Не новых стран иные очертанья,Не их дворцов и храмов красота -Меня влекут к себе воспоминаньемКогда-то мне любезные места.За все акрополи и пирамиды,За океаны и за Южный Крест,За все, что никогда еще не видел,Я не отдам знакомых этих мест!Там в первый раз глотнул я ветра с югаИ все тропинки были мне легки,Там целовала первая подругаИ спать мешали первые стихи.Там в кабачке сквозь ветки виноградаПятнало солнце дерево столаИ девушка, скользнув лукавым взглядом,Вино и сыр мне молча подала.Вокруг серели пыльные оливы,Синели флорентийские холмы,И был я беззаботным и счастливым,Как в юности бываем только мы.1968
338
«Она» и «он» - два разных естества,Таких несхожих, что нельзя представить,Как могут быть одним вот эти два,Не лгать притом, не спорить, не лукавить.А миллионы лет тому назадЕдиной плотью были мы, конечно,И это был наш древний райский сад,Обитель нашей радости беспечной.Каким ударом и чьего мечаМы были так рассечены когда-то,Что все еще бредем, кровоточа,И тщетно лечим встречами утрату?Мой лучший друг! Ведь даже ты не та,Не часть меня, утерянная где-то!Вот ты прильнула, и твои устаДыханьем жадной близости согреты.И все-таки, едва ты отошла,Ну вот на шаг, ну вот на эту малость - Я чувствую: да, ты со мной была, Но именно была и не осталась!Как сочетать двоих в себе одном,Предельно, навсегда, неотделимо?Нельзя! Никак! Мы можем быть вдвоем,Но никогда не сможем стать единым!1967
339
Конечно же, противоречаТому, что требует любовь,Во все былые наши встречиБоюсь я всматриваться вновь.Вот так порою, втайне мысля,Что в них изъян какой-то есть,Боишься пачку старых писемИ развязать и перечесть.Что если там в каком-то слове,В одной из вычеркнутых строкТакое вдруг предстанет внове,Что раньше было невдомек?И жалкий призрак недоверья,И подозренья, и обидПрокрадется, не скрипнув дверью,И все, что свято, оскорбит?Раз мы от призраков зависим,Нам лучше их не вызывать:Ни прежних встреч, ни старых писемНе перечитывать опять!1968
340
Мне сладко думать, уходя,Что кто-то обо мне заплачет!Ведь если б не было тебя - Все было бы совсем иначе!Ну зашептали бы вослед,Что вот, мол, сожалеем очень,Что умер неплохой поэт(Себя уж исчерпавший, впрочем) - И это все. Но потому,Что ты светло меня любилаИ сердцем к сердцу моемуПрильнула на краю могилы - Не буду только оскорбленВот этим хладным сожаленьем!Мне будет дан твой вздох, твой стон,Твоя тоска, твое смятенье!О, если б я увидеть мог,Последней близостью богатый,Твой мокрый, скомканный платок,В ладони судорожно сжатый!1967
341
Положено за что-тоЛюбить своих подруг:За верность и заботу,За жадность губ и рук,За то, что с первой встречиОна твоей была,За то, что в темный вечерК тебе с огнем вошла.Мой друг! Люблю тебя яСветло и горячо,А вот за что - не знаю,Не распознал еще.И так ли важно это?Люблю тебя! – и в томВся правда, все ответы,Все сложное - в простом!1968
342
Мякоть розовато-золотистаяСвежих фиг на мраморном столе.В синеватой дымке - даль холмистая.Кипарисы. Полдень. Фьезоле.Ты уснула, зноем обессилена,А в стихотворении моем,Как ни бился, рифма не осиленаК той строке, где мы с тобой вдвоем.И зачем ловить неуловимую,Если в книге радости земнойТы уже и так, моя любимая,Хорошо срифмована со мной!1968
343
Есть в мире яркие цветы,Есть в мире звонкие прибои,Но вот ко мне прижалась тыИ заменила их собою.Ты всю себя дала в залогЗа эти радости вселенной - Была и свежей, как цветок,И нежной, словно шелест пенный.И вот не нужно стало мнеВходить в сады, спускаться к морю,Мечту о далях и веснеВо мне твой облик переспорил.И я тебе сказать могу:Как в олеандрах белой виллыНа далматинском берегу - Мне хорошо с тобою было!1967
344
Еще за дальними холмамиНе догорели облака,Но день уже расстался с нами,Лишь не совсем ушел пока.Вот так бывает и с любимой,С той, что как день необходима:Еще и тронет и прильнет,Но все бедней прикосновенья,И знаешь: может, на мгновеньеЕще помедлит - но уйдет.1968
345
Женщины, любившие поэтов,Дайте вас в столетьях разыскать,Чтобы вам в глаза взглянуть за этоИ в прохладный лоб поцеловать!Милые! Как быстро обернулисьВы на зов, неслышный для других,И сначала к песням прикоснулись,А потом к губам, что спели их!И не вместе с вами ли, бывало,В эти души трудные вошлоТо, чего без вас им не хватало:Женское терпенье и тепло.И за вашу верность, вашу нежность,За неповторимый ваш союзВам дана бессмертия безбрежность, Россыпь строк и даже зависть муз!Пусть слыла иная лишь подружкой,А была заботливей жены,И не раз вы гейневскою «Мушкой»В жизнь поэта были вплетены.Все ж, как ни жалели, ни любили,Как других вы ни были нужней - Об иной не знали иль забыли,Лишь поэт, прощаясь, скажет ей:«Пусть тебя никто не опознает,Именем твоим не назовет,Но в моих стихах твой взор сияетИ твое молчание поет!И моими о тебе стихамиЯ возьму тебя с собой туда,Где над ними - нет, о нет: над нами! – Небо просияет навсегда!»1967
346
Ты, как цветок, дана на время,На срок до первых непогод.Ты не из тех, кто счастья бремяСветло и бережно несет.Ну что же, пусть на время, еслиИначе не умеешь ты!Порою всех других прелестнейНедолговечные цветы!Такой цветок и ты, подруга,И, примирившись, я смотрю,Как наша близится разлука - Как осень по календарю.1968
347
Все, что хотелось бы догнать,Достать, поймать, изведать мне - Стараюсь я не замечать:Ведь с жизнью счеты сведены!Смотри: уже рука дрожит(Что это значит - знаем мы…),И даже васильки во ржиУже недосягаемы.И как мне руки протянутьК тебе, неуловимая,Когда и в поле даже путьСвой направляю мимо я.1968