ПОП-ЗВЕЗДА
Шрифт:
– Итак, Эвы нет дома, я жестом пригласил тебя следовать за мной, и когда ты пришел, ты...
Он усмехается.
– Я не совсем понимал, что делать, когда ты не оставил открытой для меня калитку. Я искал боковой вход или что-то такое, а потом увидел калитку между твоим двором и соседским. Она привела меня к той стороне дома, где забор пониже, поэтому я перепрыгнул через нее и подошел к твоей входной двери, которая оказалась незапертой. Это было просто.
Ебучее приложение.
Тот факт, что он не находит ничего плохого в том, что говорит, пугает меня больше всего.
– О, да. Точно.
– А что у вас с Эвой вообще за дела? Вам разрешено встречаться, когда вы не вместе?
Начинаю думать, что все это - огромное недоразумение со стороны фаната, который думает, что знает меня, и пребывает в заблуждении, что у нас что-то есть. Определенно, такое случается не в первый раз, хотя с парнем это впервые.
Сердце колотится так сильно, что тело, должно быть, думает, что я тренируюсь. Меня бросает в пот, и боюсь, что он видит, как тот стекает по моему лицу.
Моргаю и пытаюсь вспомнить, о чем он спрашивал.
– Э-э-э, нет, мы с Эвой не договаривались. Я никогда не делал такого раньше.
Парень, наконец, убирает руку с подставки для ножей. Он делает шаг ко мне, но я инстинктивно отшатываюсь.
Его лицо вытягивается, а челюсть сжимается.
– Я хочу узнать тебя получше, - выпаливаю я.
– Что ты хочешь узнать?
Я открываю рот, но не издаю ни звука. Он снова подходит ближе.
Я отступаю.
– Твое имя. Для начала.
Это не то, что он хотел услышать.
– Я назвал тебе свое имя, когда мы встретились сегодня вечером.
Мне хочется закричать, что сегодня вечером я встречался с миллионом людей. Как я должен запомнить его имя, если даже не помню его лица и вообще не встречался с ним?
– Прости.
– Пытаюсь отшутиться я.
– Я плохо запоминаю имена.
Он откидывает темные волосы с глаз.
– Билли.
– Э-э-э. Что ж, приятно познакомиться с тобой... снова, Билли.
– Ты, кажешься очень нервным, - констатирует он.
Ни хрена себе.
– К-как я уже сказал, я н-никогда не делал такого раньше.
– Теперь я заикаюсь.
Блестяще.
– С парнем? Из-за песни я подумал...
– Эта песня не обо мне. Распространенное заблуждение.
– Мне нужно остановить этого парня самым простым способом - разыграть карту честности.
– Ты на полном серьезе стоишь здесь и говоришь мне, что у вас с Джеем из «Радиоактив» не было грандиозного романа до того, как он женился на каком-то другом парне?
– Именно это я и хочу сказать. Мы были друзьями и сотрудничали над песней. Конец истории.
– Не совсем так, но, когда я говорю себе это, становится не так больно.
О, отлично, теперь он поет.
– Путая любовь с одиночеством, цепляюсь в отчаянии, думая, что нашел единственного, мне предназначенного… Как это может быть не основано на личном опыте?
– Мы были соавторами этой песни. Джей написал текст. Я написал мелодию.
– Сейчас я откровенно вру, но, эй, говорить о музыке лучше, чем быть зарезанным. Выигрышно.
Как, блядь, я должен из этого выпутываться?
– но… ты пригласил меня сюда.
О, черт. Верно. Я уже сказал, что пригласил.
Продолжай говорить. Отвлеки его.
Где, блядь, Гидеон?
Хочу проверить телефон и убедиться, что он все еще на линии, но не могу привлекать внимание к тому, что он у меня в кармане.
– Ладно, ты меня раскусил. Я хотел пригласить тебя сюда, но я никогда не был с парнем. И ты прав насчет Эвы. Я тоже не знаю, как она вписывается во все это. И значит, я изменяю ей, так что я струсил.
– Возможно, мне следовало заняться актерским мастерством вместо Блейка. Хотя, на самом деле, не знаю, насколько хорошо у меня это получается.
В голосе Билли снова слышится раздражение.
– Ну, теперь я здесь. Я приложил столько усилий, чтобы попасть сюда.
Снаружи хлопает дверца машины. Этот звук очень похож на звук надежды.
Я надеюсь, это Гидеон или кто-нибудь - кто угодно– кто может помочь. Но больше всего я надеюсь, что это не сосед.
Билли поворачивает голову на звук.
Продолжай. Продолжай говорить. Притворись, что ты ничего не слышал, и не дай ему подумать, что здесь кто-то есть.
На этот раз я подхожу к нему ближе.
– Извини, ты прав. Мне не следовало тебя обманывать.
– Тогда не надо.
– Его ноги медленно приближаются ко мне.
Еще несколько шагов, и он возьмет вверх надо мной.
– Подожди.
– Поднимаю руку.
– Э-э... подожди секунду. Я, э-э, я...
– Тяну время, которого, как мне кажется, у меня нет.
Желудок свинцом наполняет разочарование. Если это была машина на улице, то они здесь не из-за меня или просто не торопятся меня спасать.
Клянусь, я слышу голоса, но, возможно, это миллион мыслей проносятся в моей голове.
Я не знаю, что еще могу сделать.
– Ты...
– Он отодвигается, и я отступаю назад.
Я вот-вот упрусь в стену, и тогда у меня действительно не будет выхода.
Боль пронзает бок, когда я ударяюсь о декоративный столик со стальным произведением искусства, которое не помню, как и когда, но каким-то образом, купил. Мне удается спасти произведение искусства, но Билли – еще ближе, чем когда-либо.
И по мере того, как расстояние становится все меньше и меньше, я закрываю глаза и желаю, чтобы это поскорее закончилось.
Наступает момент полной тишины, а затем, откуда ни возьмись, до меня доносятся звуки распахивающихся дверей, крики и топот ног.