Чтение онлайн

Понятно. Сейчас моей ласки и доброты было недостаточно, чтобы залечить раны в душе ребенка.

Я решила не приставать к нему, а лишь повторяла, поглаживая его руку, что он в безопасности. Что все будет хорошо.

– Доктор Уолш!
– постучалась я.

– Вы вовремя! У нас тут детский сад!
– с умилением произнес доктор, а я увидела на койках ребятишек. Они выглядели напуганными и молчаливыми.
– Я умею штопать раненых, исцелять ожоги и так далее, но совершенно забыл, как обращаться с детьми. Так что помощь мне понадобится. Эй, ребятня! Как вы?

Дети переглянулись и снова посмотрели на доктора волчатами.

– А вы точно наши?
– спросил кто-то из тех, кто постарше.

– А чьи еще?
– улыбнулся доктор.
– Ну уж никак не исмерийцы!

– А где мои мама и папа?!
– закричала маленькая девочка, грязная, как чушка из печушки.

Я поняла, что одна не справлюсь, слыша, как кто-то заплакал.

Через час уже все медсестры были в сборе. Мы мыли каждого, обрабатывали от вшей, мазали царапины, лечили ожоги и переломы.

– Не разбрасывать грязную одежду! Вон сколько всего с нее лезет!
– ворчал доктор, пинком возвращая детские штаны в кучу.
– Это все потом сжечь! Только проверить карманы. Мало ли, что! Вдруг какие-то документы или украшения… Может, что родители сунули! Личные вещи обработать зельем!

Кто-то пустил слух о том, что здесь у нас целый детский сад. И к ним потянулась цепочка из женщин. Быстро нашлись вещи, не новые, но чистые. Кто-то принес поднос с печеньем! Так что дети помимо порции получали еще и вкусности. Появились даже игрушки!

Через два дня малыши ожили. В их глазах заиграл озорной детский блеск.

– Положи на место!
– послышался строгий голос доктора Уолша. Он склонился к маленькой кудрявой девочке, которая держала в руках бинты.
– Я не разрешал тебе их брать…

– Но дядя доктор, я тоже хочу помогать!
– слышался голосок девочки, а она положила бинт обратно на стол.

– Вот вырастешь и будешь помогать!
– кивнул доктор Уолш. Он пытался казаться строгим, но я увидела, как его рука украдкой залезла в карман и достала оттуда конфету и сунула ребенку.

Я смотрела на девочку, а потом случайно перевела взгляд на портрет Мэри Уолш. Они были так похожи. Такие же живые, кудрявые с ясными глазами.

– А это подавно трогать не надо!
– отвоевывал доктор Уолш свою иголку и нитки.

Доктор снова разложил все по полочкам и строго взглянул на егозу. Он направился в кабинет, а я направилась вслед за ним, поглядывая на малютку.

– А вы не задумывались над тем, что она очень похожа на Мэри?
– спросила я, глядя на портрет с медалью.- Ее даже зовут Мари…

– В том -то и дело, что Мэри так же делала в детстве. А сегодня ночью она мне приснилась. Сказала, папа, не скучай… А разве я скучаю? Мне некогда скучать, - с горькой усмешкой заметил доктор, когда мы пили чай.
– Стоит она вся в белом, как невеста и Мари за ручку держит. Дескать, забери папочка. Это я на два часика прикорнул. Но куда мне? Я уже не молод…

– И что? Из вас мог бы получиться отличный дедушка!
– заметила я, улыбаясь.
– Тем более, что девочка - сирота. Ей некуда идти…

– Но и здесь ей, как бы, не место!
– строго произнес старик.

– Ее определят в Дом Милосердия, - заметила я.
– Там хоть и неплохо, с недавних пор, но это - не семья…

– Все! Не надо мне тут!
– замахал руками доктор, снимая очки и протирая глаза.
– Я уже старый пень! Мне бы на покой и…

– Может, судьба дает вам шанс? Просто представьте, что это … ваша внучка… Мэри вам ничего не оставила, а тут такой шанс снова быть счастливым, -заметила я.

– Мне некогда возиться с ребенком!
– заявил доктор, но в его голосе не было прежней уверенности.

– Но раньше было!
– спорила я, понимая, что для Мари - это шанс.

– Раньше я молод был!
– заметил доктор Уолш.
– И не так болела спина! Все! Иди!

Я вышла к детям. Стоило мне открыть дверь, как я увидела, что от двери отошла Мари. Она выглядела очень расстроенной, словно вот-вот заплачет.

– Ну чего ты?
– спросила я, улыбаясь.

– Я все слышала, - вздохнула она, растирая слезки. И ка-а-ак принялась рыдать. Я ее успокаивала, а она все ревела и ревела…

Пришлось достать платочек. Я долго перерывала карман, как вдруг дверь открылась, и вышел доктор Уолш. Его брови сошлись на переносице, а он строго посмотрел на Мари.

– Это кто тут нюни распустил? А?
– спросил он строго.
– Кто у нас тут ревет? Мари Уолш! Быстро прекратите плакать!

Так, я не ослышалась? Нет?

– Если хотите помогать, юная леди, то будьте так любезны сложить полотенца! Стопочкой. Уголок к уголку!
– строго сказал доктор, а до Мари только дошло.
– Дедушке нужно, сложить полотенца и салфетки. Но перед этим вымыть руки! С мылом!

Несмотря на показную строгость, я поняла, что доктор сломался. Ну что ж! Одна девочка нашла себе семью.

– Ой, сестричка, у вас что-то упало!
– послышался голос Мари, а она подняла несколько фантиков от конфет, которые я подняла с пола и сунула в карман. Среди фантиков лежал раскрытый медальон.

Детские пальчики взяли медальон в руки, она повертела его и посмотрела на меня.

– Я знаю этого мальчика!
– произнесла Мари, а я замерла.
– Он постоянно твердил, что мама придет… И ему нужно к маме! Его привела к нам женщина. Кухарка… И попросила спрятать.

– Что?
– дернулась я, словно очнувшись ото сна.

– Его зовут Кир, - послышался голос Мари.
– И он позавчера сбежал… Я ему говорила, чтобы он никуда не ходил, ведь там враги, а он убежал…

Задыхаясь от новости, я вскочила на ноги и бросилась к генералу. Я летела стрелой по коридору, не видя ничего на своем пути. Перед глазами мелькали черные тени, коридор казался бесконечным тоннелем, по которому я летела, не замечая ничего на своём пути. Я влетела в штаб без стука, видя, как генерал что-то кому-то объясняет. Перед ним стоял солидный мужчина с кучей орденов. Неподалеку возле окна стояли двое солдат крепости, застыв, словно статуи. Лицо Вальтерна было сосредоточенным, а рука — уверенной, будто он держит судьбы на кончике пальца.