Чтение онлайн

Он осторожно стягивает с меня мокрую насквозь кофту. К ней прилипла футболка, поэтому я остаюсь в одном лифчике.

Мокрые волосы падают мне на спину, и по коже пробегает озноб, но скорее не от холода, а от восхищенного взгляда Ноа.

Он вешает мои мокрые вещи на дверцу, а я тем временем сажусь и жду, что будет дальше.

Мышцы его лица напрягаются, когда он нащупывает пуговицу на моих джинсах, и мой пульс учащается, когда он тянет молнию вниз.

Он ждет, не сводя с меня глаз, и я приподнимаю бедра.

Ноа осторожно стаскивает с меня джинсы и замирает. На его лице застыло интересное выражение: смесь желания и сомнения.

Я подвигаюсь к нему и хватаю за край мокрого худи. Раздвигаю ноги, и он оказывается между ними.

Ноа не произносит ни слова, позволяя мне раздеть его.

Я вздыхаю в восхищении, когда вижу его тело – впервые. Даже на пляже он всегда был в рубашке.

– Тебе стоит чаще раздеваться, – голосом полным желания произношу я, и мне приятно, что в его смехе я слышу такой же хрип.

Смотрю на татуировку, которую так давно хотела разглядеть. Мне было интересно узнать, насколько она большая, но то, что я вижу, совсем не похоже на то, что я воображала.

Татуировка начинается от предплечья и тянется вдоль левой части груди. Линия ворот и футбольный мяч – он выглядит так, будто прорывается сквозь кожу, но меня больше привлекает надпись на этом мяче. Что-то иностранное, написанное очень красивыми изогнутыми буквами. Может, это латынь?

– Что это значит? – спрашиваю я, робко дотрагиваюсь до его груди и вожу пальцами по буквам.

– Не могу тебе сказать. – Ноа дрожит, и я, продолжая поглаживать его, подвигаюсь ближе.

– Не можешь или не хочешь?

Смотрю на него снизу вверх и касаюсь губами груди.

Скольжу губами от ключицы к шее, останавливаюсь, когда добираюсь до уха. Глубоко вздыхаю, и Ноа, опустив лоб на мое плечо, обнимает меня.

Я не произношу ни слова. Дышу ему в лицо и скольжу пальцами по накачанной груди и животу, обрисовывая каждый изгиб мышц. Чувствую, какие они твердые, и не сомневаюсь, что если опущу руку ниже, то и там нащупаю твердость.

Мышцы его живота сжимаются, прерывистое дыхание овевает мою почти обнаженную грудь.

Чувствую, как твердеют мои соски в лифчике, и начинаю дрожать.

Ноа смотрит на меня. Страсть его взгляда обжигает.

– Похолодало, – шепчет он.

– Мне не холодно.

Его ноздри раздуваются, он наклоняется, хватает мои волосы, накручивает на кулак, и вода, стекающая по его руке, капает на меня. Я резко подаюсь вперед, и Ноа ловит ртом мои губы. Он целует меня страстно и крепко, буквально всасывает в себя.

– Если ты заболеешь, я буду виноват, – говорит он, не отрываясь от моего рта. – Не могу этого допустить.

Он тянется к толстовке, которая лежит рядом. – Он принес ее специально для меня, но я останавливаю его, накрывая его руку своей.

Ноа бросает на меня предупреждающий взгляд, но я хрипло хихикаю, и он смягчается, ему интересно, что я сделаю дальше. Нахмурившись, он позволяет мне притянуть его к себе.

Он повторяет попытку одеть меня, но я встаю, делаю два шага к открытому багажнику и нащупываю нейлоновую палатку. Поставить ее пара пустяков.

Ноа быстро стягивает с себя мокрые штаны и надевает сухие. Сгребает одежду, которую принес для меня, и вот мы уже вместе оказываемся в палатке.

Он действует все еще нерешительно – не спешит застегнуть молнию входа. Он беспокоится обо мне?

Но я не чувствую ни неловкости, ни неуверенности, ни тревоги.

Не чувствую ни спазмов в животе, ни страха, что мой любимый может меня предать, оттолкнуть.

Я уверена, что он этого никогда не сделает.

Смотрю в его ясные глаза цвета неба, и ничто не сбивает меня с толку.

Я четко понимаю, кто он, каков он.

В Ноа есть что-то, что освобождает меня. Одним только взглядом, одним даже невысказанным словом он успокаивает меня, соединяет и примиряет разрозненные частички моей души друг с другом, и даже если я сама не понимаю до конца, чего хочу, он знает это.

А прямо сейчас я хочу узнать его немного лучше. Немного… с другой стороны.

Ложусь на спину. Он сверху, хотя его тело пока еще не касается моего. Я чувствую его тепло и полна предвкушения.

– Джульетта, что ты делаешь? – бормочет он, и его взгляд падает на мою грудь, наполовину вывалившуюся из мокрого лифчика.

Чувствую напряжение, нарастающее внутри, но позволяю ему самому решить, что делать дальше.

Пальцы Ноа скользят по моему плечу, цепляются за бретельку лифчика.

– Хочешь, чтобы я трогал тебя? – Рука опускается ниже.

Тихий стон срывается с моих губ, и Ноа стягивает с меня лифчик.

Он не торопится, спокойно разглядывает мою обнаженную грудь, каждый дюйм моего тела, его взгляд, как нежная ласка, как теплое дыхание, струящееся по коже.

Потом он целует меня между грудями, и я резко втягиваю в себя воздух.

– Скажи мне где, – нежно командует он, и мои соски устремляют вверх острые кончики.

Мне становится все жарче, я чувствую, как краснеет кожа, и Ноа смотрит на меня сквозь густые темные ресницы.

Мои губы приоткрываются, и он слегка улыбается.

– Вот оно, – хрипит он. – Этого я и ждал – твоего румянца. – Его прикосновения прокладывают огненную дорожку вверх по моему животу. Рука поднимается выше и с нежностью касается моего горла. Я сглатываю, и его пальцы дергаются в ответ.

Глаза Ноа встречаются с моими, и он повторяет:

– Скажи мне где.

Я кокетничаю:

– Ты прекрасно знаешь, что я отвечу.

– Но… – Он кусает меня в живот, и я извиваюсь.

Он хочет, чтобы я это сказала.

Воодушевленная его озорством, подыгрываю ему.

Неторопливо веду его руку вниз по своему телу и позволяю его пальцам проникнуть за край моих трусиков.

Потом убираю руку, потому что, может быть, я и не знаю, что сделает Ноа… но я знаю Ноа.