Чтение онлайн

«Господи, пронеси нас всех!» — мысленно закатил глаза к небу мистер Бикстер.

— Кирк, ей двадцать седьмой год, и она хочет иметь ребёнка.

«Ну что я могу на это сказать. Она ещё большая сука, чем я о ней думал. Что уж тут…» — сразу же сформулировал Кирк, но вслух молчал.

— Она имеет полное право хотеть и иметь ребёнка, Кирк. У неё нормальная работа, есть своя квартира в Лондоне, — принялся отгибать пальцы юноша, — в Челси, кстати, это тоже недалеко от стадиона, она любит меня. Почему, скажи мне, почему ей не хотеть иметь ребёнка? — подался он вперёд, наседая на дядю.

«Любит она тебя, мать её фак. Я тоже тебя люблю, и что?»

— Но тебе-то восемнадцать, ты только на втором курсе, у тебя нет своей квартиры вообще нигде, и работы тоже. И самое главное, тебе нельзя связывать себя всякими обузами, сынок, у тебя бешеный потенциал, ты должен двигаться и двигаться вперёд!

— Если бы ей было восемнадцать, я бы спал в презервативе, как ты меня и учил.

«Балбес! Щенок! Молокосос! — ругался мужчина. Он в бессилии опустил плечи и окинул глазами зал, но Александр всё-таки притянул к себе его взгляд. Так было всегда. — Но зато какой красивый. Картинка просто», — не смог не полюбоваться на своего визави мистер Бикстер.

— А что касается движения вперёд, так она мне здесь не помеха, — продолжил меж тем юноша. — Она полностью признаёт, что мне ещё рано иметь детей и ни на что не претендует. Только лишь примет то, что я сам захочу дать ей и ребёнку.

— Я первый перестану тебя уважать, если ты не захочешь дать своему ребёнку всё, и только самое лучшее, — сказал Кирк как отрезал.

— Точно! — обрадованно подпрыгнул в кресле парень. — Ты всё правильно говоришь, Кирк! — у него загорелись его «тюльпаны», и он заулыбался. — Вот и я тоже так думаю! Поэтому я решил начать с главного — хочу дать своему ребёнку самую лучшую в мире мать. — Александр замолчал. Молчал и его дядя. — А то, что Жаклин будет самой лучшей матерью в мире, я не сомневаюсь. Я бы и сам хотел себе такую, — добавил он уже совсем тихо. На это Кирку ответить было нечего. — Кстати, — юноша всё-таки хотел закончить тему, — Жаклин какая-то неправильная англичанка, — он мечтательно улыбнулся.

«Боже…я сейчас заплачу», — скривился про себя его дядя.

— Она тоже любит всё новое и тоже хотела бы жить в Нью-Йорке.

«Сиротка прям, мать её фак! Ждёт её кто-то в Нью-Йорке. Думает, если смогла взлезть на член к восемнадцатилетнему, то и Нью-Йорк ей по зубам. Ну-ну. Короче, надоела она мне…»

— Хорошо, — Кирк плотно прижал к поверхности стола раскрытую ладонь. — Я освобожу тебе квартиру и как можно скорее, но никаких молниеносных результатов не обещаю.

— Меня устраивает, — кивнул Алекс.

— С этим — всё?

— Всё, — кивнул юноша.

— Тогда нас с тобой ждёт спортивный комплекс — я хочу, чтобы ты присутствовал при обсуждении проектов. Хотя бы пары из них.

— А сколько их всего будет?

— Ну-у-у, я думаю, где-то пять-шесть наберётся.

И дальше мужчины углубились в свои дела, отодвинув женщин на потом.

Глава 37 Часть 2

— Привет… Жаклин, — со слабой улыбкой поздоровался с женой Чарльз, запинаясь на полуслове, потому как Сула практически отрывала ему руку.

— Давай мне её на поводке и возьми чемодан, — Жак перекатила свою поклажу через порог. — Я немного прогуляюсь с ней, пусть прыгает вокруг меня на улице.

Мужчина сначала где-то за дверью достал поводок, пристегнул трепыхающуюся Сулу и принял у жены чемодан.

Наверное, поводок был даже излишним, потому как собака никуда убегать не собиралась, да и вообще, судя по всему, не смогла бы отойти от хозяйки и на шаг. Прыгала вокруг Жаклин, пытаясь достать до лица, чтобы лизнуть хоть разочек, и поскуливала, и повизгивала, и даже погавкивала, радуясь и высказывая девушке всё, что думает о таких вот хозяйках, которые уезжают со всякими там шотландцами неизвестно куда и зачем, бросают с директорами школ своих преданных друзей, а те мучаются от тоски и ждут их — своих нерадивых непоседливых владельцев.

«Ни за что не брошу её на Чарльза!» — думала Жаклин, взъерошивая приятную гладкую породистую шерстку своей любимой хулиганки. Обнимая и прижимая к себе Сулу, хозяйка заметила, что её питомица успела даже чуть заметно подрасти за эту неделю.

Как только распахнулась входная дверь, и девушка увидела мужа, ей тут же захотелось оставить чемодан, развернуться и бежать. Не оглядываясь. Бежать куда угодно, главное, чтобы подальше. И подольше. Хоть она и готовилась внутренне к этой встрече, но всё-таки в первые мгновения аутотренинг ей не помог.

Чуть позже, когда у Сулы порыв необузданной радости сошел на нет, и собака вспомнила, что хозяйка хозяйкой, а обход территории ещё никто не отменял, Жаклин, прислушиваясь к себе и анализируя своё самочувствие от встречи с супругом после разлуки, с удивлением осознала, что бежать ей захотелось почему-то всё-таки не к Александр, а к дядюшке.

«Это потому, что я с ним толком не пообщалась, — подумала она с тоской. — Всё-таки плохая я племянница. Как только всё устроится, нужно будет с Алексом съездить в Глазго дня на три, — планировала девушка, глядя, как Сула уже что-то роет лапой под кустом, тычется туда мордой и фыркает как бегемот. — Ещё раз повнимательней прослушать дядюшкино сердце», — вспомнила она, как в этот раз ей очень не понравилась чёткая, ритмичная работа «мотора» мистера Фортескью. Прямо как у молодого. Раньше у него, как и у всех нормальных людей его возраста, проскальзывали кое-какие еле заметные признаки экстрасистолии, или начиналась лёгкая тахикардия от волнения, что происходит довольно часто с пожилыми людьми во время осмотра.

«Да и с не пожилыми тоже, — в уголках губ доктора Рочестер заиграла улыбка. — У Алекса тогда в общаге вон как систола молотила, диастола бедная за ней еле поспевала, — вспоминала она ещё недавние, но уже такие далёкие времена и события. Никакая, даже очень важная тема не могла вышибить из её головы тему Александр. — Всё-таки на некоторых фонендоскоп действует магически», — окончательно расплылась в умилении доктор Рочестер.

Ну так вот, на этот раз у дядюшки сердце работало именно как часы — тик-так, тик-так.

«Это странно, — продолжила размышлять девушка, каким-то волшебным образом сумев сбросить с себя наваждение по имени «Александр». — Так не бывает. Он явно что-то принял перед моим осмотром. Скорее всего, нитроглицерин», — подытожила она, ужасно злясь на себя и стыдясь, что подумала об этом только сейчас. Эгоизм, жажда собственного, такого долгожданного счастья заставили её там, в Глазго, сделать вид, убедить саму себя, что всё нормально, всё так и должно быть. И вот каникулы закончились, впереди предстояла череда будней, трудностей и бесконечных выяснений отношений, тут-то и всплыло в мозгах то, что было отодвинуто, засунуто, запихано подальше, от чего в своё время отвернулась.

«Нужно связаться с его кардиологом, — наметила себе планы Жаклин. — Обязательно».

Вообще-то, в минуты раздумий, представляя свою, пусть теперь и недолгую, жизнь бок о бок с Чарльзом и все вытекающие из неё последствия, Жаклин тем не менее планировала взять себя в руки, доиграть свою роль до конца и, выражаясь языком вокалистов, «выдержать все такты и дотянуть все целые ноты». Но только лишь зайдя в квартиру уже с Сулой, да ещё и почувствовав лёгкий поцелуй мужа на губах и его неуклюжие объятья, поняла, что ей не справиться.