Чтение онлайн

Оставалась последняя группа, вот там нас и ждали "потери", сапер не смог правильно переправу рассчитать, в длине дерева ошибся и немного не рассчитал, куда оно падать будет, потом мину учебную не заметил. В тот же день его и увезли на одной из машин. Этот день был для нас выходным. Впервые можно было постирать форму и избавиться от насекомых, посмотрел на бойцов и ужаснулся, похудели так, что форма мешками висит. Что дальше нас ожидает, не знаю, давно плюнуть хотел и валить отсюда. Только гордость не позволяла, почему все выдержать нагрузки могут, а я нет. Все-таки у нас предки двужильные были. Машина вернулась с палатками, продуктами и формой. Вот тут я чуть челюсть себе на ногу не уронил. Я тут придумывал, как насчет камуфляжа отмазаться, а оказалось он с тридцать пятого года существует, только называют его костюм. Так и называется: Маскировочный костюм. Представлял собой комплект из брюк свободного покроя и куртки с капюшоном, которая надевалась через голову. А вот когда еще и маскирующую бахрому выдали, из вшитых в тканевую ленту пучков мочала, вообще в осадок выпал. Еще в тот день автоматчикам ППШ выдали, а МР-38 забрали до лучших времен. И что я так свою самодельную куртку ныкал старательно. Полез в машину перебирать барахло. Теперь, когда появилась нормальная Советская форма от старья избавляться надо, а то примут за немецких диверсантов. Лучший способ, это сжечь, как жаба не душила. Этим и занялись вместе со старшиной, пока еще старшиной. На этот раз как подходил пластун я заметил.

– Жжете?

– Да, теперь она уже не нужна.

– Кто добывал?

– Я с одним егерем, а потом с засады трофеи получили.

– Как пластун в НКГБ остался?

Нет, все-таки эта манера говорить тихим голосом и обрывками фраз напрягает, правда сейчас меньше чем раньше, видимо это специфика профессии. Да и что они докопались то, я пластуна тут первый раз увидел, кто такие и знать не знал. Видимо на моем лице все это было написано крупными буквами.

– Извини, забыл, контузия. Ты быстро вспоминаешь.

Вот и пообщались, называется, сказал и ушел. И что они меня за пластуна все принимают, что Петрович, что старший майор, даже не знаю, как его зовут, а теперь и тут? Быстрей отсюда мотать надо, пока не разоблачили.

Впервые за все время учебы спал под крышей, после зарядки по-человечески поел. Теперь стали кормить как на убой. Сколько надо, столько и бери, только не переешь. Второй месяц пролетел как один день, после того напряга, что был в первый месяц, можно сказать курорт. Раскатал губу, как только три раза в день кормить стали, то зарядка вообще в кошмар превратилась. На завтрак еле приползали, а через неделю кроме своих начавших отъедаться тушек еще и бревна по кругу таскали, охрана от нас прятаться начала, каждый инструктор считал необходимым поиздеваться над ними нашими руками. Больше всего мне доставалось, уж очень эти пластуны изобретательны, а еще меня за своего приняли, только из другой учебной группы. Эти парни какие-то нелюдимые, но считают себя элитой вооруженных сил. С летчиками и моряками вообще не общаются, с остальными только по долгу службы. Только и в этом месяце есть свои изюминка, психологическая подготовка, отвечал уже на вопросы автоматически, десятки раз одно и то же, начинали запутывать, заставлять чувствовать себя неуверенно. Особенно капитан в этом преуспел. В каком инкубаторе его нашли одному богу известно, с пеленой в форме, наверное, ходит. И вот зачет за этот месяц. В соседней области банда орудует. Так вот нам задание ее найти и обезвредить. Капитан целый день ходил и облизывался, такой подарок судьбы. Подняли нас за час до подъема, указали только район, в котором действует банда, после чего открыли все хранилища и стали ждать, когда мы соберемся. Это мы тоже проходили. Подождут, а потом минусы ставить будут. За полчаса собрались, позавтракали на базе тушенкой, и пошли через леса пешедралом. Еды взяли с запасом, кто его знает, сколько банду искать. Нам ведь даже не сказали кто ее жертвы, на транспорте орудует или по деревням бегает. Но тут нам можно сказать повезло. На третий день вышли на дорогу и, пройдя вдоль нее километров, пять увидели сгоревшую машину. Чуть дальше на земле лежал труп водителя. Раз труп не убрали, значит, нападение недавно произошло. На диверсантов не похоже, карманы вывернуты, сапоги и брюки сняли. А преподаватели егерь и пластун стоят в сторонке, внимание на нас будто не обращают. Да знаю, что за каждым шагом сечете. Подозвал к себе Бывшего охотника, а ныне следопыта, за десять минут определили направление. Да и определять было нечего, через кусты нападавшие как стадо слонов пробиралось. Пошли по следу, впереди следопыт, за ним я и еще один стрелок. Вот только эта предосторожность была абсолютно лишняя, банду нашли за пять километров от дороги, на фишке стоял молодой паренек и больше делал вид, что наблюдает за окрестностями, чем смотрел. Этого решил брать сам, ну надо где-то потренироваться. Стрелок и следопыт обошли его вдоль тропы и смотрели на отдыхающих бандитов. А ведь был у них шанс от нас уйти, если бы не сожгли машину, а на ней укатили, то ищи ветра в поле. Брал я классически, дал по затылку рукояткой ТТ и оттащил упавшего в сторону. Егерь мотнул головой, разрешает действовать дальше. Привязал пленного к дереву сидя, за кисти и щиколотки. Пусть обнимается, в рот засунул палку, крепко перетянув веревкой, завязал двойной узел. Надеюсь, насморка у него нет, язык провалиться в горло тоже не должен. А то что неудобно и больно, это не безоружных на дороге отлавливать. Быстро осмотрели местность, и нашли еще одного "суслика", его уже кто-то из автоматчиков на нож взял. С бандой разобрались быстро, хотят от меня цирк, получат. Заняли позицию, две Ф-1 и все. Осталось добить тяжелораненых. Это вам не наше демократическое общество, где такой швали три раза предложить надо пройти в РОВД, а потом с голой пяткой на ствол кидаться, так как можно валить его только после того, как в тебя прицелится, и не дай бог раньше него ствол достать. Тут все проще, убивал, похищал, вот и получи что заслуживаешь. А раньше думал, как это может быть "Расстрел без суда и следствия"? А вот так, быстро и экономя народное достояние, а то поить, кормить их еще. И никаких миротворцев и борцов за права нелюди, а появятся, так милости просим, сами себе и могилку выроете, а то пачкаться желания нет, по тому же указу и приголубим. Вот бы нам такие права за речкой, а то смотришь телевизор и удивляешься, вроде и Родину защищаешь, а оказывается военный преступник. Отобрали себе парочку постарше и практика допроса на месте, никакой жалости, даже не замутило. Все тут гаврики. Раз все, то недобитков в местные органы отдадим, пусть поспрашивают о подвигах, информацию о нападениях нам не доводили. Радист сообщил в учебку об уничтожении банды и пленных. Ответ, действовать по инструкции. Это и понятно, приказ есть приказ. Пришлось уже с балластом на дорогу тащиться. Дошли до ближайшего села уже к вечеру и вызвали транспорт с местными НКВДшниками. Те приехали быстро, тут вообще решения принимаются намного быстрей, чем в стране, которую я знаю. Вот только начальник школы их обогнал. Теперь понятно, зачем ему сообщали квадрат поиска и обнаружения банды, контролировал. Обратно ехали на машинах, чувствовал только усталость и никакого раскаяния о совершенном. Капитан замечание сделал, что гранаты потратили, но мы у себя в тылу, тут можно.

Третий месяц, самый легкий, тут мы просто с наставниками "гуляли" по району, неся караульную службу с рассвета до полудня, а после обеда снова теория, практика, теория, практика, но уже только повторение и стрельбы, стрельбы и стрельбы. Такими темпами можно медведя научить стрелять. И вот настал день истины. Начало четвертого месяца обучения. Да практически не учили тут, просто оттачивали, что мы и без них знали, только дополнительно законодательство преподавали. Этот предмет был, несмотря на профиль работы одним из самых важных для меня, сам юрист и могу много из законов почерпнуть относительно правил поведения в этой реальности. А еще мне понравились занятия политинформации. Если я офицера царской армии назову подстилкой империализма, то приравнивается это к предательству интересов Родины. Неповиновение сотруднику НКВД, преступление и можно сразу лоб зеленкой мазать. Только если сам сотрудник совершит любое противоправное деяние, ждет его увольнение из комиссариата, преступление любой тяжести - расстрел. Спрашивают много, но много и дают, чтоб в соответствии с законом и долг свой исполнять. Все, я теперь по самые уши информацией загружен, много нового и необычного. А завтра аттестация, раз мы в Московской области, то в местном ГБ мы ее и проходить будем. Самое веселое то, что начальник один, а вот соединения НКГБ и НКВД не произошло, две разные конторы. Война идет, враг наступает, а тут всю документацию менять? Этим можно, и после войны заняться. Зачем в военное время путаницу увеличивать.

Зря я аттестации боялся, прошла она как по маслу. Никто не завалился, да и времени не было с нами возиться. Потерь в подразделениях НКВД и НКГБ много, трехмесячные курсы, введенные с начала войны вместо годового обучения не спасают. А тут сформированный отряд, который уже действовал в тылу и при этом результативно. Его командир и весь личный состав знает территорию захваченной немцами Украины. Рвутся в бой. Еще и запрос на них уже неделю лежит из особого отдела одной из армий. Да пусть валят, и работать не мешают, к тому в школу новая группа прибыла, партизан готовить. Еще решать, кого вместо егерей выделять, их на фронт вызвали, батальоны военного времени уже ждут своих командиров, вместе с выпускниками они и поедут. А если и пластунов вызовут, фронтовая разведка сейчас несет большие потери, сложно переправляться через широкую реку. Нет, уж лучше этих быстро выгнать, аттестовав и приступить к обучению новой группы. А если запрос придет, оттянуть его исполнение до окончания обучения.

Киев держится, если немцы и переправляются за Днепр, то сбрасываются в воду в виде прикормки местной рыбе. Никакого массового бегства к столице, наоборот эшелоны идут на запад. Получив маршрутные листы и паек, поехали на базу, там нам причитается еще один комплект летней формы и в связи с приближением зимы белые комбинезоны. По утрам уже свежо, как смена под деревьями ночевать будет, половину елок в округе мы на лапник в первый месяц извели. Вот теперь у меня еще одна запись о том, что я самый настоящий житель этого мира. Снова металлический ящик и личные дела, только на этот раз они все в коричневых толстых картонных корочках, на которых значится сержант НКГБ, а на моем личном деле так и осталось звание лейтенант, да их уже не двадцать четыре, а ровно двадцать. Трофейное оружие нам возвращено, добавили вооружение согласно штатному расписанию. Теперь вместо немецких пулеметов творение конструктора Дегтярева, вместо МР-38, пистолеты-пулеметы ППШ. Главное позывные не забыть. Малыш, Лось, Реле, Дед, второй снайпер - Пуля, следопыт - Фас, пулеметчики - Глаз, Буй, Свист, Луч, сапер и переводчик в одном флаконе - Бах, минер - Шнур, группа прикрытия - 8 Лом, Волк, Миша, Хан, Бульба, Швед, Зверь, Крот.

Ну что, вперед к фронту. Вот Украинцы радостные ходят, домой едут, Малышу Лосю и Реле все равно где жить, с новыми бойцами за неполные четыре месяца сдружились, водой не разлить. Вот только мне деваться некуда, сейчас мой дом комиссариат.

А вот свой можно сказать родной особый отдел мы еле нашли. Въехав в расположение, остановили машины, и построил свой личный состав, ожидая прихода старшего майора, ну хоть сейчас надо узнать, как его зовут. Быстро сбегав, нашел кадровика, который от меня шарахнулся как от зачумленного, но загнанный в угол раскололся, что начальника зовут Орлов Андрей Владимирович. Что происходит то, понять не могу. Спустился к своим бойцам и стал ждать появления высшего начальства. А вот и оно любимое.

– Товарищ старший майор отряд 24 НКГБ после прохождения обучения и аттестации прибыл, командир отряда лейтенант государственной безопасности Найденов.

– Найденов, ты, где шлялся?

– Товарищ старший майор, так вы сами отправили нас в межрайонную школу для обучения.

– Отправил, только, как ты мне объяснишь, почему в ПАРТИЗАНСКОЙ межрайонной школе умудрился пройти обучение по курсу межрайонной школы НКВД в военного времени.

– Товарищ старший майор, так это и была межрайонная школа НКВД, ей руководил капитан НКВД.

– Опять в центре напутали, я тебя на семидневные курсы отправлял, твое место сейчас за Днепром, а теперь что с тобой делать ума не приложу. Я и заявку на питание тоже на семь дней отправил.

А я то наивный думал, что одноразовое питание нам по учебному курсу полагается, чтоб науку воспринимали лучше. Конечно, я теперь в лесу с голода копыта не откину, но все-таки осадок остался. А если я бойцам скажу, что специальные звания они получили по ошибке, то и меня порвут на британский флаг.

– Что молчишь лейтенант.

– Просто разносолы первого месяца обучения вспоминаю и одноразовое централизованное питание, супы из белок, лягушек с корой для приправки.

– Сложно пришлось?

– Сейчас нормально, а тогда на все плюнуть хотел и сюда рвать со всех ног. Бойцов только память о бывшем командире держала, зубы стиснули и держались. Уважали его сильно, разрешите, я им об ошибке говорить ничего не буду.

– Ладно, тут и моя вина есть, когда ты целый месяц не возвращался, я с Москвой связывался. Тебя на этот курс из-за названия подразделения направили. По всем документам ты как 24 отряд НКГБ проходишь. Вот и пришлось учителей вам дополнительно доставлять. Они, получив сведения о патерах в последнем бою, в котором ты учувствовал, подумали, что ты на смену выбывшим готовишься. Чему учили-то?

– Диверсионной и антидиверсионной деятельности в лесной местности.