Чтение онлайн

Особенно Нечаев надеялся на помощь Михаила Бакунина, и он не ошибся в своем расчете. Бакунин, которому тогда было уже 56 лет, принял 22-летнего Нечаева с распростертыми объятиями и сразу подружился с ним. С большим воодушевлением Бакунин выслушал живой рассказ Нечаева об его аресте и побеге. И еще больше Бакунин воодушевился, когда Нечаев поведал ему тайну, что он стоит во главе большой революционной организации, которая послала его заграницу заручиться моральной поддержкой эмигрантов-революционеров, и в особенности его, Бакунина, которого они считают своим учителем.

Вся эта умелая ложь произвела на Бакунина сильное впечатление, и он сразу оказал Нечаеву свою, "моральную поддержку", выдав ему мандат от "Русского отдела Всемирного революционного Альянса", за номером 2771. На мандате была печать "Альянса" и подпись Бакунина. Так Нечаев, глава несуществующей революционной организации в России, получил от Бакунина мандат быть представителем "Всемирного революционного Альянса" который также существовал только на бумаге. Бакунин помог Нечаеву достать средства для издания брошюры, помог ему в выработке "Программы революционных действий" и в составлении "Катехизиса революционера". Через несколько месяцев Нечаев, снабженный мандатом, выданным ему Бакуниным, и "Катехизисом революционера", вернулся в Россию. "Катехизис революционера" состоял из 26 параграфов.

Первый параграф гласил:

"Революционер - человек обреченный: у него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, или даже имени. Все в нем поглощено единственным исключительным интересом, единой мыcлью, единой страстью - революцией".

Параграф четвертый "Катехизиса революционера" гласил:

"Революционер презирает общественное мнение. Он презирает и ненавидит во всех ее побуждениях и проявлениях нынешнюю общественную нравственность. Нравственно для него все то, что способствует торжеству революции. Безнравственно и преступно все то, что мешает ему".

Параграф седьмой гласил:

"Природа настоящего революционера исключает всякий романтизм, всякую чувствительность, восторженность и увлечение.

Она исключает даже личную ненависть и мщение. Страсть революционера, став в нем обыденностью, ежеминутностью, должна соединиться с холодным расчетом. Всегда и везде он должен быть не то, к чему его побуждают влечения личные, а то, что предписывает ему общий интерес революции".

Параграф двадцать третий гласил:

"Под революцией народною товарищество разумеет не регламентированное движение по западному классическому образцу - движение, которое, всегда останавливаясь с уважением перед собственностью и перед традициями общественных порядков так называемой цивилизации и нравственности, до сих пор ограничивалось везде низвержением одной политической формы для замещения ее другой и стремилось создать так называемое революционное государство. Спасительной для народа может быть только та революция, которая уничтожит в корне всякую государственность и истребит все государственные традиции, порядки и классы в России".

По возвращении на родину Нечаев поселился в Москве и сразу же приступил к осуществлению своего плана: создания строго централизованной тайной революционной организации, построенной на принципе строжайшей дисциплины и возглавляемой всесильным Центральным Комитетом из нескольких лиц. Члены Центрального Комитета должны быть диктаторами организации и обладать абсолютной властью. А остальные члены организации слепо исполняют все постановления Центрального Комитета. Вожди должны крепко держать в своих руках всех членов организации и не останавливаться ни перед чем для достижения своей цели.

В России Нечаев везде выдавал себя за агента всесильного Центрального Комитета. На самом деле всесильный Центральный Комитет - это был он сам, других лидеров в ЦК не было. Но ему удалось создать ряд революционных кружков, которые были всецело подчинены его диктатуре. И если кто-нибудь из членов кружка не хотел выполнять какое либо из его распоряжений, Нечаев грозил ему, что выдаст его Третьему Отделению, то есть царской Охране, указав на него как на опасного революционера. Для Нечаева все средства были хороши.

Он пользовался ложью, мистификацией и не останавливался даже перед убийством. Когда один член кружка, студент Иванов, не захотел слепо подчиниться Нечаеву, Нечаев организовал его убийство. Это повело к раскрытию организации. Сам Нечаев успел бежать за границу, но другие участники убийства Иванова были арестованы, судимы и приговорены к каторжным работам на разные сроки. (Как известно, революционная организация Нечаева и убийство Иванова послужили Достоевскому сюжетом для его романа "Бесы").

На этот раз в кругах русской революционной эмиграции в Швейцарии отнеслись к Нечаеву с крайним недоверием, а когда стало известно об убийстве им Иванова, то его прямо обвинили в провокации. В конце концов, и Бакунин порвал с ним.

Нечаев вскоре был арестован в Цюрихе и выдан швейцарским правительством русскому правительству с тем, чтобы его судили только как уголовного преступника (за убийство Иванова). В 1873 году Московский окружной суд приговорил Нечаева к 20 годам каторжных работ. Нечаев был посажен в Алексеевский равелин Петропавловской крепости, где умер около 1882 года.

IV. БАКУНИН, НЕЧАЕВ И ЛЕНИН

l

Известно, что Достоевский долго не переиздавался в Советской России. Его романы "Бесы", "Братья Карамазовы", как и все публицистические произведения, считались контрреволюционными и были изъяты из библиотек. После смерти Сталина Достоевского отчасти реабилитировали, и Госиздат приступил к изданию его художественных произведений. Считавшийся наиболее контрреволюционным роман "Бесы" вышел без сокращений, но с обширными редакционными примечаниями. В примечаниях сказано:

"Сюжет "Бесов" тесно связан с конкретным фактом - с происшедшим 21-го ноября 1869 года под Москвой убийством слушателя Петровской земледельческой академии Иванова, члена тайного общества "Народная расправа", С. Г. Нечаевым, при участии членов ее - П. Успенского, А. Кузнецова, И. Прыжова, Н. Николаева".

Далее о Нечаеве говорится:

"Нечаев - вольнослушатель Петербургского университета, один из активных деятелей студенческого движения в Петербурге. Весной 1869 года, бежав заграницу, он сблизился в Женеве с Михаилом Бакуниным и усвоил его анархистскую заговорщическую тактику. Вернувшись в Россию, Нечаев в сентябре 1869 года явился в Москву с планами создания подпольной противоправительственной организации, имея при себе подписанный Бакуниным мандат "Русского отдела всемирного революционного союза". Нечаеву удалось организовать ряд подпольных кружков ("пятерок"), которые и составили так называемую "Народную расправу".

О знаменитом "Катехизисе революционера" в "Примечаниях" говорится, что его автором был Бакунин. "В своем "Катехизисе" - пишут авторы "Примечаний" Бакунин требовал, чтобы революционер "задавил" в себе "единой холодной страстью революционного дела" даже чувство чести. Провозглашая необходимость террора, "Катехизис" рекомендовал временно даровать "некоторым представителям господствующей верхушки жизнь" - "чтобы они рядом зверских поступков довели народ до неотвратимого бунта". Других обладателей власти и богатства предлагалось "опутать", сбить с толку и, овладев по возможности их грязными тайнами, сделать их своими рабами. Те же приемы шантажа и провокации Бакунин навязывал своим последователям и в отношении либералов, "государственных честолюбцев", женщин из господствующих классов. Революционерам предлагалось "соединиться с лихим разбойничьим миром". В одном из пунктов "Катехизиса" говорилось: "Наше дело - страшное, полное, повсеместное и беспощадное разрушение"".