Поклянись, что это правда
Шрифт:
– Врешь! – выдыхает Кэмерон.
– Не вру!
– Слава квотербеку, великолепному повару! – острит Кэм. – Иди поешь со мной.
Я открываю мессенджер и отправляю Ноа короткое сообщение.
Я: Привет MVP! [33] ПОЗДРАВЛЯЮ! Отпадная игра! Блестящий пас!
Я: P.S. Кэм вот-вот попробует твое феттучини Альфредо. Будь готов к последствиям. Она потом не отлипнет от тебя.
33
Most valuable player – самый ценный игрок. Таким званием награждают игрока, которого считают наиболее важным для команды и вида спорта, в котором он преуспел.
Бросаю телефон и убегаю на кухню к подруге.
Через полчаса, наевшиеся и довольные, мы расходимся и плюхаемся в кровати. Выпивка и яркие переживания лишили нас последних сил, но заснуть мне не удается, и через два часа я беру телефон.
Ноа ответил мне, когда мы ели: поблагодарил за поздравление и написал, что завтра позвонит. Они как раз садились в автобус, им предстояло долгое ночное путешествие, возвращение домой.
Я решила все равно написать ему.
Я: Ты спишь?
Он сразу же отвечает.
Ромео: Нет.
Я: Я была уверена, что ты вырубился от избытка адреналина.
Ромео: Не-а, после игры я обычно плохо сплю. Мне требуется больше времени, чем остальным, чтобы расслабиться. Не сомневаюсь, что все остальные в автобусе в отключке. Свет выключили сразу же, как только мы выехали на шоссе.
Я: Ты в наушниках?
Улыбаюсь, представляя, как он ухмыляется.
Ромео: Да. А ты в водолазке?
Я прыскаю от смеха и решаюсь позвонить ему.
Нажимаю иконку видеозвонка.
Жду довольно долго, наконец он отвечает. Первым делом он подносит палец к губам. Потом надевает наушники, садится вполоборота к окну и глубже натягивает капюшон. Мягкая серая ткань отбрасывает легкую тень на лицо, но каждые несколько секунд из окна автобуса падает свет и освещает лицо целиком. Я будто смотрю какой-то триллер: внезапная вспышка света, прорезающая темноту, отчего сердце бьется быстрей и тревожней.
Ноа улыбается мне.
– Как жаль, что ты так далеко. – Слова срываются с моих губ, прежде чем я успеваю осознать, насколько они правдивы.
– Правда? – шепчет он.
Мне становится жарко, и я киваю:
– Ага.
Он проводит языком по нижней губе, и мое внимание устремляется к его рту.
– А почему?
– Потому что и тебе не спится, и мне не спится… Мы могли бы не спать вместе.
Ноа тихо смеется и тут же прикусывает ворот худи.
– Я буду дома через восемь часов.
– Срок действия приглашения истекает через семь часов.
Он опускает глаза, и я понимаю, каким усталым он выглядит.
– Ну конечно. – Ноа молчит, потом тихо спрашивает: – Ты собрала все в поездку?
– Нет, мы с Кэм пили сегодня дешевую водку, до вещей руки не дошли.
Он качает головой.
– Беспокоиться не о чем, – быстро говорю я. – Мы бывалые туристы, знаем, что положить в рюкзак. Спортивные штаны, шорты, пару футболок. Волосы убрать в хвост, и мы готовы. Всякую мелочь возьмут мальчишки.
– Вы поедете сразу, как только мы вернемся?
– Да. – Я стараюсь сдержать улыбку. – Хочется побыть там подольше, это всего в нескольких часах езды.
Он кивает и смотрит в окно.
– Тогда тебе лучше поспать. Ты же не хочешь страдать от похмелья в дороге.
Он буквально повторяет слова Мейсона.
– Ага, я честно пыталась заснуть. – Неожиданно я зеваю, ложусь на подушку, кладу телефон на ребро и подпираю смятым одеялом.
Ноа отрывает взгляд от моего лица, и я не вполне уверена, какую часть моего тела он рассматривает. Кокетливо опускаю одеяло пониже, и мой длинный топ приподнимается, приоткрывая бедро.
– Джульетта, – хмурится Ноа, – я застрял в этом автобусе с тридцатью тремя мужиками на ближайшие семь часов, а потом еще семьдесят два часа не увижу тебя. Давай отключайся и баиньки.
Я хихикаю и улыбаюсь:
– Спокойной ночи, квотербек.
Ноа смотрит ласково, чуть улыбается.
– Спокойной ночи, красавица.
Мое тело будто овевает легкий ветерок, мне даже становится немного холодно. Машу на прощание, но на «отбой» не нажимаю, и знаю почему-то, что и он не нажмет.
Натягиваю одеяло до подбородка, засовываю руки под подушку, а его голова прислоняется к окну автобуса.
Я закрываю глаза и засыпаю.
Мейсон, как и обещал, отправил мне сообщение, когда их автобус подъезжал к кампусу. Он посоветовал нам начать собираться, если мы еще не успели этого сделать. Брат знает нас как облупленных – мы буквально пять минут назад закончили собирать вещи. После этого я успела добежать до парковки.
План такой: парни принимают душ, собираются, и где-то в течение часа мы загружаемся вместе с багажом в машину Мейсона. Так, скорее всего, все и будет, но я надеюсь, что не совсем так.
Смотрю по гугл-карте местоположение Мейсона и обнаруживаю, что они уже на подъездной дороге к кампусу. Через несколько секунд большой сине-золотой автобус сворачивает на парковку. Он останавливается, двери открываются, и ребята начинают выходить из него.
Оттолкнувшись от дерева, иду к автобусу.
Первым я замечаю брата, и беспокойство сжимает мои ребра.
Он идет к багажнику, который только что открыл водитель, и начинает двигать сумки в поисках своей.
Тут меня замечает Брейди.
– Ари, детка! – кричит он, и несколько уже вышедших ребят поворачиваются в мою сторону, но моя персона их не интересует.
Брейди бежит ко мне, не в силах дождаться, пока я сама до него дойду, и заключает в объятия.
– Готова оттянуться по полной?
– Готова, – улыбаюсь я в ответ и поворачиваюсь, чтобы обнять брата, который подходит к нам, слегка нахмурившись.
– Что ты здесь делаешь? – Он заглядывает мне за спину. – А где Кэмерон и ваши рюкзаки?
– Кэм в душе, но мы уже собрались.