Покажи мне звезды
Шрифт:
— Родная, будь серьезнее, — Ваня еле сдерживался, но вдруг стало неудобно перед девушкой-регистратором.
Ее слова проплывали мимо него. Он всецело и полностью был погружен в своего воробышка. Воронову хотелось запомнить каждую мелочь и каждую, даже, казалось бы, самую незначительную деталь сегодняшнего дня.
А еще ее.
Ее смущенную улыбку, когда она медленно шла по усыпанной полевыми цветами и сосновыми иголками дорожке, ведущей из леса к обрыву, открывающему изумительный вид на распростертый вдалеке город. Ее искрящийся взгляд, направленный лишь на него одного. Острые ключицы в меру открытого, но довольно скромного платья, бледность которых подчеркивалась копной разбросанных по плечам локонов. Капельки одиноких слезинок, упавших из уголков глаз, когда она услышала тихие искренние слова его свадебной клятвы.
«Пока планеты движутся вокруг Солнца, пока дни и времена года сменяют друг друга, пока звезды горят на небе, я буду любить тебя. Любить всем своим сердцем и своими мыслями».
Именно это он сказал ей, глядя в глаза и надевая на палец изящный обруч золотого колечка.
Свадьба была очень скромной.
На церемонии — верные Нина и щенок, превратившийся во взрослую собаку. Уединенная поляна в чаще леса на краю обрыва, улыбчивая регистратор с искренними, лишенными пафоса словами свадебного обряда и Алена, промакивающая мокрые от беспрерывно бегущих слез щеки.
Все это не соответствовало их статусу и финансовым возможностям, а еще ожиданиям прессы.
Их пару обсуждали. Сначала в родном городе, затем в международных новостях мусолили подробности жизни каждого, их достижения и неудачи, его детство и ее пребывание в больнице.
Мужчина сделавший себя сам, слепивший из комков липкой глины с примесью унижений и потерь, но яркими вкраплениями силы, ума, благородства, дерзости и отчаянного желания жить. И женщина, сумевшая выжить там, откуда мало кто выбирался.
Они были разными, но отчаянно похожими. Они отдавали себя друг другу полностью, не ожидая ничего взамен. Они любили так, как не любил никто и никогда.
Ване нравилось делать Веру счастливой.
А для счастья ей нужно было совсем немного.
Помочь брошенному на улице котенку, забрав его домой, откормив и вылечив, а после отыскав новых хозяев.
Дождливым вечером, когда они прогуливались по набережной, спасти сидящую на берегу беременную девушку, захлебывающуюся слезами, с которой поиграли и выбросили, как ненужную вещь, поселив в своей квартире, а оттуда увести в роддом.
Помочь ребенку с горящими бешенными глазами, которого они встретили у торгового центра, просившего милостыню, а вечером плетущемуся к «смотрящему» чтобы отдать ему все собранные за день деньги.
Поддержать молодого, совсем еще юного ученого, только-только закончившего университет без связей и денег, отдавая свое время, силы и знания, чтобы показать, что все в его руках.
Ваня не понял, как закоренелый циник, отрицающий благотворительность и давивший ее в зародыше, вдруг проснулся утром основателем огромного фонда помощи.
Филиалы их благотворительной организации занимались самыми разными вопросами. Сначала по городу, затем по областям, а после по всей стране начали появляться и расти приюты для бездомных животных с отелями-передержками и лечебницами. Центры защиты женщин и детей позволяли мамам с младенцами на руках стать на ноги. Фонды молодых ученых поддерживали самые яркие и кажущиеся безумными идеи.
Но главным достижением Ваня считал шефство над тремя детскими домами, количество которых с каждым годом росло все больше, и строительство современной психиатрической клиники с уникальными врачами в штате. И они действительно помогали людям.
Удивительно, но спонсоров даже не пришлось искать. Они находили их сами. Интерес к новому делу, разожжённый их историей, не угасал много месяцев. И тогда Вера в очередной раз повторяла то, что «в итоге все было к лучшему».
Название благотворительного фонда выбирала Вера.
Теперь у каждого, кто в чем-то нуждался, был личный кусочек «Сириуса».
Они сидели на краю обрыва.
Ваня постелил на еще не согретой земле плед, из корзины, подготовленной Ниной, достал бокалы и шампанское. Вечер клонился к ночи, и город постепенно утопал в огнях.
Пузырьки приятно щекотали горло и взрывались во рту миллиардами ярких звездочек. Прохладный ветер легко раскачивал верхушки деревьев и мурашил открытые плечи. Ваня склонился к острой ключице и поцеловал нежную кожу. Провел по ней кончиком носа и уткнулся лбом. А потом медленно выпрямился, оставив еще один поцелуй на плече.
— Я все-таки стала птичкой, Вань, — Вера обернулась, заглянула в темные бездонные мужские глаза и улыбнулась. — Только не воробышком, как ты любишь меня называть. Хотя жалко немного, — рассмеялась тихо, когда Ваня шутливо толкнул ее локтем. И замолчала, глядя во все те же глаза. — Но Воронова мне тоже нравится. Правда-правда.
Ваня усмехнулся, внезапно взглянул на темное небо и снова на нее.
— Ты главное не улетай от меня, Вер.
Он впервые услышал ее признание в любви темной ночью, стоя у окна их квартиры и наблюдая за метеоритным дождем.
Он сделал предложение, любуясь ее красотой, раскрашенной отблесками Северного сияния, держась за руки на краю острова в Исландии.
Он шептал бесконечное количество раз «спасибо», роняя слезы на уставшее лицо, и улыбался, держа на руках их первого сына.
Он подарил ей весь мир, а она в ответ показала ему звезды.
Плейлист
Anne-Marie James Arthur «Rewrite The Stars»
Rag’n’Bone Man «Human»
Sia «Courage to Change»
Tom Walker «Leave a Light On»
Josef Salvat «Diamonds»
Hidden Citizens feat. Ruelle «Nothing Is As It Seems»
JONY «Аллея»
JONY «Звезда»
SHAMI — «За тобой»
Миша Марвин «Не надо быть сильной»
NЮ «Не смогу без тебя»
Алексей Чумаков «Небо в твоих глазах»
JONY «Ты меня пленила»
TSOY — «Позови меня с собой»
JONY, HammAli Navai «Без тебя я не я»
Akmal' «Возьми меня»
HammAli Navai «У окна»
ALEKSEEV «Как ты там»
JONY «Комета»
Леша Свик «Луна»
Сергей Лазарев «Мечтатели»
Дима Билан, Zivert «Это была любовь»
ALEKSEEV «Навсегда»
Artik Asti «Мы будем вместе»
Антон Беляев «Лететь»