Чтение онлайн

Аргалор чувствовал себя словно какой-то новичок-программист, увидевший малюсенькую программу, чтобы затем щелкнуть по плюсику сложенной папки и увидеть скрытый за ней гигантский массив информации.

Хуже того, между тем кусочком умения трансформации, что был доступен Думову изначально, и его основной частью была такая разница в сложности, что Льву попросту не хватало квалификации, чтобы что-то понять.

Особенно же иронично смотрелись те сложности, с которыми Аргалор столкнулся даже на первом уровне умения. Кто бы не создал это умение и не вписал его в саму суть драконов, он явно знал своё дело крепко.

Обидным же был тот факт, что создатель даже не пытался скрывать свои действия, оставив открытый «код», будто мрачно насмехаясь над теми, кто решит попробовать пойти по его следам.

Единственной хорошей новостью была почти стопроцентная уверенность, что заклинание работало как на металлических, так и на цветных.

Аргалор вывел смелое предположение, что изначально это заклинание устанавливалось на самых ранних предках драконов, которые ещё не мутировали на цветных, металлических, небесных, адских ит. д., а уже затем оно разошлось по всем видам повелителей неба.

Может, поэтому у Думова и были такие проблемы, так как умение трансформации с трудом адаптировалось к мутации цветных драконов? В дальнейшем же цветные драконы, видя свою несостоятельность в этом деле по отношению к металлическим, просто решили гордо отказаться от трансформаций вовсе, заявив, что она им неинтересна. Спустя же многие поколения уже мало кто из цветных знал, что они вообще способны на превращение в другие расы.

Другое дело, что это предположение самому Льву не особо нравилось, ведь если продолжить логическую цепочку, то выходило, что именно мутация металлических ящеров оказалась ближе всего к виду изначальных драконов.

Впрочем, с какими бы трудностями Аргалор не сталкивался, бушующие в нём гордость и амбиции рано или поздно преодолевали любые препятствия.

Правда на всё это требовалось время, а значит психологические пытки продолжались день за днём. Учитывая отсутствие питания, то даже идеальное тело дракона начало буксовать.

Долго так продолжаться не могло, Лев чувствовал, что ещё немного и его боевой потенциал начнёт уменьшаться, сокращая и так невеликие шансы вырваться из этого проклятого места.

Осознавая это, Аргалор с ещё большим ожесточением вгрызался в новые для себя знания. Привыкнув за десятилетия к присутствию духов, их отсутствие было ещё одним проклятием.

Лишь спустя месяц постоянных усилий и попыток Аргалор наконец-то почувствовал, что он способен запустить процесс трансформации. Очень сильно Думову помогли старые воспоминания о его первой жизни. Примерное понимание того, что должно было получиться, оказало неоцененное влияние на создание его окончательной формы.

По расчётам Думова он должен был превратиться в двухметрового драконида, обладающего как крыльями, так и мощными лапами с крепкой чешуёй. Этой формы должно было быть достаточно, чтобы прорваться через любой блокпост гномов, а затем затеряться на неизведанных глубинах подземного мира.

Но вот беда, если Лев попробовал бы это даже раз, то несомненно привлёк внимание гномов. Это означало, что у Думова была лишь одна попытка, и она должна была закончиться успешно.

Учитывая наличие среди рун антигравитации рун направленного взрыва и сложность заклинания-умения, у Льва было нехорошее предчувствие.

Тем не менее Аргалор был драконом, и всякие смертные сомнения для него были смешны.

И раз уж план продвинулся так далеко, пора было разобраться с двумя спорными фигурами на доске.

— Эй, Таранис! — сделавший небольшую передышку Лев обратился к терпеливо его ждущему красному дракону. Всё было готово, если Таранис окажется предателем, при любом неправильном действии Аргалор готовился к прорыву.

— Да, Аргалор? — готовность, с которой древний дракон откликнулся, лучше всего показывала то, насколько он соскучился по общению.

— Расскажи, как ты вообще умудрился здесь очутиться? На меня целенаправленно охотились, но я больно уж защемил яйца этим мерзким коротышкам, что они не пожалели ничего для моего устранения. Но чем им приглянулся ты?

— А, там не было ничего особенного, — голос Тараниса наполнился меланхолией от старых воспоминаний. — Тогда, восемьсот лет назад, произошел сравнительно небольшой конфликт с архифеями. Две сильных архифеи не сошлись во мнениях с двумя древними драконами, причём как цветным, так и металлическим. Завязалась драка, обе стороны позвали своих знакомых и родственников. Я был племянником того древнего цветного дракона. Мне не повезло наткнуться на сильную архифею. После битвы, вместо того чтобы убить меня, она связалась с гномами и отдала меня им…

— Подожди-подожди-подожди! — ахнул Лев. — Ты хочешь сказать, что архифеи тоже в курсе всего происходящего здесь?!

— Нет, я так не думаю, — чуть поразмышляв, отказался от этой мысли Таранис. — Двуликая всегда была себе на уме, даже на фоне их поганого племени. Я слышал, что она торговала со всеми, даже с великанами, видимо, именно так связалась и с гномами.

— … — Аргалор на мгновение потерял дар речи. — Ты сказал «Двуликая»? — осторожно уточнил он. — И если я скажу, что её имя Эльдра, я буду прав?

— Ты её знаешь?! — Вот теперь в голосе Тараниса мелькнули настоящие эмоции, присущие красному дракону. — Она до сих пор жива?!

— Я тебе даже больше скажу, она живёт и здравствует! — Аргалор громко засмеялся. Чужая жестокая предприимчивость будила в нём тёмное восхищение. — Вот же продажная шкура! Даже здесь умудрилась отметиться!

— Будь она проклята! — бушевал тем временем Таранис. Хоть стены и глушили звуки, но Лев даже так слышал вибрацию от дрожи древнего красного ящера. — Если бы не она, я бы никогда не оказался в столь ужасном месте! Во всём виновата лишь она!

— Ну, я бы не был столь категоричен, — промурлыкал Аргалор, чьи губы за маской растянулись в многозначительной ухмылке. — Я же вот оказался здесь и без её помощи. Но твоя информация, Таранис, открывает интересные перспективы. И к слову о них…

— Кому вообще это теперь важно? — с горечью прорычал Таранис. — Большую часть своей жалкой жизни я был заперт здесь. Прислуживал смертным и оказался позором для своих предков. Зачем мне вообще жить, если мой враг наслаждается жизнью и пользуется деньгами, полученными с моей продажи?! Лучше я уже умру и хоть так испорчу планы своим пленителям! Я здесь то, что должен был здесь ещё много сотен лет назад!