Чтение онлайн

— Почему?

— Почему что, Лиана? Ты любишь нас, мы любим тебя. Ты наша жена… Что еще ты хочешь услышать? То, что ты поступила плохо? — говорит Аррас.

— Скорее глупо, — добавляет Нейв. — Но мы понимаем, почему ты так себя повела, малышка.

Я никак не могла поверить, что они не мстили, что не использовали этот шанс навредить. Вместо этого они приехали сюда и говорят, что любят меня? Может я сплю? Или немного с ума сошла?

В этот момент из кухни раздался голос мамы: — Пирожки готовы! Кто хочет горяченький?

Мама выскочила в коридор с подносом, на котором дымилось доброе семейное тепло — румяные пирожки. Её глаза блеснули, когда она увидела гостей, и она, не задавая вопросов, подала им пирожок. Они взяли, поблагодарили; Нейв кивнул, Аррас усмехнулся — весь этот жест маленькой домашней радости как-то уравновесил всё напряжение.

Мама, будто почувствовав, что разговор стоит продолжить тет-а-тет, мягко взяла сына на руки и прошептала: — Вам надо поговорить, давайте вы тут, а мы с малышом пройдемся.

Она увела ребёнка в кухню, оставив нас втроем.

Аррас подошёл ко мне с той своей непосредственной близостью, которой нельзя было противиться. Он говорил спокойно, низким голосом, и в нём не было ни приказа, ни ультиматума: — Ты — наша жена. Законная, прошу заметить. Мы по тебе очень скучали. Мы хотим забрать тебя домой. И ребенка, естественно. Можно даже тещу.

Я не удержалась и глупо улыбнулась, хотя сердце колотилось так, будто сейчас выскочит. Аррас склонился ниже, и прежде чем я успела хоть что-то возразить, его губы накрыли мои. Поцелуй вышел не резким, не требовательным — он был долгожданным. Я замерла на миг, ошеломлённая тем, что это всё на самом деле происходит, а потом радостно ответила, прижалась к нему и обвила руками за шею.

Мир вокруг растворился — остался только он, его дыхание, его ладони, удерживающие меня.

— А теперь моя очередь, — с хрипотцой в голосе сказал Нейв и решительно перехватил меня к себе, стоило только Аррасу оторваться от моих губ. Его губы были горячими, настойчивыми, и я, уже не в силах сопротивляться, с жадностью ответила и ему. В груди разлилось тепло — то самое, родное, от которого три месяца я пыталась убежать, но так и не смогла.

Когда мы наконец отстранились, оба смотрели на меня так, будто впервые увидели.

— Мы ужасно скучали по твоей искренности, — тихо сказал Нейв, проведя пальцами по моей щеке. — По тому, как ты чувствуешь нас. По тебе, Лиана.

— Мы любим тебя, — добавил Аррас, и в его голосе не было ни тени игры.

Я глубоко вдохнула, чувствуя, как слова застревают где-то в горле, и всё же выдохнула:

— Я тоже люблю вас.

Утро было светлым и шумным: солнечные лучи заливали дом, а я металась из комнаты в комнату, словно генерал перед битвой.

— Аррас! Нейв! — звала я, пытаясь перекричать собственные шаги. — Через полчаса машина! А у нас ничего не готово!

В ответ из-за двери донёсся ленивый смех, и через мгновение меня подхватили сильные руки. Аррас, мой Аррас, легко развернул меня к себе, удерживая за талию. Его глаза светились привычным хищным весельем.

— Успокойся, — прошептал он, наклоняясь ближе. — Ты уже давно не наша ассистентка. Ты наша жена. И сегодня не очередное собрание директоров, а твоя свадьба. Та самая церемония, которой не было. Так что вместо того, чтобы бегать по дому перепуганной организаторкой, будь счастливой невестой.

— Именно так себя и чувствуют все невесты, — возразила я, но голос предательски дрогнул.

— Вечно ты споришь, — усмехнулся он и запечатлел поцелуй на моих губах.

Я сдалась на мгновение, позволив ему затопить тревогу нежностью, но тут в дверях появился Нейв. В его руке — маленькая ладошка.

— У нас все под контролем, — заметил он. — Правда, Норм?

Я замерла, глядя на сына. Ему только что исполнилось четыре. В праздничном костюме он выглядел удивительно взрослым — маленький мужчина. На груди ещё пустовал карман, и Нейв ловко вставил в него бутоньерку, поправил воротничок.

— Какой ты у меня красивый… — выдохнула я и присела, чтобы обнять сына. Тёплые пальчики обвили мою шею, и сердце расплавилось.

Он уже полностью восстановился после лечения. Каждый его шаг, каждый смех был для меня чудом.

— Вот так-то лучше, — сказал Аррас, снова приобняв меня. — Всё идёт по плану. Расслабься.

— Расслабься… — передразнила я, но улыбка всё равно не сходила с лица.

— Кстати, скоро подъедет ассистент с недостающими вещами, — добавил Нейв.

— Ассистент? — я прищурилась. — Вы что, наняли нового? Как её зовут?

Они переглянулись и синхронно улыбнулись.

— Его зовут Марек, — спокойно ответил Аррас. — Он мужчина.

— Почему мужчина? — не удержалась я и все равно улыбнулась.

— Потому что единственная женщина, которая будет в нашей жизни, — это ты, — мягко сказал Нейв, коснувшись губами моего виска. — И мы не хотим, чтобы ты ревновала также, как мы тебя к Виктору.

— Я бы не ревновала! — поспешно возразила я, но они оба засмеялись.

— Конечно, конечно, — протянул Аррас, снова притянув меня ближе. — Но давай не будем проверять, родная. Ладно?

И всё снова закружилось в той самой милой и немного сумасшедшей нежности, которая делала наш дом живым.

Церемония действительно началась не так, как планировалось. Сначала цветы в арке перепутали местами, и вместо белоснежных лилий там оказались какие-то яркие тропические орхидеи. Потом музыкант заиграл не ту мелодию — не торжественный марш, а весёлый деревенский мотив, под который гости невольно заулыбались. А ещё Норм, которому поручили нести кольца, на середине прохода вдруг остановился, показал всем язык и побежал ко мне, громко смеясь.

И всё это было так неправильно… и так по-настоящему прекрасно.

Я шла по ковру, держась за руки двух мужчин сразу, и не могла сдержать улыбку. Нейв шептал что-то ободряющее, Аррас подмигивал, и всё казалось лёгким, как сон. Мы говорили слова клятвы, но в них не было пафоса — только наша странная, искренняя любовь, которая пережила слишком многое.

Когда обменялись кольцами, Аррас, конечно же, поцеловал меня дольше положенного, и кто-то из гостей даже зааплодировал. А Нейв, не выдержав, перехватил меня сразу после — и зал снова взорвался смехом.