Чтение онлайн

Драгомир почувствовал, как вздрогнула Артаниель. Она дрожала, словно рыдала, но беззвучно, пряча это ото всех, доверяя свои переживания лишь ему одному. Утешительно поглаживая ладонью по спине, парень намурлыкивал утешения и наконец, пообещал:

– Я вернусь, обязательно вернусь, – Драгомир скользнул рукой по спине к тёмно-оранжевой ленточке и, ловким движением развязав её, стянул поясок.

– Эй! Отдай! – Артаниель пыталась поймать свою пропажу. – Это не смешно…

– Я обязательно вернусь, – перебил её ласковым голосом Драгомир. – Вернусь, чтобы вернуть то, что украл…

Она улыбнулась, глядела на него и никак не могла насмотреться, а он тонул взглядом в её голубых бездонных глазах. Они манили его, притягивали. Он жаждал рассмотреть в этих зеркалах души самое сокровенное.

Артаниель не могла подобрать слова, чтобы описать свои чувства. И даже редкие капли начинающегося дождя ничего не значили. Мир больше не существовал для них двоих.

Непонятный трепет где-то в груди наполнял нерешительностью, но желание становились нестерпимым, сопротивляться ему с каждым мгновением становилось тяжелее. И она поддалась. Их губы соприкоснулись. Блаженство. Блаженство наполняло её, как чашку, плескалось, переливаясь через край.

Чей-то наигранный кашель, как иглой, ужалил, заставив возлюбленных рывком отстраниться друг от друга.

– Арель! Вот ты где, а я тебя везде ищу… – Ирельда возникла, словно из воздуха. По голосу Артаниель догадалась, что женщина стоит у неё за спиной и пристально смотрит ей в спину. Вдруг девушку, как колючим шерстяным одеялом, накрыло неловкое чувство, уж очень похожее на стыд. Но чего она боялась, неужто наказания? – Ты же помнишь, о чём мы договаривались?

– Д-да, матушка Ирельда, я помню… – смущённо пролепетала Артаниель. Посмотреть в её сторону она так и не решилась. – Я уже знаю, о чём буду петь.

– Это хорошо, но я не об этом хотела сказать… – снисходительно продолжила женщина. – Драгомир, оставь нас ненадолго.

Артаниель бросила взгляд в сторону, пряча свои глаза от травницы. Драгомир с ленточкой в руке поднялся из-за стола и, уходя, легонько коснулся плеча девушки.

– Послушай меня, Арель… – продолжила Ирельда, заняв место рядом, поправив свой запятнанный фартук. – Я понимаю… это сложно, и я была в твоём возрасте, и тоже влюблялась. Просто нужно немало времени, чтобы убедиться в своих чувствах, понимаешь? Я не имею ничего против Драгомира, он хороший парень. И уж кому, кому, а ему я бы тебя доверила, как никому другому. Скажи, он тебе сильно нравится?

Артаниель скованно, едва заметно кивнула.

– Это хорошо. Знаешь, эмоции это… как бы тебе сказать… огромная сила, которая порой даёт цвет нашей жизни, как цветы окрашивают поля весной. Но стоит помнить, что иногда эмоции способны навредить и очень сильно. Я не хочу тебя ругать или там наказывать… – травница вздохнула. – Просто хочу, чтобы ты была осторожна. В мире полно плохих людей, которые захотят воспользоваться тобой. И я не смогу всегда тебе помогать, понимаешь? Ну, всё, соберись, всё хорошо… Я всё-таки не за этим тебя искала… Наши мужики завтра уйдут, а мы останемся одни. Давай покажем им, как мы будем сильно их ждать. Хорошо? Уверена, Драгомиру тоже бы хотелось услышать твой голос!

Прошло уже несколько недель с момента, когда объявили воинский призыв. Отец Артаниель так и не появился дома. Похоже, весть о сложности положения в империи дошла и до него.

Деревня опустела. Спускаясь за водой, Артаниель больше не встречала людей. А если и встречала, то редко и большой группой. Женщины побаивались ходить поодиночке.

Кто-то из сельчан решил перебраться к родственникам в ближайшие деревеньки, другие бросали дома и уходили в более защищённые города или крепости – делали всё, чтобы почувствовать себя в безопасности.

Дия недавно ушла в город. На вопрос, как скоро собирается назад, она молчала: то ли не представляла, то ли не собиралась возвращаться вовсе. Но перед уходом, оставила несколько монет на столе – лунный камень оказался дороже того меча, который она выбрала. Артаниель, в глубине души, надеялась: сестра знала, что ищет, поэтому препятствовать не стала.

– Да хранят тебя Драконы-Основатели, Дия… – благословила Артаниель в дорогу, опуская руку на плечо сестры. – Береги себя.

– И ты себя… – уже закрывая за собой калитку, отозвалась Дия.

Времени переживать у Артаниель не оставалось. Вся работа по дому теперь целиком оставалась на ней: там прополоть, здесь полить, своих коз накормить, чужих прогнать. Зачастую сил не оставалось больше ни на что.

Возвращаясь домой, Артаниель плюхалась в кровать, порой совсем забывая переодеться. Казалось, только закрыла глаза – уже утро. Но в те моменты, когда оставалось свободное время, девушка зажигала крошечные огарки свечей на столе вокруг небольшой деревянной фигурки Аквалии – Дракона-основателя. Девушка, опускаясь перед ней на колени, молилась за отца, сестру и особенно за Драгомира, надеясь, что когда-нибудь все они вернутся целыми и невредимыми.

Желание готовить отпало напрочь. Утром девушка брала что-нибудь из овощей, иногда чистила и съедала так. Рацион расширялся, когда Артаниель помогала кому-нибудь по хозяйству. Ирельда частенько поила травяными чаями, после сбора целебных растений, вприкуску с мёдом или корнем солодки. Макка, единственная хлебница в деревне – давала с собой маленькие пшеничные лепёшки. Так что сильно голодать не приходилось.

Однако, иногда, Артаниель помогала за доброе слово. Одно из таких дел – подштопать порванную рубашку или штаны уличных сорванцов. Мать, по подсчётам, пятерых детей приходила с разорванными вещами. Артаниель, без лишних расспросов, приводила их к пригожему виду и отдавала обратно.

Взамен слышала благодарности, да благословения Драконом-основателем Геотар. Его именем часто благословляли земледельцев, да вообще всех, кто имеет хоть какое-то отношение к земле, так уж повелось у крестьян. А кто он такой, кроме как один из божеств, конечно, никто не знал. Да и зачем голову забивать?

Вот только Артаниель считала по-другому. Если бы не её безграмотность, давно бы заказала у торговца даже самую потрёпанную книгу про Них. Вот только учить здесь некому. Во всей деревне читать могли только двое: её отчим и Ирельда. Отчима постоянно не было дома, а отвлекать травницу от дел, казалось, по крайней мере, невежливым.

Может когда ей подарят в знак совершеннолетия серёжки, она отправится в город? Может, найдёт учителя, который научит и читать, и писать. И конечно, надо будет где-то подрабатывать, чтобы платить за уроки…

«Ах… слишком много «может» … да и потом…это всего лишь мечта…» – взгрустнула Артаниель. Кто ж её ждёт в городе? Тем более одну… – «Вернись на землю, Арель, тебе ещё грядки сегодня поливать…»

Вечерело. Солнце укатилось за высокий зубчатый забор деревьев. На небо взошла серебристая луна. Полнолуние всегда доставляло неудобства. Девушка не могла заснуть под лунным светом, постоянно ворочалась, а на утро чувствовала себя разбитой. Поэтому такими ночами Артаниель, скрючившись, засыпала на стуле рядом с печью, там, где свет из окон не мешал отдыхать. Под утро после такой ночёвки болела спина, больше – шея, но так она хотя бы могла выспаться.