Чтение онлайн

– Мы должны убрать поп-звезду?
– Спрашивает Айрис.

Трэв ворчит.

– Конечно, ты бы первым побежал. Нет. Вам не надо убирать его. Ваша работа - защищать его.

– От чего?
– Спрашиваю я.

– От бешеных фанатов, - говорит Трэв.
– Один из них вломился к нему в дом, так что теперь он требует круглосуточной охраны.

– Охраны...
– Я перевожу взгляд на него.

– Телохранителя.

– В смысле, пресловутые няньки?
– Мой голос становится пронзительным.

– Открываете новое направление в бизнесе, босс?
– Спрашивает Айрис.
– Мы не защищаем людей.

На самом деле, наоборот.

– Это услуга моему кузену Гидеону. Он менеджер Харли Валентайна.

И тут кое-что в досье привлекает мое внимание.

– С проживанием? Мы будем жить с ним?

– Так и есть. Ты прав. Айрис заменит тебя по воскресеньям, и это будет твой единственный выходной.

Круглосуточное. Проживание. С поп-звездой.

Нет, спасибо.

– Я за что-то наказан?
– Спрашиваю я.

– Наказан?
– Трэв приподнимает бровь.
– Ты видел, сколько платят за эту работу? И ты получишь служебную машину. Не можешь же ты защищать кого-то на этом дерьмовом ящике.

Я опускаю взгляд.

Черт, как много нулей. Я не в том положении, чтобы отказываться от такого.

– Почему так дорого?

– Знаменитостям нужно платить своим сотрудникам значительную зарплату, чтобы они не соблазнились зарплатой в таблоидах.

Имеет смысл.

– Как долго продлится эта работа?
– спрашиваю я.

– Шесть месяцев, но может и дольше. Зависит от того, сколько времени займет запись его следующего альбома и захотят ли они, чтобы ты участвовал в его следующем туре и тогда мы еще раз все взвесим.

Постоянно. Минимум шесть месяцев.

– Я не могу, - выпаливаю я. Слишком долго. Затем снова смотрю на цифры. Мне бы очень пригодились эти деньги. Нет, мне нужны эти деньги.

– Не можешь?
– Говорит Айрис.
– Я могу. За такие деньги я буду его личным мальчиком на побегушках.

– Конечно, ты бы мог, - бормочу я.

– Айрис, дай нам минутку.

Несмотря на то, что мы все больше не военные, Айрис выполняет приказы так же быстро, как если бы он все еще им был. Мы все так поступаем, когда дело касается Трэва.

Он отличный начальник. Его инстинкты всегда на высоте, и мы все доверяем ему свои жизни.

Как только дверь за Айрисом закрывается, Трэв откидывается на спинку кресла.

У него выпирают бицепсы, и для парня, которому чуть за сорок, он в лучшей форме, чем я. Возможно, я был по уши влюблен в этого парня, когда начал на него работать.

– Тебе нужны эти деньги, - говорит он.

Спорить бессмысленно.

– Нужны. Но мне они нужны без необходимости отсутствовать так долго.

– Насколько большая дыра в твоем кармане?

Я стараюсь не показывать своей реакции. Моя личная жизнь - мое личное дело, но всем парням очевидно, что я на мели не просто так. Я просто не знаю, как много известно Трэву.

– Больше сотни штук.
– Я понижаю голос.
– На самом деле, ближе к двумстам.

– Тебе нужен этот контракт, и он рассчитан на шесть месяцев.

Мое колено подпрыгивает.

– Шесть месяцев никого не убивать. Как я выживу?

– Что ж, этот фанат выпущен под залог, так что, возможно, ты увидишь какие-то действия.

– Тогда надеюсь, что проблем с преследователями будет больше.
– Я осознаю свои слова после того, как уже произнес их.
– Мне, правда, заняться этим, да?

– Ты можешь сказать «нет».

– За такие деньги я реально не смогу.
– Я провожу рукой по своей короткой стрижке.

Многие парни отращивали волосы после того, как уволились из армии, но для меня это в порядке вещей, даже сейчас, спустя годы после демобилизации. Это поддерживает во мне связь с прежней жизнью, от которой я не готов отказаться.

– Есть вопросы?
– Спрашивает Трэв.

– Да. Кто такой Харли Валентайн?

***

Как только Трэв справляется со слезами, навернувшимися от смеха над моим предполагаемым невежеством, входит Айрис, и мне достается и от него тоже.

Айрис все еще смеется.

Это не прекратилось, даже когда мы по отдельности едем к Валентайну. Звонит телефон, и в машине сразу включается Bluetooth.

– Эта линия предназначена для экстренных случаев, - ворчу я.

Возьми служебную машину, сказал Трэв. Она лучше, чем твоя, сказал Трэв. У моей даже нет Bluetooth. Я мог бы избежать этого, если бы был в своей машине.

– Твое незнание поп-культуры - это чрезвычайная ситуация, бро… - я нажал «Отбой».

Он перезванивает.

От натиска Айриса никуда не деться. Я не виноват, что живу изолированно.

Айрис все еще качает головой, глядя на меня, когда мы въезжаем на небольшую подъездную аллею, принадлежащую поп-звезде, и подъезжаем к охраняемым воротам.

– Я думаю, что больше всего беспокоит то, что взрослые мужчины разбираются в жизни бойз-бэндов, - замечаю я.
– Не думаю, что ты в том положении, чтобы смеяться надо мной.

– Он больше не в бойз-бэнде. Он, типа, настоящий артист. Выиграл две «Грэмми».

– Знаешь, у кого еще есть «Грэмми»? У ребят, что пели эту песенку о собаках. Это не так уж впечатляет.

Айрис начинает петь «Кто выпустил собак», пока нажимает на кнопку звонка, чтобы его впустили в дом.

Что я наделал?

Теперь у меня в голове звучит эта дурацкая песня.

Я прыгаю на Айриса и беру его за голову, закрывая ему рот рукой. Он кусает меня.

– Блядь.
– Я стряхиваю боль.

– Все в порядке. У меня нет бешенства.

Невозможно злиться, даже когда на моей ладони темнеет след от укуса. Злиться на Айриса - все равно, что кричать на щенка за то, что он везде мочится.

Он ничего не может с собой поделать.

По крайней мере, Айрис приучен к горшку.

Калитка открывается со щелчком, и я убеждаюсь, что она снова автоматически запрется, когда мы пройдем через нее, что и происходит.

Кирпичный забор надежен, но через него легко перелезть любому, кто в хорошей физической форме. Любой из парней «Майк Браво» мог бы перепрыгнуть через него без разбега.