Чтение онлайн

С трудом выбравшись из постели, я, спотыкаясь, добираюсь до кухни и бросаю взгляд на столешницу, где лежит подгоревшее печенье. Взгляд скользит по полу, и я замечаю мокрые следы, ведущие в гостиную. Сердце сжимается, и прямо перед тем, как я готова издать душераздирающий крик, вижу, как папа устанавливает рождественскую ёлку.

— Что ты здесь делаешь?! — кричу я, и мама, подпрыгнув от неожиданности, вскакивает с дивана.

— Джулия Энн! Ты меня напугала!

— Я напугала? Ты вломилась в мою квартиру!

— Нет, — говорит она, качая головой, — это сделала твоя бабушка.

Бабушка, Лиза и Оливия входят из столовой, и я не могу сдержать улыбку.

— Мы все непоседливые, принимаем плохие решения и слишком много кричим, — продолжает мама, — но мы — твоя семья. И твоя семья будет сидеть здесь и проводить Рождество с тобой.

Мой взгляд падает на ёлку.

— Она прекрасна, — говорю я, садясь рядом с мамой.

— Так и должно быть. Это та самая, которую срубил твой фальшивый парень. Где же… — начинает отец, но понимает, что не знает имени.

— Кэйден.

— О, это гораздо лучше, чем Ричард. Где Кэйден?

Я смотрю на обручальное кольцо на пальце. Я его не снимаю — и это неловкий факт. Не знаю, почему продолжаю его носить, но мысль снять его почему-то причиняет боль.

— Он со своей семьёй. Где Тим? И Дэнни?

— Тим, наверное, сейчас в Альпах, — смеётся бабушка, поедая отвратительное печенье. — Он был ужасным ублюдком, правда? И у него был такой маленький…

— Мама! — шипит моя мама, краснея от смущения.

Я не могу сдержать улыбку, глядя на свою сумасшедшую семейку. Перевожу взгляд на Лизу и приподнимаю бровь, молча спрашивая, где её вторая половина.

Лиза берёт дочь на руки и встаёт возле ёлки, пока Оливия развешивает украшения.

— Я подумала, нам не помешает провести время с настоящей семьёй Стоун. Без Дэнни. Он на несколько дней в Лос-Анджелесе со своей семьёй.

— Лиза? — спрашиваю я, глядя ей в глаза. Она младше меня, но в её взгляде читается усталость. Интересно, как долго она винила себя за то, что влюбилась в того, в кого нельзя было? — Я ненавижу тебя.

Её брови приподнимаются, и она мягко улыбается.

— То есть ты, чёрт возьми, вроде как меня ненавидишь… но не очень сильно?

Я киваю.

Она улыбается ещё шире.

— Лучшее Рождество в моей жизни.

— О, и я купил тебе новую машину на Рождество, — небрежно говорит папа, бросая мне связку ключей. — Кэйден рассказал, что твоя сломалась, когда вы «репетировали».

— Я не могу её приня…

— Да заткнись уже и просто возьми эту чёртову машину, — ворчит бабушка, открывая бутылку вина.

Что ж… похоже, мне придётся принять эту чёртову машину.

Я кое-что поняла о семьях. Они совершают ошибки. Говорят не то, что нужно. Распадаются. Но те, кому действительно не всё равно, всегда пытаются собрать осколки воедино и склеить их обратно. Да, трещины остаются. Да, всё ещё больно. Но остаются и смех, и любовь.

Моя семья разбита — самым удивительным образом.

И я собираюсь оставаться неблагополучной вместе с ними навсегда. И это здорово.

Наступает Новый год. Семья улетает, и в моей квартире снова воцаряется тишина. Одиночество уже не кажется таким тяжёлым. Сосновые иголки на ёлке всё ещё свежие и красивые — скоро они не опадут.

Отправляясь в дом престарелых «Аутерс», я беру с собой печенье для своих старичков. Там всё по-прежнему. Эдди шепчет мисс Питерсон на ухо какие-то милые глупости. Он всё ещё пахнет конфетами и мазью — и в мире всё хорошо.

Эдди разворачивается в инвалидном кресле и раскидывает руки.

— Джулия! Где ты была всю нашу жизнь? Иди сюда, чудачка!

Я ухмыляюсь. Всегда приятно, когда Эдди называет тебя чудачкой. Старый засранец. Как же я по нему скучала.

Я наклоняюсь и обнимаю его, а он крепко сжимает меня. Мисс Питерсон поправляет слуховой аппарат, и я смеюсь.

— Не волнуйтесь, мисс Питерсон. Больше никаких жалоб с моей стороны.

— Ой? Значит, ты помолвлена! Дайте взглянуть на кольцо! — улыбается она, хватая меня за руку.

— Нет, я не помолвлена. Меня вполне устраивает быть незамужней.

Эдди приподнимает бровь и хихикает.

— Что, чёрт возьми, случилось с тобой в Висконсине?

«Парень. Со мной случился парень. Я встретила невероятного парня».

Я прищуриваюсь, наклоняясь к ним.

— Я проснулась сегодня утром одна — и со мной всё было в порядке. Это было… хорошо. Чувствовать себя в порядке.

— Не верю! С кем ты встречаешь Новый год? Кто твой парень? — смеётся Эдди, тыкая меня в плечо.

— Мои телевизоры, китайская еда и чёрно-белые фильмы. Мне не нужен мужчина, чтобы чувствовать себя комфортно.

Мисс Питерсон фыркает:

— Конечно! Ты помолвлена!

Она поднимает мою руку с кольцом, подаренным Кэйденом, и я смеюсь.

— Нет, это просто…

— Кольцо моей покойной жены! — внезапно вскрикивает Эдди. — На тебе кольцо моей Элоизы!

У мисс Питерсон отвисает челюсть.

— Неловко…

Я закатываю глаза.

— Нет, просто, наверное, похожий стиль.

Эдди наклоняется через стол и снимает кольцо с моего пальца.

— Да-да… внутри ведь выгравированы «Э» и «Э», верно? Откуда ты его взяла? Оно было у моего внука, и он никогда бы никому его не подарил, если только…

Осознание накрывает его. Он хлопает ладонью по столу, заставляя подпрыгнуть шашки.

— Будь я проклят. Кэйден снова влюбился.

Моё лицо вспыхивает, ладони становятся влажными.

— Что? Нет. Кэйден не твой… Кэйден — твой внук?! Нет, это неправда. Мне нужно идти.

— Солнышко, — зовёт Эдди.

Он подъезжает ближе, берёт мою руку и осторожно надевает кольцо обратно.

— Кэйден не влюбляется. Он выбирает любовь.

— Нет, это глупо. Мы знакомы всего несколько дней. Всё это было игрой. Я наняла…