Чтение онлайн

– Это зачем?- спросил Мэроу садясь на стул и кивая на руку Ланта.

– А, это,- тот, кажется, удивился.- Да так, задумался.- И если бы не некоторые, ушедшие в спячку, мне бы не пришлось всё утро ждать завтрака. Пришлось самому его во второй раз греть.

– Земные хлопоты обременили будущего великого мага?

– Умеешь ты.- Лант взял ложку и погрузил её в серо-коричневую смесь с островками плавающего в масле изюма. Последние слова он произнёс как-то напряжённо, внимательно всматриваясь в кашу, точно пытаясь отыскать в ней нечто великое. В конце концов, бросив ложку Лант встряхнулся и поставил локти на стол с видом бравой белки, решивший во что бы то ни стало отстоять своё жилище.- Таламон сказал мне сегодня после завтрака зайти к нему.

– Как всегда,- откликнулся Мэроу отправляя ложку с кашей в рот.- Что тут удивительного?

Лант серьёзно сложил руки. Накидка полностью скрывала его, только шея, голова и руки были видны - куда смуглее чем кожа того же Таламона. Магам полагалось всегда носить накидки ордена. Как честь, думал Мэроу. Как обязательство, думал Лант.

Мэроу толкнул локтем друга и тот резко обернулся к нему.

– У него лицо было такое, как всегда когда он что-то рассказывает. И голос тихий. Он был таким серьёзным и далёким, да, именно далёким,- протянул Лант.

– Думаешь сегодня?- Удивился Мэроу, напрочь забыв и о ложке и о полезнейшей для юношей каше.

– Не знаю. Он ничего не сказал, только, что ему нужно поговорить со мной. А о чём может говорить маг с магом, с таким серьёзным лицом? Об обязательствах и дальнейшем. Думаешь я готов принять наследие?- спросил Лант и уставился на Мэроу, смотря тому прямо в глаза.

– Почём мне знать, я не маг,- ровно ответил тот.

– А я похож на мага?

– На ежа ты похож,- отозвался Мэроу вновь обращаясь к каше.- Как по мне, так ты вполне готов приобщиться к наследству ордена. А почему нет, ты умеешь всё, что умеют они и многое лучше. Нет, не перебивай. Ведь сам знаешь, что лучше. Тебя всегда заставляли всё это учить, записывать, потом ещё раз записывать и вслух повторять. И тренироваться.

Лант усмехнулся:

– И выучивать свойство каждой травинки. "Помимо целебных трав произрастает множество обычных. Среди них, к примеру, лесная капуста, не несёт в себе ничего полезного для человека. Её не нужно прикладывать к ранам и ссадинам, не поможет она и заснуть. Растёт себе под солнцем бледная и желтеет к старости. Так зачем она нам? А вот зачем..."- Лант изобразил голос точь-в-точь как у Таламона.- "... она ведь для чего-то нужна. Кто её ест, для чего она пришла в мир, кому нужна её смерть? Мы знаем, что между всем есть связь, живая, как всё. Не зная одного как же ты уследишь мир? Так что учи, учи прилежно и усердно. С виду такая неприметная, а там, гляди и узнаешь для чего её мир создал..."- Лант почтенно кашлянул, кивнул сначала себе, затем и Мэроу.

– Видно будет,- отозвался Мэроу, словно пробуждаясь ото сна.

– Да.

Сперва Лант всё же осилил кашу собственного подогрева, после не став медлить, пересёк кухню и через прихожую дошёл до ступеней.

Таламон ждал его стоя у высокого окна, через которое из-за дождя силуэты вершин сосен чуть размылись, превратившись в туманное свидетельство некогда сияющего солнцем леса. Со сложенными руками маг спокойно посмотрел в сторону вошедшего воспитанника и приветливо кивнул ему, так же как минуту назад Лант изображал его на кухне.

– Прекрасное утро,- заметил Таламон, вновь смотря в окно.- Свежо-то как, и сколько жизни. Ощущаешь?

– Да.

– Разумеется. Прекрасно.- Таламон, кажется, мыслями был где-то далеко. Над чем-то он раздумывал в то время пока Лант в ожидании стоял у шкафа, забитого различными фолиантами вековой древности. История Давнего Малтая, Битва у Срединного леса, прибрежные народы, гончарное искусство илиев. На некоторых корешках невозможно было разобрать надписей, только остатки некогда искусной позолоты мелькали то там, то здесь. А вот глазам попалось что-то новое: "Искусство врачевания при помощи праха сушёных кроликов, размешанное в полнолуние у дружественного костра".

Лант сел в кресло не тревожа Таламона.

– Мы,- начал Таламон,- орден Колодца. Или, вернее, как он известен в нынешнюю эпоху, ордена Разрушенного Колодца. Под этим названием он упоминается впервые в тысяча каком-то году на Втором братском соборе, прошедшем в крепости Тег, королевства Брасьен. На соборе присутствовали пятеро магов, приехавших со всех концов света и пятеро илиев из западного царства. Был там и Ханмор Шестой, правитель Брасьена, и царица Шая, столь недолго, как говорит нам история, правившая Нижним Саколом, ныне северным королевством Ураван. На соборе был переработан символ братства.- С этими словами Таламон подошёл к прикроватному сундуку и вытащил оттуда свой меч. Подойдя к Ланту, замершему на месте, он протянул завёрнутый в тряпицу меч.- Да, то же изображено и на твоём мече, и на мече Тиены, как и Марина. Насколько мне известно, больше таких мечей не осталось, а ковать новые не к чему. Хотя когда-то их было очень много. Белые рукояти и тонкие клинки были отличительной чертой. Тогда все люди узнавали их и почтительно склоняли головы.

Как и полагалось, Лант сидел молча, внимательно следя за Таламоном.

– Но это было так давно и так призрачно.- Маг помедлил.- Спрашивай.

– Для чего создали орден?

– А для чего вообще нужны маги?

– Для того чтобы помогать людям,- быстро ответил Лант,- но...

– Ты не так часто бываешь среди людей.- Закончил за него Таламон.- Среди тех, я имею в виду, кто нуждается в твоей помощи. Но знаешь, Лант, таких людей не так уж и много. По мне, так самое сложное, это увидеть, кому действительно нужна твоя помощь, а кто должен сам помочь себе.

– Это туда ты уезжаешь, к тем, кому нужна твоя помощь?- спросил Лант.

– Я ищу их. Понимаешь. Со временем ты увидишь, что помочь одному, на самом деле лишить его шанса на счастье. Иногда к тебе приходят и говорят: "О, какой я бедный и несчастный, мне нужно то-то и то-то, и тогда я накормлю семью и всё будет хорошо". Но если он сам не добудет еду. Даже сперва, если он не поймёт, что может сам добывать еду - не будет и заветного благополучия. Странно звучит, не правда ли, не всем нужно помогать. Чаще лучше не исцелить, а показать как вылечиться, не накормить, а дать орудие труда. Не согреть, а научить разводить огонь. И показать что всё это человеку под силу. Самому. Возможно в этом и предназначение мага.

– Возможно?

– Возможно. Тебе ещё предстоит выбрать свою единственную цель, ориентир для жизненного в пути. Тебя выбрали для ордена. Раньше, ещё сто лет назад, чтобы тебя приняли нужно было собрание, где должны были быть хотя бы семеро магов. Собрания проводились в залах величественных дворцов, произносилась клятва, на плечи коленопреклонного впервые надевали алый плащ и вручали меч. И он вставал, поворачивался на северо-восток и вновь приносил ту же клятву.

Таламон опустился в кресло напротив Ланта и положил руки на изогнутые подлокотники с птичьими головами. Бледные пальцы коснулись выступающего медного клюва.

– До нас не дошли ни устные, ни письменные свидетельства произносимых слов. Очень жаль. После братство разделилось: одни стали созерцателями, пытались постичь природу некоторых явлений, понять их суть и таким образом помочь. Стальные мечи они сменили на деревянные - ведь совсем оставить меч они не могли - и отправились к землям Алфара, а оттуда и к побережью. Другие напротив, мечом стали прокладывать путь к истине, не понимания желая, а избавления.

– От чего?

– Иногда, Лант, люди принимают такие решения - то ли под влиянием разных обстоятельств, то ли следуя зову своей сущности - что их больше ничто не заботит кроме себя. А если такой человек оказывается крепким духом, то он может многое натворить перед смертью и многим сделать больно. Да ты и сам когда-нибудь увидишь. Мы поддерживаем связь с остатками ордена.- Тут Таламон замолчал, грустная улыбка тронула пересохшие губы.- Иногда раны лечим, огонь разводим, но не всегда. Мир так велик, что и не обойдёшь за всю жизнь.