Чтение онлайн

То, что Россия и сейчас проходит очередную ступень инициации, косвенно подтверждают всё те же зодиакально-планетарные кельтские кресты-колёса, отпечатавшиеся в астральных партхарактеристиках двух наших главных поворотчиков истории. Речь здесь о том, что и у Горбачёва Михаила Сергеевича (родился 2 марта 1931 года в селе Привольном Ставропольского края), и у Ельцина Бориса Николаевича (родился 1 февраля 1931 года в деревне Бу гка Свердловской области) в их персональных космограммах проявился планетарный крест, опирающийся на кардинальные знаки Зодиака. [128] Похоже, когда старшие товарищи из Политбюро подбирали кандидатуры для руководства процессом тотального обновления социализма в нашей стране и в мировом масштабе, то они просматривали не только обычные характеристики, представленные партийными кадровиками, но и напрягли штатных КПССовских астрологов, приказав им искать «крестоносцев». Красные астрологи не подкачали, нашли нужных людей, причём среди каких-то никому не известных обкомовских секретарей с далёкой периферии, но зато сразу двоих с крестами. И ведь справились же оба, помогли кресты-то в кольцах, вон ведь в каких матёрых человечищей вымахали с этими крестами и Миша, и Боря. Повернули-таки колесо Истории, да как резко-то! До сих пор всех мутит от такого виража, вся страна и окрестности заблёваны. Ну, ничего, пусть народ привыкает к исторической и метафизической качке, в будущем и не такое возможно.

Предположение о том, что наша Перестройка с последующей Перестрелкой, то есть, пардон, Реформой — это, натурально, магически-алхимический и сакрально-эзотерический процесс Великого Делания не то золота из свинца, не то сметаны из дерьма, подтверждают сейчас и некоторые авторитетные источники из числа допущенных во внутренний Круг. Например, бывший советский резидент в Лондоне (!) и, между прочим, отец одного из самых главных наших телевождей, М. Любимов, поведал в середине 90-х годов читателям газеты «Совершенно секретно» [129] о так называемой операции «Голгофа», задуманной якобы Юрием Владимировичем Андроповым в целях спасения дела социализма. По версии Любимова, Андропов, возглавлявший наиболее информированную в СССР организацию — КГБ, понял в какой-то момент, что социализм идёт к неизбежному краху и что спасать его в той форме, в какую он отлился к восьмидесятым годам XX века, нет никакого смысла — всё равно ничего хорошего из этого не вышло бы. Тогда Юрий Владимирович, наверняка почитывавший на досуге Элиаде, Генона, а может, и Блаватскую с Упанишадами, нашёл гениальное решение: пусть гибнет, пусть на смену социализму приходит самый дикий и первобытный капитализм. А вот когда народ в этом диком капитализме поварится да хлебнёт горя, тогда он и ломанёт назад в социализм, но только уже в улучшенный и очищенный от старых грехов. Возродившийся, короче, словно феникс из пепла.

Этот план и был, по словам М.Любимова, назван «Голгофой» (!), а на первый этап его реализации (Nigredo — «Работа в чёрном») бросили заранее извлечённого из ставропольского захолустья Михаила Сергеевича. Ну а дальше, как известно, процесс пошёл.

Любимов, правда, потом объявил свою версию событий мистификацией, чекистской шуткой, но, похоже, что-то серьёзное во всём этом есть. Вот только Юрий-то Владимирович, возглавляя КГБ СССР, заведовал не одной внутренней, но и внешней разведкой, а значит, свои планы он должен был строить на основе добротной информации о положении в мире, мог и с зарубежными товарищами проконсультироваться, а то и скооперироваться. Ну хотя бы с теми, у кого в астральном паспорте тоже имеется кельтское колесо и рядом с которыми нёс свою нелёгкую службу советский разведчик Любимов. А потому очень даже может быть, что план «Голгофа» имеет, так сказать, всемирно-исторический размах и что нацелен он не столько на обновление социализма, сколько на радикальное обновление всего и вся в подлунном мире.

Впрочем, периодическое обновление Вселенной, как мы уже убедились, является важнейшим догматом большинства традиционных религиозных и философских систем как Запада, так и Востока. Время во всех этих системах циклично, оно движется по кругу, заставляя Вселенную бессчётное число раз стареть, погибать, а затем возрождаться вновь. Так же по кругу движется существование любых обитателей Вселенной: и люди, и боги, и демоны умирают и возрождаются вновь и вновь, бесконечно воплощаясь в новых обличьях. Причём закон обновления Мира вроде бы не зависит ни от чьей воли и желания, даже боги ему подчиняются беспрекословно. Это как бы неотъемлемое свойство того самого Верховного Принципа или Абсолюта, который порождает видимый мир и заставляет его двигаться, меняться и развиваться. Поэтому на первый взгляд каких-либо сознательных усилий для вращения мирового колеса ни от кого не требуется: Абсолют и без нас справится: повернёт мироздание куда нужно и на какой нужно угол. А все бесчисленные пассажиры вселенской карусели (или чёртова колеса?) могут спокойно ехать на своих слониках или осликах (кому какое место досталось в мироздании) и не соваться подталкивать колесо Вселенной и помогать Перводвигателю.

Однако такое иждивенческое поведение мало где допускается. Почти все религии и-философские доктрины требуют от своих приверженцев «активной жизненной позиции», заставляют впрягаться вместе с Абсолютом в мировое колесо и толкать, толкать…

Помнится, ещё совсем недавно нам на уроках обществоведения преподаватели объясняли, что: а) приход коммунизма так же неизбежен, как восход Солнца; б) но это вовсе не значит, что можно сидеть сложа руки и пассивно ждать; нет, коммунизм придёт только благодаря нашим героическим и сознательным усилиям, поэтому мы должны работать, работать и работать.

Прошло немного лет, колесо мироздания слегка повернулось, и те же самые (в основном) преподаватели стали объяснять школьникам и студентам, что: а) невидимая Рука Рынка с неотвратимостью восхода Солнца обеспечит нам тотальный расцвет, прогресс и «общество потребления» (так теперь называют коммунизм); б) но это вовсе не означает, что можно сидеть сложа руки (собственные) и надеяться только на Руку Рынка — нет, необходимо проявлять предприимчивость, изобретательность, а главное — работать, работать и ещё раз работать.

Если кто-то думает, что подобный диалектический подход к воспитанию масс характерен только для нынешних коммуно-буржуазных обществоведов, то он сильно ошибается. К примеру, в империи ацтеков доколумбовой Мексики тамошние обществоведы, т. е. жрецы, впаривали народу, что: а) Вселенная, в которой ацтекам посчастливилось жить, неизбежно, как Солнце к закату, придёт к своей гибели, ибо срок правления «президента»-миродержателя данной вселенной — бога Уицилопочтли, как и у всякого президента, ограничен; [130] и б) это вовсе не значит, что ацтекские массы могут бросать работу и пассивно ожидать конца Света. Нет, работать следует в прежнем темпе, а главное — воевать, воевать и ещё раз воевать. Воевать же нужно в основном ради пленников, сердца которых обществоведы-жрецы приносили в жертву Уицилопочтли, чтобы бог не ослаб с голодухи, не захирел и его не скинули бы досрочно с занимаемого им поста другие претенденты.

Как видите, у ацтеков вся разница с нынешними обществоведами заключалась в том, что коммунизм у них считался уже наступившим, а работать и воевать необходимо было для того, чтобы этот доколумбов коммунизм не завершился раньше срока. И, между прочим, резон в этом был. Ацтеки и инки построили у себя такие социальные государства, что приплывшие из нищей и грязной Европы испанские конкистадоры просто обалдели от индейского богатства, чистоты и благополучия. Вот только не было у индейцев огнестрельного оружия, железных панцирей и коней, а потому их коммунизм при столкновении с испанцами весьма быстро закончился.

Тем не менее, если верить И. Шафаревичу и его книге «Социализм как явление мировой истории», именно в Западном полушарии Земли, на американской почве, коммунистические утопии смогли сполна воплотиться. Причём дело тут, видимо, именно в почве, а вовсе не в людях, на этой почве проживающих. Шафаревич описывает в своей книге попытку уже послеколумбовского построения социализма-коммунизма на территории современного Парагвая, где в XVII веке Орден иезуитов, получивший от испанского короля обширные земли, решил наладить жизнь местных жителей на основе коллективного труда, общественной (в смысле — принадлежащей Обществу Иисуса, как официально назывались иезуиты) собственности на средства производства и разделения благ по потребностям. Хорошо, что у населяющих Парагвай индейцев-гуарани потребности были небольшие. И что вы думаете? Прекрасно всё получилось, всё заработало и все были довольны — и индейцы, и братья Общества Иисуса. Коммуно-католическое государство иезуитов просуществовало в Парагвае гораздо дольше СССР — около 160 лет, и только обеспокоенность испанской монархии успехами и непомерно возросшим влиянием Ордена привела к завершению этого любопытного и масштабного социального эксперимента: деятельность Общества Иисуса в Парагвае была запрещена и его обезглавленное государство распалось.

Интересно, что Орден иезуитов в XVIII веке постигла почти та же судьба, что и Орден тамплиеров в XIV веке. Быстрый и во многом загадочный рост могущества и богатства обоих католических орденов вызвал страх у мирских владык, что привело к административно-силовому пресечению их деятельности. [131] Похоже, у тамплиеров и иезуитов имелась некая загадочная общность, а может быть, они просто двигались к одной цели разными путями. И не случайно, видимо, названия обоих орденов используются в наиболее распространённой сейчас масонской иерархии — Древнем Общепринятом Шотландском обряде. Высшая степень так называемого чёрного масонства Шотладского обряда — Рыцарь Кадош, соответствующая 30° в тридцатитрёхградусной иерархии данного Ордена, подразделяется, в силу её особой важности, на 7 внутренних степеней, среди которых имеются и Кадош-тамплиер, и Кадош-иезуит, причём последний стоит выше первого. По всему видно, что иезуиты продвинулись гораздо дальше тамплиеров в нужном направлении.

Интересно также, что, как отмечает И. Шафаревич, большинство иезуитов — создателей парагвайского социального государства — не являлись испанцами. В проведении эксперимента на земле Южной Америки участвовали немцы, итальянцы, французы, шотландцы и проч., то есть здесь налицо опять-таки общеевропейская попытка реализации Утопии. И хотя социалистическая Утопия, уже воплотившаяся было в Парагвае, была уничтожена, но Утопия капиталистическая вскоре после свёртывания парагвайского проекта начала успешно реализовываться в Северной Америке, где в 1776 году был дан старт строительству технотронного Дома Соломона, принявшего спустя два столетия вид постиндустриального «общества потребления и всеобщего благоденствия».