромной подборкой из 57 стихотворений О.Э. Мандельштама 1930-х гг. (Воздушные пути. 1961. № 2. С. 7–69); основу подборки составили «Воронежские стихи». Еще несколько его стихотворений были опубликованы в № 3 и 4.
159
Статья появилась в № 2 альманаха: Адамович Г. Несколько слов о Мандельштаме // Там же. С. 87–101.
Все написанное выше для Вас одного. Это — секрет, потому что не все следы источников заметены и ни об ААА, ни о М<андельштаме> никому ничего не известно.
Буду ждать от Вас известий с нетерпением.
Дружески Ваш
54. Г.В. Адамович — Р.Н. Гринбергу
30 Denison Road Victoria Park
Manchester, 24/X-1960
Дорогой Роман Николаевич.
Я еще не ответил Вам на первое Ваше письмо, а сегодня получил второе, вдогонку, с разъяснениями насчет предполагаемой статьи [160] .
160
Это письмо Гринберга не сохранилось.
О том, что «Возд<ушные> пути» разошлись, я знал, — не помню от кого. Помимо Ахматовой, способствовал этому и Ульянов, вернее — шум, поднявшийся вокруг его статьи. Так или иначе, toutes mes felicitations! [161] В эмиграции это случай редчайший.
Я с удовольствием напишу статью о Мандельштаме и других. Ваше второе письмо меня к этому еще больше расположило: не критика, а воспоминания, «взгляд и нечто», всего понемногу.
Вопрос: когда? Какой срок?
161
Примите мои поздравления! (фр.).
Пожалуйста, сообщите. Я, как уже, кажется, говорил Вам, не умею писать заранее. Но на этот раз пришлю вовремя (если это — не в самые ближайшие недели!).
И еще: надо ли ограничить размер или писать как напишется?
Впрочем, едва ли будет длинно.
Как вы живете? Шлю искренний привет и поклон Софии Михайловне и Вам.
Ваш Г. Адамович
55. Р.Н. Гринберг — Г.В. Адамовичу
29. Х.60
Дорогой Георгий Викторович,
Спасибо Вам за письмо. Ждал его.
К какому сроку нужна статья? К 15 декабрю. Непременно. Потом меня начнет лихорадить.
Каких размеров должна быть статья? Не умею ответить. Вы лучше сможете найти ответ в работе, чем сумею сказать я.
Желаю успеха!
Пусти меня, отдай меня, Воронеж,
Уронишь ты меня иль проворонишь,
Ты выронишь меня или вернешь,
Воронеж — блажь, Воронеж — ворон, нож…
1935 г. [162]
Я читал это заклинание Набокову. Он выслушал, подумал и сказал, что в одиночестве — и это знает по себе — человек начинает «играть» словом. Мандельш<там> его вообще крепко заволновал. Он сам как-то вдохновился и прислал стихи для сборника, кот<орые> я и буду печатать [163] .
Летом нам жилось в нашем «подмосковном» хорошо. Очень тихо. Ничего не делалось, и, кажется, даже не старели.
162
В первой публикации этого стихотворения О.Э. Мандельштама Гринберга на несколько месяцев опередил И.Г. Эренбург, процитировавший его в своих мемуарах: Эренбург И. Люди, годы, жизнь //Новый мир. 1961. № 1.С. 142.
163
В.В. Набоков дал два стихотворения: «Какое сделал я дурное дело…» и «Минуты есть: “Не может быть”, — бормочешь…» (Воздушные пути. 1961. № 2. С. 184–185). Позже в альманахе было опубликовано еще одно его стихотворение: «Сорок три или четыре года…» (Там же. 1967. № 5. С. 84).
О Вас слышали, что Вы много разъезжали, читали доклады, спорили о Толстом.
Софья Мих<айловна> Вам сердечно кланяется.
Ваш
56. Р.Н. Гринберг — Г.В. Адамовичу
25. XII.60
Дорогой Георгий Викторович,
Пишу Вам в тоске. Даже не надеюсь, что письмо Вас застанет в Англии и что получу ответ. А меня тревожит, почему Вы не пишете, когда пришлете статью. Мне она очень нужна. Вот и последний срок наступает. Отпишите, что будет, чего ждать. Альманах идет в набор…
Простите мое «рассудительство». Поздравляю Вас с Новым годом и жду!
Ваш
57. Г.В. Адамович — Р.Н. Гринбергу
7, rue Fred<eric> Bastiat
Paris 8, 3/I-1961
Дорогой Роман Николаевич.
Шлю Софии Михайловне и Вам лучшие пожелания к Новому году. Простите, что делаю это с опозданием!
Статью пришлю к концу месяца, т. е. 1 февраля au plus tard [164] она будет у Вас. Если буду жив и здоров, то ни задержки, ни обмана не будет. Надеюсь, она еще попадет в Ваш сборник. Я был очень занят, а в Париже, как всегда, суета, да еще Лев Толстой, юбилей которого совсем меня замучил [165] : все время какие-то дела, с ним связанные. Уезжаю отсюда в Англию дней через десять.
164
Самое позднее (фр.).
165
В юбилейные толстовские дни Адамович выступал на нескольких собраниях и опубликовал ряд статей о Л.Н. Толстом, в том числе на английском языке: Adamovich G. Tolstoy as an Artist // Russian Review. 1960. Vol. 19. № 2. P. 140–149.
Крепко жму руку.
Не будьте на меня в претензии за опоздание со статьей.
Ваш Г. Адамович
58. Г.В. Адамович — Р.Н. Гринбергу
30 Denison Road Victoria Park
Manchester, 1/II-1961
Дорогой Роман Николаевич.
Сегодня 1 февраля, а я обещал твердо, что к 1-му статья будет у Вас. Но я две недели провалялся с гриппом и совершенно пустой головой.