Чтение онлайн

Он просто ушел…

Илья смотрел в окно. Он был не прав и знал это, но не хотел сейчас говорить с Сэтом, а Ник… с ним он обязательно поговорит, но потом… позже, а лучше завтра…

Сэт встал, ожидая слов от Ника, но тот, не обращая на него внимания, поплелся прочь. Он уже не видел ничего, да и видеть не хотел. Он мечтал опьянеть и забыться, а лучше… лучше просто умереть!

Сэт смотрел ему в след и молчал. Мог ли он что-то сделать? Он не знал. Все эти годы он лишь провожал взглядом тех, кто страдал рядом с ним. Он мог лишь наблюдать, боясь коснуться того, что было чужой болью. Его собственная накрывала его с головой, а чужая… Он была сильная, яркая, как живая, но коснуться ее, казалось, невозможно, будто все они живут в разных мирах. Каждый из них, жил в своем аду, просыпаясь от ночных кошмаров. Лира навсегда останется проституткой, ненавидящей собственную жизнь. Илья — нежеланный брошенный ребенок, сломавший прошлое, для построения будущего. Сэт — презренный убийца собственной семьи. И Ник — алкоголик, убивший единственного сына! Кто из них мог заглянуть в чужую боль, боясь захлебнуться в своей, а вот бежать и прятаться всегда лучше вместе.

Сэт смотрел ему в след, чувствуя ту же боль, что чувствовал вчера. Он знал, как важно сейчас чья-нибудь поддержка. Он знал, как важно слово. Хоть какое-нибудь СЛОВО, только бы не в тишине! Только бы не одному! Он хотел сказать ему, сказать хоть что-нибудь, но прежде чем он решился, Ник начал спускаться вниз по лестнице.

Сэт обессилено рухнул на прежнее место у стены. Боль в голове усиливалась. Это уже мало походило на похмелье, но думать об этом сейчас совсем не хотелось. Потом он обязательно съездит к Максимусу, но это будет потом, а сейчас стоит решить более важные проблемы. Там за дверью тот человек, благодаря которому он до сих пор жив. Тот, кто дал ему эту новую жизнь. Тот, кто точно знает, чего хочет, но все еще не умеет совладать со своими эмоциями. Человек мнение, которого самое важное…

Он несмело встал. Все тело казалось чужим и двигалось так же безвольно. Он подошел к двери. Он хотел постучать, но тут же понял, что его выставят, не дав сказать и слова. Что ж, прочь манеры, когда надо действовать. Он решительно коснулся ручки, но та не поддалась.

Илья обернулся. Кто-то попытался отрыть дверь, но она уже заперта. Ник? Нет, он еще не скоро сможет смотреть на Илью без ненависти. Значит… СЭТ! От этого осознания, Вересов отвернулся к окну. Он уже не злился, но простить ученика так быстро не позволяло, что-то надменное в его натуре. Он хорошо понимал, что перегибает палку, но… есть у всех те черты характера, что являясь нашими слабостями, порабощают, все остальное. Тоже было теперь с Ильей…

Сэт тяжело вздохнул.

– Илья Николаевич, — начал он тихо, — позвольте мне войти, позвольте все объяснить.

Илья вновь обернулся и даже сделал шаг к двери, но шум по ту сторону двери остановил его.

– Сэт, не надо! — закричала Лира, вцепившись в руку возлюбленного. — Не делай этого! Оставь его в покое! Подумай лучше о себе: у тебя все рубашка в крови!

Сэт вздрогнул.

«И правда, — подумал он, — а я даже не заметил. Хотя чего еще можно было ожидать после такой порки… это не важно, но в чем то Лира все же права, мне стоит побыстрее со всем этим разобраться, иначе эта головная боль сведет меня сума.»

Сэт посмотрел во влажные глаза девушки и тих сказал:

– Ты ничего не понимаешь. Оставь меня, пожалуйста. Я просто хочу, чтобы ты не вмешивалась туда, где тебе нету места.

Лира заплакала, но нашла в себе силы, чтобы не отпустить его.

– Это ты не понимаешь, — шептала она. — Он слишком зол, что бы слушать тебя. А если он убьет тебя!? Я не смогу этого принять!

Илья вернулся к окну и вытащил новую сигарету.

– Он не убьет меня, никогда, — прошептал Сэт, ненавидя эту правду. — Ему больно слышать все это, поэтому я должен вмешаться.

– Должен? Ты никому ничего не должен.

– Лира, — мягко прошептал он. — Пойми, это мое желание. Я сам этого хочу. Я слишком долго игнорировал страдания тех, кто был со мной рядом. Отпусти меня, пожалуйста.

– Нет, — прошептала она, роняя крупные слезы.

Сэту было жаль ее. Ее чувства, ее любовь… Она любила его странной не понятной, но искренней любовью, а он не мог ответить ей взаимностью.

– Прости, — прошептал он.

Он подхватил Лиру на руки и понес прочь, от кабинета Вересова. Лира не сопротивлялась, прильнув к груди любимого. Она даже не догадывалась, что Сэт просто собирался избавиться от нее. Открыв свою комнату, он бесцеремонно швырнул ее на кровать и, заперев на ключ, оставил одну, неистова стучать в дверь. Ему было искренне жаль ее. Он хотел бы уменьшить ее боль, но она стояла на его пути!

– Илья Николаевич, откройте дверь! — заявил он уверенно, вернувшись к кабинету учителя. — Откройте, пожалуйста.

– Уйди, — выдавил Вересов, прильнув к ненавистной двери.

Он просто хотел побыть один. Он не мог понять, как все могло выгладить так отвратительно, неужели он, и правда, давил на Сэта, неужели он, и правда, так ужасен в гневе? Неужели окружающие, и правда, думают о нем именно так?

– Я никуда не уйду, пока вы меня не выслушаете! — уверенно ответил Сэт, понимая, что каждая минута теперь на счету, ведь если боль усилиться…

– Баран!

– Я знаю, — отозвался Сэт улыбаясь. — Откройте.

– Нет!

– Откройте, иначе я выбью дверь.

Илья отошел от двери рассмеялся. Он совсем забыл, как все бывает просто, а этот мальчишка, всегда оставался упрямым и безрассудным. Выбьет дверь, пускай…

Сэт улыбнулся, чувствуя, как на глаза накатываются слезы боли. Он сжимал зубы, заставляя себе двигаться. Шаг назад. Удар. И дверь с грохотом слетела с петель и рухнула на пол.

Илья стоял у стола с пистолетом и уверенно направлял его на Сэта.

– Еще шаг и я выстрелю!

Сэт посмотрел на него спокойно и шагнул внутрь.

– Я не шучу!

Сэт резко подлетел к наставнику и отобрал оружие.

– Решили убить меня? — спросил он, улыбаясь. — Как это на вас похоже, создавать иллюзии. Вы выслушаете, а затем, если захотите, можете превратить свою иллюзию в реальность.

Илья замер. Он впервые видел Сэта таким. Перед ним стоял не кроткий несчастный ребенок, а сильный мужчина. Его уверенность захлестывала и пугала. Его решительность овладевала телом рядом стоящего. Илья был напуган. Он впервые увидел демона в человеческом теле, но это был демон, который принадлежал ему.

– Я был не прав, во мне говорил лишь страх, — шептал Сэт, снова становясь собой. — Я знаю, что я порядком достал вас, но я знаю и то, что слишком многое связывает нас и я не должен был забывать об этом. Вы эмоциональны, но редко повторяете одну и ту же глупость дважды. Я знаю, что заслужил хорошую трепку, но ведь она уже была!

Илья молчал, чувствуя, как ему самому, хочется плакать от собственной глупости.

– Я долго просто наблюдал, за вами, за Ником, не решаясь прикоснуться к тому, что мучило вас. Я думал, что каждый должен решить все сам, но в одиночку, мы только глубже погрязаем в собственной боли. Наше прошлое… в нем есть то, что мы ненавидим, но есть и то, что мы любим и за это… ради этого мы должны жить!

Он говорил, но голос его, пропадал, для него самого, превращаясь в гул.

– Я решил жить, много лет назад. Я решил жить ради вас, и я доведу это дело до конца. Я буду жить, ради будущего, но я не смогу обещать, что никогда не усомнюсь в собственных силах. Я буду стараться. Я обещаю!

Сэт положил на стол пистолет.

– Я был не прав, прости меня, — прошептал растерянно Илья.

Сэт не ответил, а просто обнял Илью, как брата.

Дерево любви зацвело!!!

<