Чтение онлайн

– Простите. Я ошиблась. Мне вовсе не нужна помощь.

– Рад слышать, - заметил Алан Гамильтон.
– Хотелось бы пожелать того же всем моим пациентам. Раз вы уже здесь, мисс Александер, может, все-таки зайдете на минутку? Выпьем по чашечке кофе.

– Нет, благодарю вас. Я не...

– Обещаю, можете пить кофе стоя.

Кэтрин заколебалась:

– Хорошо, но только на минутку.

Она прошла за ним в кабинет. Там все было просто, но выполнено с большим вкусом. Обстановка больше напоминала гостиную, чем кабинет. На стенах висели картины в спокойных тонах, а на журнальном столике стояла фотография прелестной женщины с мальчиком. "Ладно, у него симпатичный кабинет и привлекательная жена. Ну и что?"

– Право, мне не стоило бы отнимать у вас время, доктор. Я...

– Об этом не беспокойтесь.
– Он сел в кресло, внимательно разглядывая ее.
– Вам пришлось много пережить, - заметил он сочувственно.

– Откуда вы это знаете?
– резко спросила Кэтрин. Тон был значительно агрессивнее, чем ей бы того хотелось.

– Я расспросил Эвелин. Она рассказала мне, что случилось в Сент-Морице. Мне очень жаль.

"Опять это проклятое слово".

– В самом деле? Уж раз вы такой замечательный доктор, то, может, вернете Кирка к жизни?

Вся горечь, которая накапливалась в ней, вдруг прорвалась бурным потоком, и, к своему ужасу, Кэтрин поняла, что она безудержно рыдает.

– Оставьте меня в покое, - закричала она.
– Оставьте меня в покое.

Алан Гамильтон, сидел, молча глядя на нее.

Перестав наконец рыдать, Кэтрин сказала устало:

– Мне очень стыдно. Извините меня. Мне нужно идти.
– Она встала и направилась к двери.

– Мисс Александер, я не уверен, что смогу помочь вам, но мне хотелось бы попытаться. Единственное, что я могу вам обещать, так это то, что не причиню вам вреда.

Кэтрин в нерешительности стояла у двери. Повернулась к нему, и глаза снова наполнились слезами.

– Не понимаю, что со мной, - прошептала она.
– Я чувствую себя такой потерянной.

Алан Гамильтон встал и подошел к ней:

– Почему бы нам не попытаться узнать, что с вами? Вместе. Садитесь. Посмотрю, как там насчет кофе.

Те пять минут, что он отсутствовал, Кэтрин сидела, размышляя, как это он уговорил ее остаться. От него веяло спокойствием. Что-то в его манерах внушало доверие.

"Может, он и сможет мне помочь", - подумала она.

Алан Гамильтон вернулся в кабинет с двумя чашками кофе:

– Хотите сахар или сливки?

– Нет, благодарю вас.

Он уселся напротив нее.

– Как я понял, ваш приятель разбился, катаясь на лыжах?

Было больно все это ворошить.

– Да, он оказался на спуске, который был закрыт. Ветром снесло указатели.

– Это первая смерть среди ваших близких?

Как ответить на этот вопрос?

"О нет. Моего мужа и его любовницу казнили за попытку меня убить. Все вокруг меня умирают... Это его встряхнет. А то сидит тут, самоуверенный сукин сын, ответа дожидается". Что же, такого удовольствия она ему не доставит. Ее жизнь - ее личное дело. "Ненавижу его".

Алан Гамильтон заметил, что ее лицо исказилось от гнева. И умышленно переменил тему.

– Как там Уим?
– спросил он.

Вопрос застал Кэтрин врасплох.

– Уим? Нормально. Эвелин сказала, что он ваш пациент.

– Правильно.

– Как вы объясните, почему... почему он такой?

– Уим обратился ко мне, потому что его постоянно увольняли с работы. Он - довольно редкое явление, натуральный человеконенавистник. Не буду вдаваться в подробности, но главное - он ненавидит людей. Не может поддерживать с ними нормальные отношения.

Кэтрин вспомнила слова Эвелин: "У него нет чувств; он никогда не сможет ни к кому хорошо относиться".

– Но Уим - математический гений, - продолжил Алан Гамильтон.
– Теперь у него есть работа, где он может применить свои способности.

Кэтрин согласно кивнула:

– Никогда не встречала таких людей.

Алан Гамильтон наклонился вперед:

– Мисс Александер, у вас сейчас трудное время, но я думаю, что смог бы облегчить вам жизнь. Мне хотелось бы попытаться.

– Я... право не знаю, - сказала Кэтрин.
– Все так безнадежно.

– Из такого состояния, в котором вы находитесь, есть только один выход - вперед, - улыбнулся Алан Гамильтон. У него была обаятельная улыбка.
– Давайте назначим еще одну встречу. Если после нее вы все еще будете меня ненавидеть, поставим на этом точку.

– Я не ненавижу вас, - сказала Кэтрин извиняющимся голосом.
– Разве что совсем чуть-чуть.

Алан Гамильтон подошел к столу и принялся изучать свой календарь. Все его время было расписано.

– Как насчет понедельника?
– спросил он.
– В час?

Это было обеденное время, но он готов был пропустить обед. Эта женщина несла на своих плечах невыносимый груз, и он во что бы то ни стало должен был помочь ей.

Кэтрин долго смотрела на него.

– Договорились.

– Прекрасно. Значит, я жду вас. А если я вам понадоблюсь раньше, - он протянул ей визитную карточку, - вы найдете здесь номера моего рабочего и домашнего телефонов. Я легко просыпаюсь, так что не стесняйтесь, звоните.

– Спасибо, - сказала Кэтрин.
– Я приду в понедельник.

"Такая красивая и такая уязвимая, - думал доктор Алан Гамильтон, наблюдая, как Кэтрин выходит из кабинета.
– Нужно быть очень осторожным. Он взглянул на фотографию на своем столе.
– Интересно что бы по этому поводу сказала Анджела?"

Телефонный звонок раздался в полночь.

Константин Демирис снял трубку, и, когда он заговорил, в голосе его звучало неподдельное изумление:

– "Теле" затонул? Не может быть!

– Тем не менее это правда, мистер Демирис. Береговой патруль обнаружил обломки.

– Кто-нибудь спасся?

– Нет, сэр. Боюсь, что нет. Вся команда погибла.

– Ужасно. Кто-нибудь знает, что случилось?

– Боюсь, мы никогда этого не узнаем, сэр. Все на дне моря.

– Море, - пробормотал Демирис, - жестокое море.

– Нам пора требовать страховку?

– Тяжело думать о делах, когда столько стоящих людей погибло. Впрочем, да, начинайте заниматься страховкой.
– А ваза останется в его личной коллекции.