Чтение онлайн

Чем-то Шензу привлекла бирюзовая крыша одного из домов, видневшаяся за зелёными кронами деревьев. Может, оттого она и была примечательна, что имела таковой цвет, выделяясь на фоне других серых и красных.

Он неторопливо зашагал к намеченной цели, двигаясь вдоль парка, задумавшись о странных стечениях обстоятельств, занесших его сюда. И в том, где он окажется завтра, не было никакой определенности. Соображая на этот счёт, Шензу услышал подозрительное шелестение сверху и, подняв глаза, обнаружил странное зрелище: облепив ближайшее дерево, на ветках, вцепившись в ствол, покачивались представительницы слабого пола. Судя по всему, особнячок их тоже чем-то заинтересовал. «А может, и кем-то» — припомнил Шензу предупреждение Фитеума: ни в коем случае не спрашивать девушек про Арахуэнте.

Дуновение освежающе-прохладного ветерка всколыхнуло ветви, и три из четырех девушек в окружении мелких веточек и ещё по-весеннему вызывающе зелёных листочков соскользнули с раскидистого дерева на затейливо выложенную мостовую. Одна осталась на своём наблюдательном посту. Шензу опасливо попятился за ближайший куст, по роковому стечению обстоятельств оказавшимся шиповником. Ввинчиваясь поглубже в кустарник и невзирая на царапины, паренёк мужественно молчал, не желая привлекать к своей персоне излишнего внимания. Девушки его, похоже, всё ещё не заметили, но уходить юноша не планировал: девицы вполне могли подсказать правильность его догадок.

Все четверо, включая оставшуюся на дереве, были примечательно одеты в тёмную облегающую одежду и неизменно светлые сапоги на тонком длинном каблуке. Миловидная высокая девушка с озадаченным выражением лица отряхнула подол короткой юбки и высказала, по-видимому, общую терзающую всех мысль:

— Странно.

— Но, Нолана, госпожа Хамидорея не стала бы раздавать необоснованных указаний, — в детском голосочке самой низенькой из присутствующих блондинки сквозило отчетливое сомнение.

— Лилия, это-то ясно! Не говори так, будто сама себя убеждаешь! — резкий тон говорившей смуглокожей девушки с хмуро сведёнными бровями, восседающей на дереве, отражал определенную степень раздражённой озадаченности.

— Ну-у, — томно протянула четвёртая, ленивым жестом откинув прядь длинных пепельно-русых волос за спину, — по крайней мере, с такой мымрой на побегушках у господина Анемона, нам нечего опасаться конкуренции.

— Мальва, я уже ни в чём не уверенна. — Нолана задумчиво сложила руки под грудью и кинула взгляд на дом с бирюзовой крышей.

— Думаешь, госпожа Хамидорея подозревает в этой страшиле нечто большее, чем оно видится нам? — наивно распахнула синие глаза Лилия.

— Подобраться бы поближе да побеседовать с новой домработницей.

— Нет, Мальва! Госпожа Хамидорея запретила нам подходить к дому Арахуэнте ближе, чем на пятьдесят шагов, помнишь? — возразила самая высокая из них, Нолана. — Не хочешь же ты ещё больше обострять отношения с господином Анемоном? Он может в любой момент отказаться нас обучать, если мы совершим оплошность. Нам нужно в точности исполнять указания предводительницы, иначе у нас будут неприятности.

— Да знаю я, — пренебрежительно отмахнулась Мальва, как от назойливой мухи. — Но если бы помимо указаний госпожа Хамидорея что-нибудь объяснила, нам бы не пришлось терзаться догадками.

С дерева спрыгнула до сих пор остававшаяся там девушка.

— Не время спорить! — начала она. — Мы выполняем своё дело, большего от нас пока не требуется. — Изящная рука провела по чёрным густым волосам, собранным в хвост, словно бы его обладательница сим движением желала успокоить себя.

— Ты права, Маттиола. Наблюдать и не вмешиваться… — грустно молвила Лилия, опустив взгляд на пепельно-голубой камень дорожки.

— Только в случае крайней необходимости, — не менее печально подтвердила Нолана.

Все четверо удрученно изучали поверхность мостовой под ногами.

Шензу же, убедившись в правильности своих необоснованных, по сути, предположений, раздумывал: насколько безопасно будет сейчас вырваться из далеко не нежных объятий шиповника и предстать перед печальными девами? Поскольку девы сии не внушали доверия относительно доброго здравия того, кто столь беззастенчиво их подслушивал. На обычных скромных и воспитанных девиц эта компания не особенно походила, и их реакция на вывалившегося из кустов соглядатая в одежде почтальона может быть весьма далёкой от адекватной. Но надо было что-то делать; посылка вряд ли сама дойдёт до адресата, даже если Шензу перекинет её через забор. Тем более что ещё неизвестно, что таит в своих глубинах маленькая коробочка, ведь распорядитель даже дышать на неё опасался.

Переждать, когда девицы покинут свой пост? Но непонятно, как долго они тут будут «наблюдать и не вмешиваться». Да и, судя по всему, на смену могут прийти другие. Пребывая в мучительных раздумьях, Шензу уже было окончательно решил выбраться из кустов, невзирая на возможные последствия, как ситуация кардинальным образом изменилась. Все четверо вдруг странно побледнели и молча спешным шагом двинулись прочь от приметного особнячка.

«Что это с ними?» Юный почтальон не стал долго мешкать в кустах, близкое знакомство с которыми оставило пренеприятнейшие ощущения. Выдравшись из цепких объятий шиповника, Шензу ожёг пламенным взором ненавистный кустарник и тут же о нём забыл. Показавшаяся на дороге новоявленная девица немного расстроила. Ему что, опять в кустах сидеть, ожидая неизвестно чего? Ну уж нет! Он всего лишь выполняет свою работу, ему нечего бояться. Шензу решительно направился к дому Арахуэнте, поправил перекинутый через плечо ремень и нащупал сквозь мягкую кожу сумки ту самую посылку.

Только добравшись до кованых ворот одновременно с незнакомкой с пепельными волосами, парень сообразил, какого дал маху, не рассмотрев издали все значительные детали её внешности и одежды. Расцветка её платья была пугающей — красные узоры на девственно-белом смотрелись словно кровь убиенной жертвы на снегу. От странной особы исходила ужасающая аура; юноша замер на месте, парализованный сверхъестественным страхом. Его взгляд упёрся в белые ножны с серебряным рисунком, ножны, которые твёрдо удерживала её рука в белой перчатке. При виде всего этого на Шензу снизошло откровение, он осознал, что ничуть бы не удивился, если бы спрятанное в недрах ножен лезвие покинуло своё надёжное убежище и точным ударом вскрыло его шейную артерию, давая густой крови пролиться неудержимым, драгоценным потоком жизни.

Обливаясь холодным потом, почтальон вцепился в ремень сумки и выставил её перед собой подобием щита. Девушка же, хотя даже ещё девочка, молча взглянула на него, пройдясь взором от светлой растрёпанной макушки до кончиков припылённых ботинок. Шензу почувствовал, как под взглядом девчонки по телу пробегают табуны противно топочущих мурашек, оставляя после себя гусиную кожу и иррациональное желание в срочном порядке присоединиться к компании девиц, столь торопливо покинувших свой наблюдательный пост. И ни кукольное личико, ни мягкий приглушённый блеск длинных пепельных волос, ни тёмный бархат больших глаз, в обрамлении пушистых ресниц, не могли убедить его в том, что это дитя не способно завершить его жизненный путь прямо здесь и сейчас. В том случае, если он не найдет правильный ответ на витавший в воздухе, но так и не заданный вслух вопрос: что он тут делает?

Однако девчушка, вопреки опасениям Шензу, похоже, не собиралась его убивать, только неопределенно хмыкнула и, мимолетно улыбнувшись, отвернулась и отворила ворота. Юноша осторожно вдохнул, осознав, что воздух давно не поступал в легкие, и собрался было обратиться к пугающей особе, логично заключив, что она может провести его в дом, раз столь свободно открывает пути, ведущие к нему, но несколько запоздал.

Приоткрытая створка жалобно поскрипывала на сквозняке, грозясь захлопнуться, и Шензу упёрся в неё рукой, предотвращая неизбежное. Незнакомка уже пересекла площадку перед домом, что представляла собой обсаженную цветами и кустами дорожку: с какой стороны не глянь — умиротворяющая картина, залитая золотистым солнечным светом. Это придало юноше мужества и он, с замиранием сердца и необъяснимым чувством тревоги, вошёл на территорию загадочного особняка, овеянного дурной славой — если верить Фитеуме. Теперь самое важное — дотащить посылку в целости и сохранности. Приободрившись, он зашагал к входу. Всё-таки у него невероятно интересная работа!