Чтение онлайн

– Он тебе ничего не сделал? – противная мысль закралась в голову.

– Нет, – Агнес улыбнулась одними губами. И я поняла, что ее гложет какая-то другая проблема. Совсем юная, трогательная – и запертая в стенах монастыря. Как она туда попала и что ей угрожает? Хотелось побольше узнать о ней, ну и, конечно, обо всем, что окружает. Потому что чувствовать себя суточным цыпленком, не понимающим, куда делась уютная защищающая скорлупа, мне вообще не нравится.

– А ты как? Отошла? Представляю, как ты перепугалась, – Агнес решила перевести разговор на меня. Наверно, чтоб отвлечься от своих нерадостных мыслей.

– Не знаю, отошла или нет. Но честное слово, все, что было до того, как меня пинками растолкали эти блюстители порядка, вообще не помню. Как черная стена. Надеюсь, это пройдет.

– Ты вспоминай быстрей. Мне хочется помочь тебе.., – Агнес опять замялась, и по этой недосказанности я поняла, что она хотела сказать – «пока не случилось…» Только вот что?!

У меня сердце защемило от жалости. Моя новая знакомая не зря носила такое древнее имя – Агнес – значит «ягненок». А еще чистая, непорочная. Мне удалось вырвать клочок воспоминаний из прошлого – уверена, что много читала на эту тему. И Агнес, действительно походила на ягненка – большие карие глаза, смотревшие кротко и грустно из-под пушистых ресниц. Нежный овал лица, аккуратные черты лица. От нее веяло добротой и душевностью.

Но сейчас это ангельское личико было словно подернуто зыбкой пеленой печали.

Я пожала плечами, выражая глубокое сожаление.

– Не вспоминается. Только кусочки какие-то.

Говорить, что я вспомнила слово «телефон» и даже знала, как его использовать, значило автоматом навесить на себя клеймо сумасшедшей.

– Тогда помолчим? – с извиняющейся улыбкой спросила – предложила Агнес. Видно было, что ее все мысли крутятся далеко от меня, Густава, телеги и дороги. И она никак не может найти какое- то решение.

– Согласна, – охотно откликнулась я. Тем более, мне тоже было над чем подумать.

В таком ненапряжном молчании мы приблизились к воротам монастыря, который на деле оказался огромным мрачным замком, окруженным высоченными стенами. Интересно, это монашек оберегают от чужого вторжения или их лишают возможности сбежать? Хотя Агнес говорила про потайную калитку.

– Иди вправо вдоль забора, пока не увидишь заросли шиповника. Осторожно проберешься сквозь них к стене и подождешь меня. Я сейчас к настоятельнице, отчитаюсь и проведу тебя к себе.

Все еще в состоянии свеже перекрученного фарша я побрела в указанном направлении. На первый взгляд нужное мне место выглядело практически неприступным. Колючие ветки с зарождающимися плодами переплелись, образовав надежный щит. Если мне удастся пробраться сквозь него, то превращусь в освежеванную тушку. Я приуныла.

Неожиданно в голове мелькнул отголосок прошлой жизни. «Не бросай меня в терновый куст!» Эта фраза принадлежала братцу Кролику, для которого терновый куст был спасением. Воодушевившись, принялась искать место, где бы эта живая стена была более редкой. И таки нашла. Согнувшись в три погибели, можно проползти через нее. Что я и сделала.

Но это еще не все. Расстояния между колючками и стеной практически не было, поэтому все время, пока я ждала Агнес, пришлось стоять по стойке смирно. Я уже с сожалением подумала, что не осталась ждать за шиповником и ползти сюда только тогда, когда за мной пришла бы Агнес. Но назад я сейчас точно не полезла бы. Да и так безопасней, раз уж приходится таиться. Мало ли кто заметит странную девицу, которая непонятно зачем топчется возле монастыря. Тяжко вздохнув, принялась считать баранов, чтобы как-то отвлечься и выработать в себе силу воли.

Наконец, я услышала ржавый скрип открываемой дверцы, и он показался мне самым – самым мелодичным звуком, какой только приходилось слышать.

Я юркнула в образовавшийся проем и облегченно выдохнула.

– Пойдем быстрее! Сейчас все на ежедневном наставлении, так что никто не заметит.

Спасибо моим небесным покровителям! Мы пробрались незамеченными в комнату Агнес. Так я себе примерно и представляла монашескую келью. Простенько, чистенько, но без всяких изысков.

– Пока нам придется спать вместе, потому что лишнего матраса мне не раздобыть. А потом я скажу, чтоб ты осталась здесь. Комната проплачена до конца года. – И видя, как у меня округлились глаза, пояснила: – Не у всех такая роскошь, как отдельные апартаменты.

На лице ее мелькнула та особая улыбка, которая подкупала и располагала к себе так, что хотелось оберегать девушку и защищать от всех невзгод. Светлая, добрая, ангельская. И с грустинкой, от которой душа переворачивалась.

– Девушки живут по трое в комнате. И только у немногих, включая меня, есть особые привилегии, как для детей из знатных семей. Их сюда отдают для образования. Ведь иного способа получить его в нашей стране нет. Одной мне приходится скрывать свое происхождение. И мой покровитель тоже не заявляет о себе. Иначе через него выяснят, кто я, и тогда не знаю, что будет. Настоятельница решила, что я дитя какой-нибудь блудливой матери и всем своим видом показывает, что презирает греховодников. Лишить меня привилегий не может, но проявить пристрастную «любовь» – очень даже. Так что я на особом положении. Как и все привилегированные дети, я изучала языки, историю, экономику, дипломатию и отдельно травы и рецепты.

Но тайна моего происхождения не давала никому покоя, – медленно, словно сама с собой начала Агнес. – Знатные смотрели свысока на бастардку, а остальные просто завидовали и тоже не принимали к себе, несмотря на то, что по уставу всем положено сочиться благостью и чистотой. И вот меня избрали жертвенной овцой.

– Агнес, ты так говоришь, будто с жизнью прощаешься, – я попыталась придать шутливости голосу, но осеклась. Взгляд Агнес потемнел от душевной боли.

– Прощаюсь. У меня иного выхода нет.

Каменные стены не холодили, но от ее слов меня мороз продрал по коже. Во рту пересохло, и я уставилась на нее круглыми от страха глазами. Потом вспомнила, что я не паникерша, и выдохнув, почти ровным голосом сказала.

– Стоп! Из любого положения есть выход. И нужно его только найти. Рассказывай!

Агнес помолчала, собираясь с силами.

– Я так понимаю, что ты не представляешь, какие порядки царят в нашей стране. Мы проиграли войну с драконами, и теперь короля и королевский совет контролирует наместник – дракон. Он воплощение всего мирового зла. И ему понадобилась очередная помощница, способная разбирать бумаги. Жалобы, доносы. Куда девались остальные, никому неведомо. Наверно, бедняжки, думали, что смогут смириться и вытерпеть все, что вздумается устроить Темному, Властелину снов, но погибли. Потому что никто их уже не видел.

– Почему Темному? – пересохшими губами еле выговорила я.

– Потому что тьма окутывает его. Он носит все черное, на лице черная маска. Очевидно, он так страшен, что подданные его величества, увидев мерзкую личину, падают замертво.

– Ну, может, не все так страшно? Подумаешь, уродство!

– Так это не все! – воскликнула Агнес. – Самое страшное – его приспешники хватают прямо на улице приглянувшихся девушек и молодых женщин, даже замужних и волокут во владения Темного. И там их подвергают таким унижениям, что они сходят с ума потом. Некоторые возвращаются, даже с вознаграждением. Но жизнь их кончена. Они становятся хуже прокаженных. Причем, Темный потешается в компании своих приближенных. Самое невинное развлечение у них называется «Вишенка». Они заставляют девушку раздеваться полностью и рассыпают по полу вишни. И бедняжка должна собрать их все, ползая на четвереньках! А они улюлюкают и подсказывают, как нужно собирать…