Чтение онлайн

– Идите мыть руки!
– крикнул Сережа в распахнутое окно.

– Вы идите. Я... чай пока поставлю, - пообещала Ира, отвернувшись.

– Документы найди, пожалуйста.

Девчонка кивнула, а я сделала вид, что не заметила, как она украдкой вытерла щеки.

Мы пили чай и уплетали хлеб с салом. Не зря я два кило купила!

По правде говоря, расставаться с салом было почти больно. Я - дракон уcпела, можно сказать, прикипеть к нему душой и возвести в ранг одного из своих сокровищ. Но перед голодными детишками даже драконье сердце не устоит.

Зато за столом детки оживились и перестали видеть во мне врага. Даже слушались беспрекословно. Метод кнута и пряника (в нашем случае - ремня и сала) сработал превосходно!

Жаль,из документов детей выяснить удалось немного. В графе "отец" стояли красноречивые прочерки. Только и того, что узнала полное имя покойной маменьки и место ее рождения. И впрямь, эмигрантка. Детишки появились на свет уже тут, в Ромашково.

Я оставила им кукурузу, сало и почти все свои деньги, строго-настрого наказала сидеть дома и не высовываться. В ближайшие пару дней с голоду не помрут, а там что-нибудь придумаем.

***

Первым делом я отправилась на Главпочтамт, где было на удивление немноголюдно.

– Девушка, - сказала я, заглянув в окошко, за которым сидела очень важная дама и с умным видом читала книжку. Судя по тому, что обложка была обернута в газетку, вряд ли это был учебник по алгебре. – Мне бы междугородний разговор заказать.

– Повреждение на трассе. Связь будет после пяти, – она послюнявила палец и перелистнула страницу.

– Спасибо, – пробормотала я расстроенно. До часа "Х" оставалось ещё два с половиной часа.

Как убить время на курорте? Проще прoстого, достаточно прогуляться по набережной. Аттракционы, кафе, сувениры, прогулки на катере - так что два с половиной часа это тьфу!

Начать я решила с катера, все-таки к воде меня всегда тянуло. Буклет обещал увлекательную экскурсию - три легендаpные бухты, таинственный грот, уединенный пляж и маяк. На деле легенды о бухтах оказались обычной романтической чепухой, на которую так щедры экскурсоводы, в гроте из достопримечательностей имелись разве что летучие мыши, на пляже яблоку негде было упасть, а на маяк мы вообще не попали, только полюбовались издали - там начался ремонт.

Так что обратно на набережную я вернулась усталая и раздосадованная. Жара только-только начала спадать, но Приморский бульвар уже кипел и бурлил. На скамейках обосновались воркующие парочки, мамаши с детьми прогуливались по усаженным липами и каштанами аллеям, стайка школьников под присмотром учительницы обступила киоск с мороженым.

"?х, Ромашково мое, ненаглядное..." - проникновенно выводил голос в громкоговорителе.

Откуда-то соблазнительно тянуло ароматом шашлыков. Может, перекусить? До ужина–то еще далеко, а набегалась я здорово...

Я купила набор милых открыток с видами Ромашково, подумала и добавила еще карту города, что бы больше не плутать .

Шашлык оказался неплох. Умяв две порции, я вернулась к морю и спустилась к самой воде, облизывающей закованную в гранит набережную. Присела на корточки и погрузила кисти в прохладную зеленоватую гладь, по которой задорно плясали солнечные зайчики. Прикрыла oт удовольствия глаза... А потом меня потрогали в ответ.

Рыба? Медуза? Мусор?..

Из-под воды на меня слепо таращилось бледное мужское лицо. И ладно бы какой-нибудь шутник! Уж больно видок у него... непритязательный. Живые такими не бывают.

Море словно подпихнуло мою руку. Мол, что же ты? Дарю!

Я резко отдернула пальцы, нервно отерла их о юбку. Резко захотелось курить . Как же не вовремя я бросила! И пообедала тоже... не вовремя.

Сглотнуть горький ком в горле. Подняться. Шагнуть назад. Обвести взглядом беззаботную толпу.

Мимо как pаз шествовала троица бравых курсантов мореходки, ужасно важных в своей бело-синей форме.

Я заступила им дорогу и скомандовала, понизив голос:

– Ты - полицию сюда. Живо. Ты и ты - охранять!

И ткнула пальцем себе за спину, где дохлой медузой колыхалось тело. Надо бы его вытащить, ?о пусть этим местные полицейские займутся. Должны же и они что–то делать!

***

Зря я грешила на местных. Не такими уж лоботрясами они оказались, даже примчались почти сразу. Хотя, конечно, не слишком обрадовались эдакому подарочку.

Тут я им могла только посочувствовать. Криминальный труп или пьяный отдыхающий полез освежиться и утоп, а разбираться надо.

– Кто обнаружил утопленника?
– меланхолично осведомился следователь Царев, уныло созерцая вытянутое из воды тело. Вокруг суетились оперативники и фотограф. Ждали доктора, хотя он мог разве что констатировать смерть. Процедура, чтоб ее.

Любопытные жители гудели в отдалении. Близко посторонних не пoдпускали - на их счастье, потому что запашок был тот еще.

– Не утопленника, – поправила я, дыша ртом. На труп я старалась не смотреть, зрелище не из приятных,и все же кое-что заметила.
– Он попал в воду уже мертвым.

– Откуда знаете?
– слегка оживился меланхоличный следователь, даже огонек в глазах зажегся.

Я понимающе хмыкнула. Никакой эксперт не мог достоверно определить причину смерти вот так, на глазок. Я тоже не могла, знала лишь, что бедняга не утонул.

– Чую, - ответила я коротко.
– Моя стихия.

– Вот как?
– следователь потер нос. Казалось, ему трупная вонь совсем не мешала. Может, насморк? То-то он немного гундосит. – Кстати, вы не представились.

Я ведь не думала, что получится увильнуть, верно?

– Анна Стравински. Домовой.

Кажется, мое имя теперь сродни красному флажку и барабану на шее.

Полицейский моргнул и уже открыл рот, когда его похлопал по плeчу подошедший доктор.

– Ну, что тут у нас?
– бодро спросил он, потирая руки.

– Поплавок, - хмуро ответил следователь.
– Девушка вот говорит, что причина смерти не утoпление.

"Поплавок"? В чувстве юмора, пусть и мрачноватом, местным не откажешь.

Доктор остро взглянул на меня, но ничего не сказал. Следователь уже откровенно шмыгнул носом.

– Опять у тебя аллергия? – покачал головой доктор, роясь в медицинском саквояже.
– Как маленький! Знаешь же, что нельзя тебе эти вoдоросли даже нюхать . На вот, скушай таблеточку.

Следователь цапнул белый кругляш из его ладони и посулил мрачно: