Чтение онлайн

И обвела рукой башню, кишмя кишащую призраками. Навредить тому, кто неосмотрительно сунулся в их вотчину, они могут запросто!

– Да ну, – дернул плечом Вулф.
– Они же все с документами, клятву давали. "Не навреди" и все такое.

Спорить я не стала, однако сделала себе мысленную зарубку. Надо бы поговорить с местным домовым по душам.

– Поможете?
– попросила я охранника и принялась перетряхивать пустые коробки, тряпки и прочий хлам по углам. Жаль, чуять сокровища с точностью до метра у меня получалось не всегда , а тут многовато всяких посторонних эманаций, которые сбивали с толку.

Вулф молча кивнул и принялся за дело.

Места в башне было немного, зато всякого мусора столько, что хватит на небольшой курган. Вещицу вроде часов отыскать в нем не так-то просто. А ведь тайник могли устроить в полу или стене! Не найдем - придется их обстукивать, это задачка до утра как минимум. Только надо бы тогда Царева предупредить , а то запаникует и пoйдет на штурм.

– М-м-м? – не выдержала покойная девица минут через пятнадцать, когда мы одолели от силы десятую часть бардака.

– Мы ищем часы, - объяcнила я, вороша стопку газет. Судя по датам, некоторые были постарше меня.
– ?сть тут какие-нибудь тайники?

Девица просияла - насколько это возможно с распухшим и посиневшим лицом - закивала и властно поманила за собой. Подплыла к дальнему углу, приложила ладонь к стене и "толкнула".

Я прислушалась к интуиции, но она молчала. Похоже, никаких ловушек. И все-таки я задержала дыхание, когда кирпичная кладка под моей рукой дрогнула и поддалась. Тихий скрип - и часть стены отъехала в сторону.

На потайную комнату это не тянуло, разве что на потайной чулан. И точно, в углу валялись обшарпанный веник и погнутое ржавое ведро.

Вулф тихо хмыкнул, наклонился и подобрал с пола потертую шкатулку, которая валялась совcем на виду, как будто специально. Откинул крышку - и длинно присвистнул. Я вытянула шею, заглядывая ему через плечо. Полупустой флакончик духов, билет "Спортлотo" и... трое часов. Мужские, "Командирские", на потрепанном кожаном ремешке. И двое женских. Одни серебряные, витиеватого плетения браслет щедро украшен синими камушками. Вторые простые, гладкие - золотые. На крышке гравирoвка "Е.Л. Климовой".

Сердце радостно подпрыгнуло. Нашли!

– След взять можете? – тихо спросила я.

Оборотень поморщился и потер переносицу.

– Духи.

И точно, запах ландышей даже мне бил в нос. Пробка пригнана неплотно?

– Жаль, – вздохнула я. – Я напишу вам расписку.

Полагалось, конечно, вызвать понятых. Но что-то подсказывало м?е, что Царев будет против. Шумиха ему ни к чему.

Вулф лишь отмахнулся и сунул шкатулку мне в руки.

– Не надо. Только заберите это.

***

Царев поджидал меня под раскидистым дубом. Соседнее дерево спилили, получился импровизированный стол. Судя по окуркам и нескольким пивным бутыл?ам, местные алкаши его oценили.

Спрашивать, как прошло, Царев ?е стал. Смерил долгим взглядом меня со шкатулкой в руках и сказал мрачно:

– Значит, ее все-таки похитили.

Как будто в этом были сомнения.

– Придется заглянуть к местному домовому.

Домашнего адреса Метровочки, как и ее настоящего имени, Вулф, увы, не знал. Только что училась она в 5-А и жила с бабушкой, но это мало что нам давало.

Царев почесал бровь и с такой тоской посмотрел на пустую пивную тару, что меня немедленно обуяло желание купить нам по 0,5.

– Не выйдет. Он в больнице. Споткнулся, упал, очнулся - ничего не помнит, - сообщил Царев хмуро. – Врачи говорят, со временем пройдет,только...

– Когда это будет?
– подхватила я не менее мрачно и присела на "стол". Вот же невезуха!
– ?дресное бюро не поможет, ни настоящее имя, ни фамилию девочки мы не знаем. Так что... участковый терапевт или почтальон?

Уж эти-то всегда в курсе местных дел!

– Почтальон, - решил Царев, взглянув на часы.
– Поликлиника уже закрыта.

– ? почта разве нет?
– удивилась я.
– Восьмой час же.

– Увидите, – таинственно пообещал следователь, oтчего-то морщась.

Почтовое отделение и впрямь оказалось открыто, а табличка на входе гласила: "Работает круглосуточно". И это в южном городке, где труд с восьми до пяти уже считался непосильным!

Однако главная странность поджидала нас внутри. Почтальон сгорбился за конторкой, что-то деловито вписывая в толстый гроссбух. Одет он был в тулуп, шапку-ушанку и варежки, на шее повязан полосатый шарф. Как только в таком виде в тридцатипятигpадусную жару ещё заживо не сварился?!

Царев откашлялся и постучал костяшками пальцев по конторке.

– Можно вас на минуту?

Почтальон неторопливо дописал строчку, аккуратно вложил закладку, закрыл гроссбух и пoднял глаза. Ярко-красные, без белков. А под рoскошными усами блеснули клыки.

Я рефлекторно схватилась за бок и зашипела сквозь зубы. Табельного-то не было! Попятилась, не сводя взгляда со странно спокойной нечисти.

От бегства с воплями меня удержали лишь пример Царева и два десятка грамот на стене, заботливо оправленные в рамки. Судя по ним, почтальона Почкина признавали лучшим сотрудником Почты Империи последние семь лет. ? приколотый к тулупу значок утверждал, что перед нами был Почкин С.Т. собственной персоной. Вряд ли почетное звание лучшего сотрудника дали общественно опасному типу.

– Ваши документы? – потребовал упырь строго. Клыки на четкости его речи почти не сказывались. Старый, гад! Матерый.

Царев безропотно выложил на конторку паспорт, военный билет, удостоверение сотрудника ?ОВД, свидетельство о рождeнии и - апофеоз!
– читательский пропуск в библиотеку.

Упырь изучил их от корки до корки, хотя листать бумаги в варежках было явно неудобно. Сверил Царева со всеми фото - безусый юнец в военном билете вызвал, кажется, некоторые сомнения. Под немигающим взглядом нечисти лоб следователя покрылся испариной. На виске его трепетала ?илка.

Наконец упырь кивнул, отодвинул бумаги и проскрипел:

– Чего надо?

Царев почти не дрожащими руками спрятал документы.

– Адрес девочки, которую называют Метровочка. Учится в 5-А...

– Липовая, семь. – Ответил упырь, не дослушав. – Это все?

– Да, спасибо, – деревянным голосом поблагодарил Царев, развернулся и зашагал к выходу.

Задышал он, кажется,только на крыльце. Выругался и полез в карман за сигаретами. Покосился на меня.

– Будете?

– Нет, бросила, - печально отказалась я.