Чтение онлайн

Я не знаю, что сказать.

Я подхожу к дивану, чувствуя, как напряжение, тянущее мои мышцы, наконец начинает отпускать. Руки слегка дрожат, когда я медленно расстегиваю верхнюю пуговицу на своих штанах. Как сдавленная пружинка, мой живот расслабляется, освобождаясь от невидимой петли, и я выдыхаю, поглаживая его. Он снова выглядит таким, как и должен — округлым, скрывающим жизнь внутри. Ощущение облегчения приходит вместе с осознанием, что Блейк мне поверил. Осторожно сажусь на диван, чувствуя, как напряжение последнего разговора с ним медленно стекает с меня. Тишина в доме кажется великолепной.

Блейк ушел.

Тишину прерывают легкие шаги за спиной. Мама входит в гостиную тихо, ее присутствие я замечаю только тогда, когда она говорит:

– Он ушел? – ее голос спокоен, но напряжение все равно чувствуется.

Я киваю, не поднимая к ней глаз. Она замечает, как я бережно касаюсь своего живота.

– Ушел.

Она подходит поближе и садится рядом. В ее глазах светится тревога, но она старается не давить.

— Ты уверена, что поступаешь правильно, дочь? – осторожно спрашивает мама, склонив голову немного в сторону. – Не боишься, что все может пойти не так?

Я откидываюсь на спинку дивана и прижимаю руки к животу.

— У меня нет другого выхода, мама, — отвечаю ровным голосом, скрывая внутренние метания. — Раньше нас с Блейком связывала только беременность, пусть и он не верил, что это его ребенок... — я умолкаю, горло стягивает, но продолжаю: — Теперь, когда он думает, что ребенка нет, он точно не будет меня возвращать… Что, если он захочет сделать ДНК-тест? Тогда он поймет, что это его ребенок, и тогда... Он может просто его забрать у меня.

Делюсь своими переживаниями, понимая, что они далеко не такие бессмысленные, какими могут показаться на первый взгляд. У Блейка никогда не было ко мне чувств. Физическое влечение, не больше. С чего вдруг ему менять ко мне отношение?

Мама ничего не отвечает, ее рука мягко касается моей. Она знает, что ответ мне не нужен, что мне нужно время, чтобы переварить собственные мысли. Я все еще помню ту боль, когда увидела измену Блейка на том видео. С какой страстью он отвечал на мой поцелуй в тот вечер, а на следующий день был со своей бывшей, имея ее во всех позах... Эта боль несравнима ни с чем.

Мама качает головой, ее взгляд наполняется болью.

– Ты знаешь, что я всегда на твоей стороне. Но будь осторожна, Элайна. Ты играешь с огнем.

Я собираюсь ответить, но тут раздается звонок. Мой телефон вибрирует на столике, высвечивая имя. Марк. Я поднимаю трубку, и мама сразу встает, чтобы дать мне пространство. Она тихо идет на кухню, начиная негромко стучать посудой, а я принимаю вызов.

– Он приходил? — раздается знакомый голос.

– Да, – я выдыхаю. – Ты был прав, он действительно пришел.

Марк был уверен, что Блейк появится в моем доме в этот же вечер после случайной встречи в городе. Он молчит, будто переваривает ответ.

– Ты ведь не рассказала ему? — в его голосе раздается тревога.

Я опускаю глаза на свой живот, ласково поглаживая его. Молчание повисает в воздухе, пока я обдумываю ответ.

– Эл? – переспрашивает он.

– Нет. Он думает, что ребенка больше нет, — наконец-то говорю я, поднимая взгляд от живота.

В трубке слышится облегченный вздох.

– Хорошо. Теперь он точно исчезнет из твоей жизни и больше не будете мучить тебя. Ты всё правильно сделала, Эл. И даже не смей сомневаться, слышишь?

Я молчу. Не могу выбросить из головы тот момент, когда сказала Блейку об аборте. Я видела его глаза. В них было что-то такое, что никак не исчезает из памяти. Будто за мгновение он потерял все. Марк продолжает что-то говорить, но я едва слышу его.

– Эл? Ты меня слышишь?

Я вздрагиваю, возвращаясь к реальности.

– Да, слышу.

— Я сегодня не приеду, здесь и правда накопились дела, — говорит он с легким смешком. — Как ни странно, это был только повод, чтобы дать тебе с ним поговорить, а теперь действительно надо поработать. Люблю тебя, Эл, – добавляет он в конце.

– Угу, – машинально отвечаю я, не находя в себе силы на большее.

Положив телефон на столик, я застываю на мгновение. Взгляд падает на фотографию в рамке – старое семейное фото. Там мы все: я, мама... Отец. Воспоминания накатывают волной, и слезы подступают к глазам.

Тихие шаги мамы возвращают меня в реальность. Она садится рядом, и я не могу сдержать слезы. Склоняю голову ей на плечо.

– Я скучаю по нему, – шепчу я тихо, слезы текут по щекам.

Мама обнимает меня, крепко прижимая, как в детстве.

– Я тоже, дочка, - отвечает она с такой же тихой грустью.

Я еще сильнее обнимаю ее, чувствуя тепло и поддержку. Мы сидим так несколько минут, и мир вокруг кажется таким далеким и тихим. Он словно медленно отдаляется, оставляя нас наедине с болью и воспоминаниями.

Я мчусь по дороге, не замечая светофоров и знаков. Руки сжимают руль так, что косточки белеют, и я чувствую, как гнев бушует внутри, растекаясь по венам. Мой разум снова и снова возвращается к единому образу – ее плоский живот, ее ледяные губы, ее бесстрастные глаза. Еще один удар по рулю. Сперва один. Потом снова. Еще.

Дьявол! Что с ней произошло? Как? Люди так не меняются. Кто или что могло превратить Элайну ту, которая она стала? Неужели это все я? Эта мысль засела, как заноза, не давая покоя. Боль, пронизавшая меня в тот момент, когда она сказала, что сделала аборт, расползается по телу, и я не могу найти точек опоры, чтобы удержаться. Я всегда знал ее, знал ее сияющий взгляд, ее кокетливую улыбку. Но Элайна, стоявшая передо мной сегодня, была чужой.

Приезжаю домой. Сегодня я один. Прекрасно. Я захожу в дом, направляюсь в бар и вытаскиваю первую бутылку. Сквозь мутное сознание не сильно важно, что это. Наливаю себе, стоя у барной стойки. Раз-два — и стакан уже пуст. Алкоголь обжигает горло, но мне плевать.

Перед глазами снова выныривает ее лицо, ее голос, произносящий это проклятое слово «аборт». Мой кулак сжимается, ревность, как яд, растекается по венам. Кто этот мужчина, который был рядом с ней? Кто теперь занимает принадлежащее мне место? Я чувствую, как агрессия накатывает все сильнее. Сколько мужчин были готовы упасть к ее ногам, а она выбрала меня. Как же я мог так ошибиться?