Чтение онлайн

Малодушие и отсутствие стратегического мышления Хрущёва, Тимошенко и Кирпоноса в 1941 г., думающих только о том, как угодить вождю, привело, как отмечалось выше, к безвозвратным потерям в Киевской оборонительной операции 616,3 тыс. человек, то есть условно по 205,4 тыс. человек на каждого. Жертв Харьковской операции также условно поделим по 57 тыс. между Тимошенко, Хрущёвым и Баграмяном. Таким образом, на совести Хрущёва, мало знакомого с военным делом, 262,4 тыс. погибших и взятых в плен в Киевском и Харьковском котлах 1941 и 1942 гг.

В сталинскую эпоху для многих украинских активистов «независимым государством» стали ГУЛАГ и спецпоселения. Во главе движения за независимость Украины в годы Второй мировой войны и после её окончания был прославившийся фанатичной преданностью идее независимости и этнической однородности Степан Бандера, убитый Богданом Сташинским в Мюнхене уже при Хрущёве. Впрочем, немногим меньше, чем евреям, досталось от него русским и полякам. Несколько раньше Сташинским, по заказу всё того же Хрущёва, был убит и другой лидер украинских националистов – Лев Михайлович Ребет (1912–1957).

Ещё до начала фашистского нашествия Бандера, очевидно, посчитал Гитлера меньшим злом, чем большевизм (при этом особых иллюзий националисты по поводу Германии не питали, как это видно из инструкций, направляемых в ОУН [64] ). Надеясь добиться независимости или автономии, в начале войны Бандера внёс немалый вклад в деятельность немцев на Украине. Но этот «роман» продолжался недолго – у Гитлера на все славянские народы были другие планы. Поэтому, несмотря на то, что до начала войны он давал украинским националистам надежду на определённую самостоятельность (о чём гласит «Меморандум Канариса» 1939 г. [65] и Меморандум рейхсляйтера А. Розенберга 1941 г. [66] ), уже в первые дни войны она была довольно грубо отнята с назначением рейхскомиссаром (то есть главой) Украины Эриха Коха и признанием недействительности Акта провозглашения украинского независимого государства от 30 июня 1941 г. [67] . Поэтому почти всю войну Бандера провёл в тюрьме «Целленбау» при фашистском концлагере Заксенхаузен, где ему были обеспечены сравнительно хорошие условия. Например, содержавшиеся там заключённые не только хорошо питались, но и были освобождены от перекличек, могли получать посылки и читать газеты [68] . Связано это было с особым статусом тюрьмы – в ней сидели наиболее видные политики и государственные деятели, а также личные враги Гитлера. Для того, чтобы не оттолкнуть массы украинских националистов от сотрудничества, немецкая пропаганда заявила, что их лидер арестован не за провозглашение независимой Украины, а за присвоение Бандерой крупной суммы денег, полученной от абвера в 1940 г. для создания подполья [69] .

Ненависть «западэнцев» к сталинскому режиму была настолько велика, что многие попали, как говорится, «из огня, да в полымя» и начали преступно поддерживать фашистов. Если бы у вершителя судеб Сталина хватило мудрости и гибкости не «ломать через колено» украинцев, особенно западных, а дать им настоящую автономию, без колхозов и ограбления зажиточных крестьян, то жуткой братоубийственной войны с украинским народом можно было бы избежать. Тем более что в 1935 г. после удачного опыта со служащими Министерства путей сообщения, курируемого Лазарем Кагановичем, личные подсобные хозяйства (ЛПХ) разрешили всем.

Но с большинством постулатов большевизма гибкость, тем более демократия, несовместимы. О том времени со всей горечью высказывался крупнейший украинский прозаик XX века, лауреат Ленинской и двух Сталинских премий, Герой Социалистического Труда, член ЦК компартии Украины и патриот, желавший своей Родине обретения независимости Олесь Гончар (1918–1995): «С какой сатанинской силой уничтожалась Украина. По трагичности судьбы, мы – народ уникальный. Величайшие гении наши – Шевченко, Гоголь, Сковорода, – всю свою жизнь были бездомными. Но сталинщина своими ужасами, государственным садизмом превзошла всё. Геноцид истребил самые деятельные, самые одарённые силы народа. За какие же грехи нам выпала такая доля?» [70]

Попробуем в свете новых рассекреченных данных, которые не были наверняка доступны известному писателю, хотя бы приблизительно оценить в цифрах эмоциональное высказывание Олеся Гончара. По данным последней довоенной переписи СССР от 17 января 1939 г., население УССР составляло 30,9 млн человек [71] . К 1 января 1941 г., за счёт присоединения Западной Украины, оно возросло до 40,9 [72] . И хотя в общей численности населения прирост составил всего около трети, влияние этой акции на умонастроение всех украинцев, недовольных колхозами и бесправным положением крестьян, экспроприацией частной собственности, насаждением неродного языка и депортацией целых слоёв населения, было огромным. Возродился и рудимент крепостного права: паспорта не выдавались колхозникам, а значит, без разрешения «барина» они не могли устроиться на другую работу и перемещаться по стране, о загранице речи вообще не шло. Очевидно, всё это являлось самой питательной средой для бунта народа. Но бандеровское движение было подавлено, а его лидеры расстреляны агентами Сталина, а затем Хрущёва, находясь, казалось бы, даже в безопасных местах Западной Европы.

Ретивый сталинский ставленник Хрущёв знал, как понравиться вождю. Угождать «хозяину» любой ценой – вот главный и единственный его принцип. Иногда он старался перещеголять даже самого Сталина по степени жестокости и беззакония. Для устрашения националистов он предлагал устраивать военно-полевые суды, организовывать «тройки», как в 1937 г. Сталин, скорее всего, с удовольствием охлаждал пыл Хрущёва «воспрещением» троек, очевидно, теша своё самолюбие на фоне не в меру деятельного «подмастерья» своей лояльностью и милосердием. Если в этом была политтехнологическая задумка Хрущёва, то весьма тонкая или, как сказали бы сегодня, креативная.

В результате лобового противостояния в послевоенный период вплоть до середины 1950-х гг. жертвами бандеровцев в западных областях Украины стали около 25 тыс. погибших советских военнослужащих, сотрудников органов госбезопасности, милиции и пограничников, также более 30 тыс. мирных жителей из числа советских активистов на селе [73] . Украинской повстанческой армии (УПА) была объявлена настоящая война. Согласно справке МВД Украинской ССР от 28 мая 1946 г., в результате войсковых операций в 1944 г. было убито 57 405 бандеровцев, в 1945 г. – 45 907, в 1946 г. – 7523, а всего за эти три года – 110 835, арестовано и задержано – 250 676 [74] . Этим цифрам нужно верить с осторожностью, так как некоторые украинские историки утверждают, что общая численность УПА к 1944 г. составляла около 150 тыс. чел. [75] . Скорее всего, НКВД завышал цифры своего успеха. Тем не менее к концу 1946 г. движение УПА было фактически разгромлено. Итого, общая цифра погибших в результате кампании по борьбе с бандеровцами – около 165 тыс. чел.

На Западной Украине с 1944 по 1952 г. репрессиям и депортациям подверглись почти 500 тыс. чел.: арестовано 134 тыс., выслано за пределы около 203 тыс., а убито свыше 153 тыс. [76] , что составляет около 0,5 % по отношению к общей численности жителей Украины (1946 г.), что, в свою очередь, в полтора раза выше, чем по всему СССР во время «Большого террора» 1937–1938 гг., который, конечно, не обошел и Украину. Но все эти ужасные цифры меркнут, если к ним прибавить жертвы во многом искусственного голода 1946–1947 гг. – 408–800 тыс. чел.

Конечно же, право наций на самоопределение, провозглашённое ещё при живом Ленине, в этой кровавой вакханалии полностью игнорировалось. Вот что по поводу сохранения этого права писал Сталин, поменявший после «проработки» Ленина свои взгляды: «СССР есть добровольный союз равноправных союзных республик. Исключить из конституции статью о праве свободного выхода из СССР – значит нарушить добровольный характер этого союза. Можем ли мы пойти на этот шаг? Я думаю, что мы не можем и не должны идти на этот шаг. Говорят, что в СССР нет ни одной республики, которая хотела бы выйти из состава СССР, и ввиду этого статья 17-я не имеет практического значения. Что у нас нет ни одной республики, которая хотела бы выйти из состава СССР, это, конечно, верно. Но из этого вовсе не следует, что мы не должны зафиксировать в конституции право союзных республик на свободный выход из СССР» [77] . Конечно, он, как и Ленин, по обыкновению врал, а в качестве гарантий закрепощения окончательно расформировал к концу 1938 г. национальные воинские формирования РККА. Русская народная пословица «Где родился, там и пригодился» стала, применительно к военным, анахронизмом.

К заслугам Хрущёва можно было бы причислить разоблачение культа личности Сталина, если бы не одно огромное «НО». Для себя, любимого, им были оставлены основы, породившие саму возможность подобного культа, а именно: однопартийность и профанация выборов, включая и высшую государственную должность. Кроме того, Хрущёв забыл рассказать о рекордных цифрах арестованных и уничтоженных в Москве и на Украине во время своего правления. Большому кораблю, как говорится, большое плавание. Только плыл он, к сожалению, по морю слёз миллионов расстрелянных и обездоленных. Напомним, что во времена, когда Берия возглавлял НКВД, по всему Советскому Союзу расстреливалось несоизмеримо меньше, чем на подведомственных Никите Сергеевичу территориях в годы репрессий, не говоря уж о жертвах угоднически поддержанных им операций во время войны.